Барон Гаремский - Георгий Лопатин

Кирилл, алюминиево-мифриловый король

С кислотой как-то не заладилось. Ну не мог я вспомнить, как ее делать, хоть убей. Никогда не любил химию, просто не понимал значения всех этих буковок с циферками, соединенных между собой черточками. Все, что помню об этом, это то, что во время сильных пожаров, а также извержений вулканов в атмосфере образуются сернистые облака, а потом на землю проливается дождь из серной кислоты.

Можно было бы еще поэкспериментировать с серой. Да только где ее взять?

В общем, основную подготовительную работу проделали быстро, гремлины натаскали различных видов глин, что имелась в округе, – красная, белая, голубая и привычная желтая, – просушили и размельчили. Осталось только залить все это дело кислотой и прожарить электричеством, через все эти катоды, электроды и аноды (лишнее вычеркнуть), и выявить, какая глина самая производительная на алюминий-мифрил.

– Очередные переселенцы на горизонте, – предупредила Олграна, как всегда, время от времени присматривающая за окрестностями через кружащих в небесах орлов.

Да, переселенцы в мои владения тянулись постоянным, я бы даже сказал, набирающим силу ручейком. Сейчас в основном ко мне в горы переселялись полукровки с топей на западе. Жить в болотах, особенно в сезон дождей, когда уровень воды поднимается, в окружении гнуса, всяких отвратного вида насекомых, жаб и змей, – удовольствие совсем никакое.

Ко мне, как правило, приходили лишь старосты деревень, пока основная масса переселенцев еще двигалась со своим скарбом, узнавали, что да как, получали разрешение на основание деревни в присмотренной долинке и приносили присягу. Я утверждал выбор, если раньше эту долину не зарезервировали для себя другие поселенцы.

В общем, за три месяца количество поселений увеличилось с двенадцати до тридцати, да и сами эти двенадцать первоначальных деревушек увеличились в размерах раза в два за счет переселенцев-одиночек. Плюс произошло увеличение казачьих станиц с трех до десяти, и у меня под рукой уже стояло казачье войско в пять сотен ятаганов. Эти так называемые казаки надежно контролировали границу со Степью, принимая оттуда новых беглецов и отлавливая оркских разведчиков.

Основной поток беженцев ожидался после сезона дождей. Еще более сильный после войны с орками. Хотя все зависит от того, отобьемся мы от орды или нет. Отобьемся – переселенцы пойдут сплошняком. Не отобьемся – не пойдут, а, наоборот, разбегутся уже имеющиеся. Сейчас же шли те, кому жизнь в болотах стала совсем невмоготу, на авось, в надежде, что все будет хорошо. Или же, наоборот, самые умные и рисковые, подбирающие для себя самые лучшие места для проживания, считая, что, если что, всегда успеют сдернуть на прежнее место жительства.

А вот из степей как раз наплыв переселенцев в последнее время резко упал. Приходят лишь одиночки. Орки лютуют, усилив пресс на полукровок и рабов, так что те шагу не могут сделать без разрешения.

– Много?

– Под сотню.

– Немало, – кивнул я. – Целая деревня. И чего они ко мне всей толпой прутся?

– Так, может, узнаем? – хмыкнула орчанка в своей-моей манере.

Все от меня перенимают…

Я тоже лишь усмехнулся в ответ.

Через два с небольшим часа весь табор уже парковался у подножия горы, на которой стоял мой замок Гарем с развевающимся красным знаменем и золотым фениксом на нем.

– О! Какие лю… в смысле разумные! – чуть дурашливо воскликнул я, выходя навстречу пришедшему ко мне на поклон старосте. – Ну, здравствуй-здравствуй, Гонглир.

Передо мной стоял гном-квартерон, которого я освободил вместе с прочими пленниками из замка, когда брал его в свою собственность. Гонглир обещался прибыть обратно, но уже с семьей. Вот и прибыл.

Мне очень сильно не хватало этого коротышки как специалиста, если он, конечно, не врал, что является хорошим кузнецом. А любой кузнец – это ведь еще и инженер, кто мне требовался больше всего. У меня ведь до сих пор огры в рабстве заточены, работают лифтерами, поднимая и опуская платформы.

А я хоть и ярый противник рабства, но все никак не могу сменить их на что-то иное. С прибытием Гонглира на это появилась надежда. Сделаем механизмы с заточкой их под работу элементалей – и этих шерстистых громил можно отпускать. Тем более что Олграна уже добилась определенных успехов в их лечении и осталась последняя серия реабилитационных процедур. Огров ведь некромант изрядно оболванил – мозги закомпостировал, чтобы не буйствовали.

– И вам здравствовать, господин… Не передумала ли ваша милость взять меня на службу в замок с семьей?

– Не передумала… тьфу ты… не передумал. А где твоя семья, Гонглир?

– Внизу, господин.

– А чего с собой не прихватил?