Зачем вы, девочки, красивых любите, или ...Оно мне надо? - Юлия Славачевская

И мы с ним снова выпили за то, что он клёвый, а я страшная. Второй тост меня как-то покоробил и, расстроившись, начала приставать к Вене с претензиями:

— Вень, ну чё за непруха? Чё за жизнь такая поганая? Вот тока мужика классного нашла и... бац!.. не нравлюсь! Может, ты повнимательней посмотришь, а? Всё ж пророчество! Вень, ну так чё?

Дворф серьёзно и надолго задумался, уткнувшись в свою шикарную бороду. Я за это время даже успела вздремнуть, и проснулась от его крика:

— Знаю, как быть!

— Ты чё так орёшь, Вень? Зайкой... Упс, звиняй, заикой сделаешь, — высказалась я, зевая и потягиваясь.

— Я те говорю, знаю, как положение поправить, – снизил тон коротышка: — Я тя усыновлю!

— Ух ты! – мне идея весьма понравилась, и я согласилась: — Валяй!

Дворф порылся в мешке, достал какую-то каску, украшенную драгоценными камнями, плюхнул её себе на голову поверх той, что уже была на нем. После этих странных действий поднялся и, потрясая топориком, завопил во всё своё лужёное горло:

— Я, Венилиан Пятый, Горный Король дворфов, признаю Юлию своей дочерью и да услышат меня горы!

Горы услышали и чем-то грохнули в ответ, Веня, успокоившись, плюхнулся на место, а я, смахнув слёзы, навернувшиеся от торжественного момента, бросилась ему на шею, со словами:

— Спасибо, батяня! – и от полноты чувств нечаянно высморкалась ему в бороду.

Погладив меня по голове и отцепив от себя, Веня пригрозил:

— Веди себя прилично, дочка! Ты теперь дворфка!

Я испугалась:

— Да ты чё! И борода будет?

— Не бороды тебе не положено, – хмыкнул Горный Король: — Ты ж приёмная, ненастоящая.

— А-а-а...- до меня допёрло: — Круто! Давай за это дело тяпнем!

И мы тяпнули...

Мы ужасно мило сидели с Венечкой, пока не прилетел дракон и не принялся нас очень нехорошо рассматривать. Мне это сильно не понравилось и, хряпнув очередной стаканчик, я обратилась к дворфу:

— А знаешь, Веня, что все мужики - сволочи и козлы. Не волнуйся ты в их число не входишь, ну в смысле козлов, а не мужиков. Не веришь, что козлы? А я те ща докажу наглядно. Во гляди! – и, повернувшись в сторону злого дракона, ткнула в него пальцем, обвиняя:

— Вот эта летающая зажигалка спиз... ик... спёрла меня из дома и разрешения не спросила... ик... Вот...

Мне не хватило экспонатов для наглядного объяснения. Почему экспозиция кончилась? Непорядок! Ага! А если так! Ни мало не сомневаясь в результате, указала на пустое место рядом с ящером, и там появился, ничего не понимающий, Дарниэль, которому досталась следующая порция обвинений:

— Вот этот ушастый вуайерист... ик... отдал меня... ик... другому мужику! И совести... ик... ни в одном глазу нету!

— А вот этот..., – мой палец переместился левее и рядом с Дарниэлем появился Габриэль, на которого я особо вызверилась:

— Этот бобёр с крыльями вообще сбежал... ик... алименты платить не хочет... ик... Ну и кто они после этого? Правильно, Веня, сволочи... ик...!

Обидевшись на весь белый свет, я решила встать в позу оскорблённой женщины, которая почему-то ассоциировалась у меня с руками, упёртыми в бока. Естественно от количества алкоголя в крови меня повело в сторону и мужчины дружно рванули ко мне. Мне их помощь показалась излишней и, плюхнувшись на место, я честно об этом предупредила, подгребая к себе поближе Венин топорик:

— А ну стоять! Бояться! Ик... А то, ща... ик... успокоителем отоварю! – обращаясь к дворфу поклянчила:

— Веня, ты подаришь мне эту чудную вещицу... ик... как свадебный подарок? Ик!

Дворф отреагировал мгновенно и, грозно сдвинув брови, поинтересовался:

— Кто у нас муж?

Вопрос конечно интересный и требующий серьёзного и вдумчивого рассмотрения. А поскольку думать мне уже было нечем: всё благополучно утопло в коньяке, то оставила выбор за новообретённым папой, надеясь на его опыт и благоразумие:

— А те, кто больше нравиться? Ик! – и тут меня озарило: — Веня, давай устроим конкурсный отбор! Ик! А чё, ты будешь председателем жюри... ик... тебе пойдёт! Наградишь потом победителя знаком качества... ик... по лбу!

Идея мне приглянулась и, оглядев оцепеневших мужиков, я поклянчила:

— Вень, ну, давай попробуем. Ик. Дефиле им устроим в купальниках. Ик... налей. Ага, я шест могу организовать! Ик. У тя есть, кому билеты продавать? Ик... кучу бабок сделаем на стриптизе. Смотри, какие красавчики!

Ни хрена не поняв из моей прочувствованной речи, Веня потребовал объяснений:

— Что такое стриптиз?

Зорко наблюдая за претендентами, я радостно поведала:

— Ой, Веня это такой класс! Мужики раздеваются, перед тобой дефелиро... задницей крутят, мускулы показывают!

Дворф с негодованием отверг подобную перспективу, и я обиделась:

— Скучный ты, Веня, стриптиз не любишь!

А долго моей обиды не хватило и, отхлебнув коньячка, я продолжила фонтанировать идеями:

— А давай, дискотеку устроим, а? Гляди, светомузыка у нас уже есть: чёрненький, беленький и красненький... ик... и булькают так забавно!

— Они не булькают, а возмущаются твоим произволом, – просветил меня Веня, прислушавшись к доносящемуся шуму. Это мне показалось оскорбительным. Пришлось грозно и громко высказаться:

— Да ты чё? Права качают? Где мой успокоитель? Не дрейфь, Веня, щас станцуют! Я классную песню знаю, слушай: А я такая разная, зараза я ужасная..., – загорланила я, но слова как-то внезапно закончились: — Ик! Дальше не помню!

Веня разлил остатки из бутылки, мы выпили, и тут моё тело намекнуло, что ему много на сегодня досталось. С трудом поднявшись на ноги и сфокусировавшись на Вене, донесла до него своё мироощущение:

— Ой, че-то мне не хорошо... ик... надо воздухом подышать, – поштормив к выходу мимо насторожено зыркающей троицы, на их счастье молчавшей. Свесившись наружу, я проинформировала присутствующих:

— Какая... ик... собачка страшная забыла ступеньки сделать? «Почему люди не летают как птицы?», – обернувшись и поймав удивлённые взгляды, я снизошла до объяснений:

Ну, чё уставились? Классику читать надо! Чё «Грозу» в школе не изучали? Двоечники... ик... Злые вы, уйду я от вас, – с этими словами сиганула с края вниз. Против ожидания полетев не камнем в низ, а зависнув в воздухе:

— Ой, крылышки! Офигеть! Другие до зелёных чёртиков допиваются... ик... а я до белых крылышек. «Я чайка, чайка!». Не, я больно большая! Ага! «Над седой равниной моря гордо реет буревестник...». Что-то меня заносит! А где написано, что надо по прямой линии летать? Мне зигзагом может удобнее! «А бабочка крылышками бяк-бяк-бяк...»! Всё я устала, надо где-то приземлиться. О! Полянка!