История от Джона - Наталья Табышкина

Я быстро ушёл, чтобы Алан меня не поймал. От такой наглости, Алан стоял и понимал — это война, ему хотелось, прям сейчас прижать к стенке и сделать так, чтоб он попросил прощение у него.

Я зашёл в комнату злее не куда и сразу с порога начал называть Алана такими словами, что братья, которые играли в карты, были просто в глубоком шоке.

— Джон, ты чего? Кто тебя так взбесил? — Накинулся с расспросами Алекс.

Мне пришлось всё рассказать, что и кто кому сказал, братья были в полном шоке.

— Ты должен извиниться прямо сейчас пред папой, — серьёзно сказал Стен.

— С чего бы мне извиняться? — Спросил нагло я.

— Он сидел около твоей кровати на протяжении двух месяцев, боясь отойти от тебя. Всё думал, что вдруг ты проснёшься, а его не будет около тебя, — кричал на меня Стив.

— Мне уже все надоело, ты такой же тупой и ненормальный как все вы, — крикнул я и показал на всех четверых братьев рукой.

Выкрикнув от обиды, я взял чемоданчик, наложил на него заклятие невидимого расширением и начал скидывать туда свои вещи из сундука.

— Если ты считаешь себя самым умным, то вали от сюда и не приходи больше, — кричал обиженно Стен.

— И не собираюсь я сюда больше возвращаться, чтоб смотреть на ваши

особы, — выкрикнул я, взял чемоданчик с вещами.

Стен взбесился, не сдержав свой пыл, накинулся с кулаками на меня. Завязалась драка, кто кого и куда бил было не понятно. Братья, недолго думая тоже влетели в драку, как и полагается с ноги. Шум поднялся очень сильный, в спальню залетел Альбумин и отец с которым, возможно, общался в гостиной старшина.

— Что тут происходит? — Воскликнул Альбумин.

Его голос прозвенел у ребят в ушах, и они все с разбитыми носами расползлись как жуки в разные стороны.

— Оливидерчик, — сказал с ненавистью я и пошёл к выходу.

— Стоять, — приказал мне Алан.

Я остановился на миг и просто показал средний палец отцу, пошёл дальше со своим чемоданчиком прочь из башни.

Алан не собравшись мириться с таким поведением, быстро направился за мной, чтоб преподать урок. Догнать меня он смог быстро и поэтому, просто затащил в свою спальню, взял в руки кожаный ремень и угрожающе им щёлкнул, я сглотнул слюну и спиной начал от него отходить.

— Мне уже за сегодня надоело твоё хамское поведение, — начал говорить Алан.

— И что ты собираешься сделать? — Не так гордо и бесстрашно уже поинтересовался у Алана.

— Я тебя сейчас выпорю ремнём, поверь, это самое лучшее лекарство от такого поведения как у тебя, — серьёзно сказал Алан.

Я с опаской смотрел на его ремень и не зря, отец быстро поставил меня в нужную ему позу и начал бить ремнём.

— Больно, хватит, — кричал я, вырываясь и кусая его.

— Ты ещё не чего не понял, — произнёс отец.

— Я понял, понял все, — плакал, будто понимая, что я натворил.

После примерно десятого удара ремнём я смог вырваться из его хватки, из-за чего получил случайно удар по спине и послышался взвизг как у собаки. Этот звук издал я от неожиданного такого удара. По моему лицу текли слезы, когда Алан подходил ближе, я уползал от него всё дальше и дальше.

— Надеюсь, ты изучил из этого хоть какой-то урок, — сурово сказал Алан.

Он смотрел на меня, смотрел, как я пытаюсь уползти всё дальше и дальше от него.

Поняв, что я его стал снова бояться, он не стал пугать. Алан развернулся и ушёл из спальни, оставив меня одного.

Я просидел примерно полчаса, всё пытался успокоиться. Не успокоившись до конца, я сбежал из спальни отца и захромал в лес. В логово Стива идти не хотелось, поэтому мне пришлось искать дырку в заборе, и спустя два часа уже выбрался наружу, и не один. За мной по дороге увязалась Снежана.

— Куда идём? — Спросила Снежана.

— Не знаю, — честно сознался я.

— Мы кладоискатели, — радостно запищала девочка.