Король: Вечный монарх. Сквозь время - Ким Ынсук

– Смотрю, дело о «живых мертвецах» – действительно важная часть твоей жизни.

«Измена» и «предатель родины» – эти слова, когда-то звучавшие словно издалека, становились все ближе и ближе.

Гон нежно сжал руку Тэыль, оцепеневшей от холода и волнения, и с грустью произнес:

– Прости, что из-за меня на ваш мир свалилось столько неприятностей.

Сердце Тэыль отчаянно заколотилось. Гону грозила еще бо́льшая опасность, чем она себе представляла. Пододвинувшись к нему, она крепко обняла его.

– Я хотела сделать вид, что все в порядке… Но у меня не вышло. Ты же не надолго уезжаешь, да?

– Я вернусь так быстро, как смогу. Будто между Ханнамдоном и Итхэвоном^[1] перемещаюсь. Ты даже соскучиться не успеешь.

Тэыль выглядела слабой и испуганной, и это разбило Гону сердце. Оно будто разлетелось на тысячи мелких кусочков без возможности снова их склеить. И Гон ничего не мог поделать, кроме как крепко сжать Тэыль в своих объятиях. Безысходность угнетала. Он успокаивал себя лишь тем, что однажды это закончится.

Гона грела надежда, что он сможет устранить Ли Рима в Корейской империи и все встанет на свои места.

* * *

Командир стражи Хопиль и несколько стражников в назначенное время быстро побежали в бамбуковый лес. Перед отъездом Гон приказал им в четверг вечером ждать его у входа в лес, чтобы дама Но меньше волновалась, ведь на пути до дворца могли подстерегать опасности. Когда стражники прибыли на место, Гон и Ынсоп их уже ждали, а рядом, на коленях, связанный, стоял третий мужчина. Это был Ким Гихван, которого Гон поймал в Республике Корея.

– Ваше Величество. Капитан. – Хопиль почтительно поклонился Гону и Ынсопу.

То, что произошло внутри межпространственных ворот, было для Ынсопа как сон. Стражник, склонивший перед ним голову, поразил Ынсопа до глубины души.

Он вспомнил, что сказал ему Ён перед отъездом:

– Как только окажешься там, сразу надень бронежилет. Это нужно не для твоей защиты, а для защиты Его Величества. Безопасность императора – твоя главная задача, даже если придется пожертвовать собственной жизнью. Ты меня понял?

Гон выглядел как настоящий император. А Ынсоп стал капитаном гвардии – щитом императора, обязанным оберегать его любой ценой. Гон будто стал совершенно другим человеком.

Строгим голосом он отдал приказ охраннику:

– Этот человек участвовал в государственном перевороте. Заприте его в самой дальней камере дворца. И еще: я запрещаю когда-либо и где-либо упоминать о его существовании.

– Есть, Ваше Величество.

Гон бросил ледяной взгляд на скорчившегося от боли Ким Гихвана:

– Твой хозяин желал тебе смерти, но я приказываю тебе жить. Ты будешь коротать остатки своей никчемной жизни в подвале моего дворца. Уже не жив, но еще не мертв.

С кляпом во рту, Ким Гихван злобно смотрел на Гона:

– Если ты думал, что это конец, то ты очень сильно ошибся. Я только начал разбираться с предателями. Вас всех ждет суровая кара.

Гон словно метал ледяные стрелы.

Отвернувшись от пленника, он подозвал к себе Хопиля:

– Все, что я сейчас скажу, строго конфиденциально.

– Да, Ваше Величество.

– Во-первых, нужно выставить охрану вокруг бамбуковой рощи. Заступаете на дежурство с сегодняшнего дня и до получения моих дальнейших указаний. Брать под арест любого, кто оттуда появится. Особенно мужчин в возрасте около семидесяти лет. Во-вторых, принесите мне все записи с камер видеонаблюдения отовсюду, где я бывал в этом году. И как можно скорее.

С приоткрытым ртом Хопиль молча выслушал приказы императора, после чего осторожно спросил:

– Ваше Величество, почему приказы отдаете вы, а не капитан Чо?

– У Ёна будет задание куда важнее.

Ынсоп, которому пришлось постричься, чтобы еще больше походить на настоящего Чо Ёна, припомнил обычную манеру поведения Ёна и попытался копировать ее. Выглядело немного неловко, но по-своему достойно. Хопиль чувствовал, что здесь что-то не так, но он четко соблюдал субординацию и не посмел бы задавать вопросы. Без лишних вопросов Хопиль поспешил исполнить приказ императора.

Гон не забыл дать инструкцию и Ынсопу:

– Ён, принеси свой ноутбук. Свой!

– Да, Ваше Величество, – ответил Ынсоп.

Гон же отправился во дворец, чтобы подтвердить личность Ли Сандо. Как он и ожидал, дата убийства Ли Сандо из Республики Корея совпадала с датой появления во дворце Ли Сандо из Корейской империи. Он, должно быть, решил отказаться от своей прошлой жизни, омраченной множеством карточных долгов, и получить новую в империи. А настоящий сын мастера амуниции был найден мертвым в Республике Корея.

Еще чуть-чуть, и Гон перестанет владеть собой, гнев рвался наружу. Слишком много людей нарушали установленный между мирами баланс и отнимали жизни невинных. И все из-за неуемной жадности Ли Рима и его желания подчинить себе весь мир.

Гон приказал немедленно задержать Ли Сандо в его доме и полностью заблокировать ему контакт с внешним миром.

«Как далеко?.. Как далеко еще Ли Рим готов зайти?» – спрашивал себя Гон, и плечи его отяжелели под грузом возложенной ответственности.