Ночная таксистка - Олеся Шалюкова

Загляни кто внутрь, он был бы порядком удивлен. Помещение было неожиданно холодным, и не то чтобы неприятным, но долго находиться в нем — было однозначно неуютно! Стены до середины были отделены темно-синими деревянными панелями. Верх стены и потолок были покрыты белоснежной краской. От этой белизны кололо в глазах.

За шикарным столом, с идеально чистой поверхностью, сидела высокая, статная женщина. Серые льдистые глаза смотрели из-за стекол дорогущих очков с презрением ко всему миру. Тонкий аристократический нос, тонкие изломанные губы. Белоснежная кожа.

Прическа-ракушка на темно-русых волосах. Идеальный дневной макияж, идеальный костюм из темно-серого велюра. Можно было бы сказать, что она — Леди до кончиков острых ногтей, если бы не… трубка в зубах. Массивный чубук, от которого по кабинету расплывался немного горьковатый аромат вишни, был выполнен в виде морды какого-то зверя.

Леди-директор в кабинете была не одна. На столе у начальницы сидел парень, с некоторой задумчивостью разглядывающий серый город за окном.

— Ну? — от колкого льда в голосе начальницы мог бы замерзнуть и ад. — Как ты это объяснишь?

— Я, правда, не виноват, — вздохнул ее работник, поправляя белоснежный пиджак и с тоской косясь на чашку с остывающим кофе на низком столике. — Ну, честное слово!

— Свежо предание! Ты хотя бы мог проконтролировать!

— Кто же знал, что ее занесет на перекресток. Ее там вообще не должно было быть! Никак!

— Хорошо. Но когда ты увидел, куда и кого занесло, неужели нельзя было проверить, чтобы здесь все было в ключевых моментах верно!

— А оно и так верно! — взъерошено вскинулся парень.

— Как ты тогда объяснишь письмо? — возмутилась женщина. — Между прочим, оно должно было спокойно уйти! И вернуться с ответом!

— Неправда! Не должно было! — неожиданно успокоившись, парень тихо пояснил. — Здесь адрес успел исчезнуть из базы данных. А там за адресом следят. Дело в том, что парень этот мертв! Нет его в живых уже около трех лет! Там на письма отвечает родная сестра, не находя в себе силы сообщить, что брат разбился в авиакатастрофе! А здесь некому это сделать…

— Та-а-ак, — женщина судорожно затянулась. — Слушай. Не знаю, как ты это сделаешь — но возвращай девушку туда, где она должна быть! Все происходит слишком быстро и рано! И это не ее место! И не наши дела!

— Вы что хотите сказать, что она еще не подписала договор?

— Да мы с ней ни разу нормально даже не поговорили!

— Блин, Алла Сергеевна, сказали бы раньше, — парень задумался. — И как теперь разруливать эту ситуацию?

— Слушай, мальчишка. Не мне тебя учить! Воспользуйся своими силами! А теперь кыш с моего стола.

— Ну и подумаешь.

Обиженный, парень вышел за дверь. Постоял в приемной, в раздумчивости изучая пустой стол, потом вздохнул и вышел.

Из-за шкафа высунулась девушка секретарь и ехидно усмехнулась. Выполнять чужую работу ей жутко не хотелось, а этот говорливый мальчишка мог бы уговорить даже мумию!

* * *

Город удручает. Разве мой город был таким пустым? Нет! Не был! Люди постоянно спешат в нем куда-то! Машины не стоят на месте и сплошным потоком льются по улицам.

В моем городе — яркие рекламные щиты и претензионные названия у магазинов и заведений общепита.

Машина Иры стояла на перекрестке, и девушка с задумчивостью оглядывалась по сторонам, подмечая малейшие, иногда почти незаметные изменения. Вон то кафе на перекрестке трех крупных трасс, всегда там стояло. Но называлось немного не так! Всего одна буква, а такие разительные перемены.

Что происходит? Что за фарс меня окружает?

Телефон, лежащий на соседнем сидении, завибрировал. Девушка покосилась на него, затем подняла трубку.

— Алло?

— Добрый вечер, Ира.

— Я бы не сказала, что он добрый. Но… вы кто?

— Вам обязательно знать мое имя?

— Нет, но скажите хотя бы кто вы — друг или враг? — неожиданно для себя попросила таксистка.

На том конце помолчали, потом хохотнули.

— Если я скажу, что хочу вам помочь, но при этом скорее вам враг, вы мне поверите?

— С тем учетом, какой сумасшедший дом меня окружает в последние сутки — я поверю чему угодно, — вздохнула девушка.

— Даже тому, что вы не должны были оказаться здесь?

— Здесь это где?

— Какая разница? — возразил собеседник.

Ира задумалась.

Приятный голос. Такой теплый и бархатистый, если честно, кажется, что он окружает меня словно теплым потоком, таким ласковым и надежным. Правда, в этой надежности я все же чувствую какую-то опасность…

И кстати, почему он не хочет отвечать на мои вопросы? Может быть, я просто задаю не те вопросы? Ладно. Тогда попробуем вот это…

— Вы хотите мне помочь, достопочтенный незнакомец?

На том конце хмыкнули.

— Я могу это сделать.

— А чем мне придется заплатить?

— Ну-у-у, к сожалению, пока у вас нечем заплатить мне. Но эта ситуация должна измениться.

— Вы предлагаете, чтобы на мне остался долг? — Ира вздохнула. — Как мне не хочется избавиться от этого сумасшествия, на такое я не могу пойти. Извините.

— Вы упорная, — заметил собеседник.

— Скорее упертая.

— Есть разница?

— Еще какая, — Ира нервно хихикнула.

Этому парню больше нечем заняться, как спорить ни о чем с малознакомой девчонкой?

Нет, конечно, я не против скоротать время в пробке с приятным молодым человеком, но все же это попахивает опять-таки тем же сумасшествием!

— Слушайте, Ирина, а давайте бартер? Я сейчас вам помогаю, а потом… потом вы поработаете один вечер таксистом для моего друга? Он — курьер, доставляет важные бумаги. Правда, в связи с некоторыми особенностями его организма, ему приходится работать ночью.

— Он альбинос?

На том конце хмыкнули, потом засмеялись.

— Можно сказать, и так.

— А как вы мне поможете?

— Вам придется сейчас немного прокатиться по кварталу.

— И все?

— И точно выполнять мои указания.

— Договорились.

Налево. Направо. Подрезать девушку блондинку в розовой ауди. Никогда не понимала тех, кто красит свои машины в такой «гламурный» цвет. Так что можно сказать, что в этом со своим таинственным помощником мы сошлись. Ибо подрезала я девчонку явно для его удовольствия. Ну, и для своего тоже. Не буду отрицать очевидных фактов.

Скользя сквозь поток машин, я даже пару раз заехала на тротуар, хотя и точно знала, что нарушаю правила движения. Больше всего меня интересовало — откуда этот неизвестный знает все, что я делаю?