Особый курьер - Алекс Орлов

Послушавшись совета мудрой женщины, Джек что есть духу понесся на вокзал, чтобы предотвратить надругательство над собственными чемоданами. Задевая прохожих и привлекая внимание полицейских, он несся как ветер — и это себя оправдало.

Когда Джек подбежал к приемному окошку, стекло было опущено, а на кривом ржавом гвоздике висела бумажка с надписью: «Технический перерыв». Чтобы подробнее выяснить, что это за перерыв, Джек требовательно постучал в окно.

— Чего ломитесь, молодой человек? — отделившись от противоположной стены, пробурчала какая-то женщина. — Они на учет закрылись. И вообще, если вам нужно в камеру хранения, становитесь в очередь. Я крайняя буду.

Однако Джек не встал в очередь и начал тарабанить в дверь. Поначалу это привлекло внимание только нескольких пассажиров. Потом полицейского. Он вытащил из-за пояса дубинку и направился для выяснения обстоятельств.

Заметив недружественный жест полицейского, Джек перестал стучать, и в этот момент из-за двери донесся незнакомый голос:

— Что за пожар?

— Открой, мне к Захарии нужно, — вспомнил Джек имя приемщика.

После минутного замешательства дверь все же открыли, и перед Джеком предстал небритый человек, жующий кончик деревянной зубочистки.

— Ты кто? — спросил он.

— Где Захария? — вопросом на вопрос ответил Джек.

Небритый не ответил. Он повернулся и пошел в глубь территории, заставленной стеллажами с чужой поклажей.

Здесь были чемоданы, перепоясанные кофры, коробки и узлы — словом, все, что можно было найти на обычной городской свалке. И тут до Холланда дошло, почему его чемоданы вызвали живой интерес приемщика — среди этого хлама они смотрелись как королевские вещицы.

Небритый проводник завернул за угол и, кивнув на следовавшего за ним Джека, сказал:

— Эй, Бустер, тут к тебе пришли. Захария оторвался от содержимого чужой сумки и, увидев Джека, изменился в лице:

— Ты чего его пустил, придурок?! Это ж клиент!

— А он сказал, что тебя знает, — недоуменно пожал плечами небритый.

— Ну вот, ты сам сюда пришел. — угрожающе произнес малорослый Захария и поднялся с пола. — Теперь у тебя сплошные неприятности, парень. Клод, Дикси, обработайте его как следует и сдайте в полицию.

Клодом оказался тот самый субъект, что открыл Джеку дверь, а Дикси сидел неподалеку от Захарии и шуровал в вещах Джека.

Опознав свои чемоданы, Холланд не на шутку рассвирепел и объявил:

— Ну все, козлы, теперь я вас буду натурально уродовать.

— Ну-ну, поглядим, — сказал Захария, а Дикси выдернул из-под стеллажа бейсбольную биту.

Махнув своим оружием, он смело шагнул вперед и, сплюнув на пол, предложил:

— Давай, можешь начинать уродовать прямо сейчас.

Джек бросил взгляд на Клода. Тот хотя и выглядел миролюбивее Дикси, однако тоже достал фризер — вещь не смертельную, но весьма болезненную.

Расстановка сил складывалась не в пользу Джека. Он мгновенно остыл и уже подумывал о том, чтобы убраться подобру-поздорову, однако замигавшая на фризере лампочка говорила о том, что бежать поздно.

Холланд огляделся в поисках подходящего оружия, но не нашел ничего, кроме четырех грязных стаканов и торчащей из чьей-то сумки теннисной ракетки.

Джек подбросил стакан и, взмахнув ракеткой, сделал мощную подачу на половину противника. Стакан врезался в деревянную полку и рванул, как оборонительная граната, осыпав команду Бустера Захарии острыми осколками. Не давая врагу опомниться, Джек произвел еще две хорошие подачи, и Клод в панике разрядил фризер в спину Дикси. Тот плашмя грохнулся на пол, и его бита откатилась к ногам Холланда.

Джек завладел трофеем и отбросил ракетку в сторону. Затем в три прыжка оказался возле Клода и без труда отправил его в глубокий нокаут.

— Договоримся, парень, — проверещал Захария, закрываясь руками, однако Джек не сдержался и пнул подлеца в живот.

— Собирай мои вещи, гнида! Живо! — скомандовал он, и Захария без дальнейших напоминаний стал лихорадочно запихивать в чемоданы все, что попадалось под руку.

Когда все было собрано, Захария обмахнул чемоданы носовым платком и, подобострастно улыбнувшись, сказал:

— Вот.

— Молодец, — похвалил его Холланд. — Теперь неси их к двери.

Захария кивнул и, подхватив чемоданы, перешагнул через истекавшего мочой Дикси.

Джек пошел за ним. Едва они вышли из камеры хранения, приемщик тут же поставил багаж на пол.

— Я не понял, Бустер, ты чего, уже устал? — поигрывая битой, спросил Джек.

— А я просто не знаю, куда нести, — заулыбался тот.

— Эй, вы сегодня будете работать или нет? — высказала недовольство та самая дама, которая заставляла Джека встать в очередь.

— Ты чего, дура, не видишь, что написано? — внезапно заорал на женщину Захария. Он хотел бы поорать и на Джека, но у того в руках была тяжелая бита.

— А ты на меня не ори, сморчок! — огрызнулась дама. — Все сроки ваших перерывов уже вышли! Сказали, на пятнадцать минут, а уже скоро час будет!

— Да ты… да ты знаешь, что мы там нашли? — сделал страшные глаза Захария.

— Что? — невольно подалась вперед неугомонная дама.

— Ящур.

Что такое «яшур», дама не знала, но то, как это слово произнес Захария, подействовало на нее должным образом. Дама тут же замолчала и больше не сказала ни слова, уважительно глядя вслед сгорбленному носильщику чемоданов.

— Видишь, парень, какой у нас народ? Вот с кем приходится работать. Слушай, подкинь-ка баул, а то мне ремень на горло давит.

Джек помог Захарии перевесить сумку поудобнее, и тот продолжил движение.

— Слышь, а далеко тебе вещички тащить, а то, может, лучше такси возьмем?