Взаперти - Елена Филон

— Не трогай меня, — бормочу немеющим от страха языком. — Не трогай меня.

— Хорошо… Хорошо, не буду, — вновь руки ладонями вперед выставляет, — просто не отталкивай меня, пожалуйста. Не в этот раз. Это же я, София. Я. Почему ты не помнишь? Ты должна помнить. Я не сошел с ума.

Медленно руку ко мне протягивает и тут во мне срабатывает что-то — будто рычаг опускается: ударяю ботинком по коленной чашечке незнакомца, одновременно подныривая под его поднятую руку и, что есть мочи, несусь к своему дому, уверенная — преследует. Уверенная — будет в дом ломиться, не отстанет.

Захлопываю дверь, так что стены содрогаются, закрываюсь на все имеющиеся замки, дрожащими, будто в припадке, руками, хватаю телефон и собираюсь звонить в полицию. Не выходит — пальцы мокрые и не слушаются.

— Ну же… Ну же.

"Тик-так, — вдруг громким, ясным шепотом раздается в голове, — ТИК-ТАК".

* * *

— Так вот, на чем я остановилась?.. — Петти сидит напротив меня за столиком нашей излюбленной кофейни и смотрит придирчиво-хмурым взглядом. — Ты ведь не собираешься надевать костюм, да? Так вот послушай, что расскажу. В ночь Хэллоуина завеса разделяющая мир людей и мир мертвых становится настолько тонкой, что они могут проникать в миры друг друга. В этот день призраки и духи умерших возвращаются в поисках тел, которыми могут завладеть. Все законы времени и бытия в эту ночь не работают, что позволяет духам вытворять, что вздумается, даже с нашим рассудком играть. И поскольку никому не хочется меняться с призраками местами, давным-давно и были придуманы страшные костюмы, чтобы сбивать нечисть с толку… Ну? Так что, найдешь себе костюмчик? Вечеринка у Родриго обещает быть чумовой, и ты, София — обязательный гость на ней, если только не хочешь, чтобы какой-нибудь уродливый мертвяк завтра поселился в твоем теле и принялся вытворять с тобой всякие штучки. И заметь, под словом "штучки" я не подразумеваю ничего эротичного.

Ледяными, дрожащими пальцами хватаю себя за руку и со всей силы щипаю.

— Ай.

— Ты что делаешь? — глаза Петти округляются. — С ума сошла? Эй, София.

— Нормально все. — Тяжело сглатываю и отчужденно озираюсь по сторонам. В висках стучит так сильно, будто отбойный молот в голове работает. И дрожь… дрожу так, словно в морозильной камере нахожусь, а не в теплом, уютном кафе заполненном постояльцами, насыщенным ароматом кофе и корицы, и солнечным светом, льющимся сквозь высокие витринные окна.

Кофейня. Она самая.

Твою ма…

— София.

— Все нормально, говорю, — круто разворачиваю голову к Петти и даже представлять не хочу, как сейчас мое лицо выглядит. — Я уснула?

— Уснула? — глядит на меня как на безумную. — Вообще-то мы с тобой тут важную тему обсуждали и ты вдруг подвисла на несколько секунд, а теперь вот чушь какую-то сидишь несешь. Ты что-то в свой чай подсыпала?

— Нет… вроде бы, — стеклянным взглядом наблюдаю, как кружатся чаинки в кружке с логотипом заведения. — Просто… просто причудилось кое-что, — вздыхаю, проводя ладонями по волосам, стягиваю с запястья резинку и собираю вьющиеся локоны в небрежный пучок. — Будто… будто я… черт, не знаю, как это объяснить. Будто я только что не здесь находилась. Будто…

— Видение?

— А такое возможно?

— Пф-ф, — Петти прикусывает зубами соломинку и с громким звуком тянет через нее холодный кофе. — Завтра Хэллоуин, меня сейчас в принципе удивить сложно.

Ага, ну да, точно.

Стоп.

— Что? В смысле: завтра Хэллоуин? Какое сегодня число, Петти?

— Тридцатое. А что?

Ч-е-е-ерт…

— Какой же ты мудак, — звонкий крик девушки за соседним столиком, заставляет вздрогнуть, будто от удара электричеством.

Высокая, стройная шатенка в узкой юбке и белоснежной блузке, сквозь которую только полный идиот не сумеет разглядеть черный кружевной лифчик, вскакивает на ноги, хватает со столика напиток в пластиковом стаканчике и выплескивает все его содержимое в лицо парня напротив.

— Я тебя бросаю, понял? — визжит на все заведение. — Я. Бросаю. Пошел ты к черту, Коди Миллиган. Ты вообще — никто. Пустое место, пыль.

— Да без проблем, — лениво отвечает парень, утирая салфеткой мокрое лицо.

— Без проблем? — лицо шатенки передергивает от злости. — БЕЗ ПРОБЛЕМ, КОДИ? ТАК, ДА? То есть тебе плевать, что я тебя бросаю? На МЕНЯ плевать?

Парень в ответ лишь протяжно вздыхает, удостаивая девушку раздраженно-сочувствующим взглядом, будто у той только что остатки мозгов через уши вытекли, а та и не заметила.

— Тащите попкорн, — весело комментирует Петти. — Эй, София? Черт, опять зависла.

— Это уже было, — отвечаю сухо, и не сразу понимаю, что так сильно сжала пальцами край столешницы, что суставы стонут.

— Что? В смысле? — Петти пытается привлечь мое внимание, но тело будто парализовало; все, что могу, это смотреть на парня за столиком напротив.

Те же глаза… большие, бездонно-голубые, как два озера отражающие в себе лазурное небо. Ярко-выраженные скулы, сильный подбородок с легкой щетиной… Бледная кожа, слегка болезненной кажущаяся. И темные пухлые губы, на которых блуждает едва заметная ухмылка, будто ему весело.

Это он. Тот самый парень.

— Что значит: "это уже было"? София?

Этот день… Все это… будто бы уже происходило.

В момент, когда за обиженной шатенкой хлопает дверь кофейни и звон колокольчиков проносится по залу, я уже знаю, что произойдет в следующий момент — Петти скажет, что нам пора.

— Ладно, подруга, нам пора сваливать.

— Нет.

— Что? Почему?

— Мне… я просто… Мне нужно… — Резко замолкаю, потому что он… этот парень… смотрит. Лоб хмурит, и глаза с подозрением сужает.

— Бред какой-то, — шепчу.

— София? — зовет Петти.

— Куплю воды, — первой разрываю контакт глазами с незнакомцем и целенаправленно двигаюсь к разрисованному во все цвета радуги прилавку.

"Все нормально. Все нормально, Софи, — заверяю себя, — просто глюк словила".

Ложу на стойку пару баксов, а кассир в ответ протягивает мне пластиковую бутылку с водой.

— Не могли бы вы поставить ее? — прошу. — В смысле: поставьте ее, а я возьму.

Хватаю с прилавка бутылку и половину залпом осушаю, будто три дня в пустыне провела без капли влаги. Разворачиваюсь, собираясь вернуться к Петти, но по всем великим законам подлости этого мира, врезаюсь в кого-то и как ошпаренная в сторону отпрыгиваю, роняя практически пустую бутылку на пол.

— Хм…Теперь мне нужно больше салфеток, — тот самый голубоглазый парень оттягивает за край футболку, демонстрируя новое мокрое пятно, и позабавлено улыбается.