Императрица - С. Дж. Кинкейд

При нашей последней встрече сенатор фон Пасус выглядел весьма напыщенно – возможно, чтобы лишний раз оттенить свою дочь, Элантру, которую он мечтал выдать за Тайруса. Большинство грандов использовало фальш-молодость, но иногда выборочно допускало некоторые признаки старения, кто разнообразия ради, но в основном, чтобы проще было общаться с излишними на их территории. Обитатели планет доступа к роботам-косметологам не имели, у них возраст ассоциировался с опытом. Поэтому Пасус с седыми волосами и короткой бородой не выглядел слишком странно.

Теперь же его голограмма появилась перед нами безо всяких следов прожитых лет. Возможно, сенатора вдохновила молодость нового императора. Пасус выкрасил волосы в иссиня-черный оттенок, который, казалось, поглощал свет. Глаза его напоминали голубой лед, а черты разгладившегося лица приобрели четкость. Роботу-косметологу явно ставилась задача придать облику хозяина не столько красоту, сколько ве личие.

Сенатор с небрежной грацией преклонил колени и так же быстро поднялся.

– Ваше величество.

Я отошла в сторону, чтобы не попасть в кадр.

– Сенатор, – холодно поприветствовал Пасуса Тайрус. Затем повернул голову и выгнул бровь, словно спрашивая: «Присоединишься?»

Он хотел подчеркнуть, что я присутствую при разговоре. Умышленно спровоцировать врага.

Я подошла ближе, и Пасус меня увидел.

– Мы не ожидали вашего звонка, – заметил Тайрус, беря меня за руку. Послание. Весьма четкое.

Секунду Пасус холодно смотрел куда-то вниз: без сомнения, на наши соединенные руки.

– Прошу прощения, что не присутствовал на вашей речи, а до того – на коронации. Как известно вашему величеству, я скорблю по своей недавно погибшей дочери.

– Все обстоятельства той ситуации крайне печальны, – ответил Тайрус с той же отстраненной вежливостью, – включая обстоятельства, напрямую приведшие к трагедии.

Пасус понял, на что намекает Тайрус: Элантра убила Сидонию, чем спровоцировала меня. Сенатор стиснул зубы, но улыбнулся – вернее, оскалился, точно рассерженный зверь.

– Я только что узнал о смерти вашего зятя.

– Неужели? – с каменным лицом переспросил Тайрус.

– Приношу свои соболезнования. Ужасная трагедия. Ваша бедная кузина осталась без мужа…

– И еще очень долго без него останется, – поддакнул Тайрус.

Я похолодела: мне не нравилась улыбка Пасуса. Он словно заметил нечто желанное и ни перед чем не остановится, чтобы это заполучить.

– А какие прискорбные обстоятельства сопровождали его смерть! – продолжил сенатор. – Просто немыслимый сбой в работе обслуживающих механизмов Хризантемы.

– Временный сбой. Больше такого не случится.

Пасус понимающе улыбнулся.

– Уверен, ваше величество очень на это рассчитывает.

Тайрус чуть сощурил глаза. До меня тоже дошло: Пасус знал. Знал, почему скипетр не работает.

– Ведь если сбой не временный, ваше величество окажется в весьма неловкой ситуации. Вам понадобятся могущественные союзники, а пока все они, как понимаю, из числа тех, кто пришел на замену жертвам правления вашего дяди, в том числе сенатору фон Эмпиреану. Иным словом, новички.

Через сцепленные руки я почувствовала, как ускорился пульс Тайруса. Однако голос его не дрогнул.

– Весьма ценю вашу заботу. Уверяю, все под контролем.

– Хм. Да. Хотя на вашем месте – простите за непрошеный совет, но, дорогой Тайрус, я помню вас еще мальчиком, посему не могу удержаться… Я бы попытался вернуть себе благосклонность Живого Космоса. А подобная благосклонность зависит от того, кого вы собрали вокруг себя. – Сенатор посмотрел в мою сторону. На миг на его лице отразилась чистая ненависть, впрочем, голосом он владел не хуже Тайруса. – Я вспомнил бы о давних друзьях вашей семьи. И способах, которыми можно вернуть утраченное.

– Благодарю за совет, сенатор, – резко ответил Тайрус. – Не стесняйтесь, приходите лично, и я с удовольствием послушаю еще.

Пасус лишь улыбнулся. Сенатор понимал: стоит прилететь на Хризантему, и он окажется во власти императора.

– Всегда рад служить. Если ваше величество желает послушать еще, вам нужно лишь посетить мой скромный дом.

Тайрус улыбнулся в ответ. Не бывать подобному.

Закончив беседу, он выдохнул, снова достал скипетр и раздраженно на него уставился.

– Он что-то знает. Весь разговор только и намекал. Каков наглец: тело Сэливара остыть не успело, а он уже просит руки моей кузины!

– Нельзя этого допустить, – сказала я.

Пасус и так представлял собой немалую угрозу – самый могущественный член гелионической фракции в сенате и один из богатейших грандов империи. Женись он на наследнице Тайруса, Дивинии, император недели бы не прожил.