Дочь барона - Герта Крис

Утром примчалась Мегана и с порога прокричала:

— Они поймали Менестреля!

Где-то в груди Тианы появился ледяной ком и принялся ворочаться. Ведь это из-за неё схватили Менестреля! Ну чего стоило задержать его дольше?! Но своих терзаний баронесса не выдала, а спокойным голосом спросила:

— Кто поймал?

— Да стражники же, Ти!

— Не кричи, Мег. А когда поймали?

Мегана с недоумением посмотрела на сестру и гораздо тише произнесла:

— Менестреля поймали в саду, когда он начал петь у Северного крыла. Здесь, внизу… — И закричала: — Ты что, Тиа! Ты должна была слышать!

Ледяной ком из груди Тианы упал в живот и растаял. Баронесса глубоко вздохнула и рявкнула:

— Не ори, Мег! — А затем спокойно сообщила: — Никого не поймали. Если бы стражникам это удалось, то они радостно орали бы полночи. А у них ничего не вышло.

— Уф! — выдохнула Мегана и без сил опустилась на стул. — Врут, значит…

Вот так и получилось, что Тиана ничего не рассказала сестре о ночном визите Менестреля. Но укорять себя за таинственность баронесса не стала. Как она решила позже, враньё о герцоге и умолчание о Менестреле вполне уравновешивали друг друга.

— А Менестрель ещё будет петь, Ти?! У нас мог бы!

— А в вашем саду облавы не было?

— Нет! Тишина до рассвета! А мы ждали… Так будет или нет, Ти?!

Тиана решила, что надо серьёзно поговорить с сестрой. Нельзя же вот так, запросто, проговариваться о том, что ночью у неё был мужчина! Но это лучше сделать позже.

— Подумай своей головой, Мег. Сама же говорила — король женится на зинкарской принцессе, Менестреля надо отдать как подарок. Да он, наверное, уже далеко уехал.

Собственные слова расстроили Тиану, но сестра ничего не заметила.

— Ты, как всегда, права! Но как бы здорово было, Ти, если бы он спел в нашем саду! Всем назло!

— Точно. Чтоб его поймали и голову на свадебный торт приделали…

— Ой, Ти! Нуты скажешь! Страх какой!

— Ладно. Ты завтракала, Мег?

— Немного! Могу и с тобой поесть!

— Хорошо.

Во время завтрака сестра болтала о каких-то слухах, мало интересных Тиане, а баронесса думала о Менестреле и очень надеялась, что певцу удалось покинуть столицу. Бывает же так! Единственный человек, напоминающий отца: умный, много знает, интересный собеседник, да ещё и певец, каких поискать… А всего один вечер! Словно призрачная, проходная фигура. Но, может быть, и это подарок судьбы? Чтобы помнить всю жизнь…

— Ти! Ты меня совсем не слушаешь! — возмутилась Мегана. — У тебя глаза пустые, как колодец ночью! Я говорю, что баронессу Ристер никто больше во дворце не видел!

Когда Тиана наконец-то поняла сказанное сестрой, то вздрогнула и пробормотала:

— Будем надеяться, что она уже дома.

— А ты думаешь, что её могли… — в ужасе округлила глаза Мегана.

— Я бы смогла. За нас с тобой. Но к тому же эта тупица едва не умертвила весь двор вместе с королём.

— Ой, Ти! Да ладно! Выпороть бы её прямо там на салоне! И хватит!

— Что-то ты добреешь на глазах, Мег, — улыбнулась Тиана. — Но так даже лучше.

— Чего это во мне доброго?! Выпороть при всех! При кавалерах… Позор какой!

— Ну… — Тиана подумала и рассмеялась: — Тогда ещё не совсем!

— Ой! Совсем забыла! — хватилась Мегана. — Сегодня приём в полдень!

И упорхнула.

Баронесса успела немного почитать и переодеться. А в тронном зале, как обычно, она устроилась за колонной, раскрыла книгу и погрузилась в другой мир. Возможно, что зря.

* * *

Король был мрачен и задумчив. Даже шут не смог развеять его плохое настроение, хотя прилагал большие усилия.

— А вчера в саду у Северного крыла так и не удалось поймать Менестреля. Ночь прошла спокойно…

— Ерунда! — отмахнулся король. — Почему, Бари, ты не докладываешь мне всё?

— Я?! — потрясённо развёл руками шут.

— Ты! А слухи?

— Какие?..

— Хотя бы о том, что герцог Кайрис провёл ночь у баронессы Арлей! Почему ты промолчал?

— Я… Хочу заметить, ваше величество…

— Нет уж! Теперь молчи! Герцога Кайриса ко мне!

Герцог нашёлся быстро, но когда он подошёл на положенное расстояние к трону, король потребовал:

— Ближе!

Придворные затихли и навострили уши, однако расслышать не удалось ни одного слова — король заставил герцога подойти вплотную, а говорил очень тихо и зло.

— До меня дошли слухи, герцог, что вас видели утром выходящим из комнаты баронессы Арлей… Ещё мне доложили, что это ложь. Так это правда или ложь?

— Раздери Пустошь глаза болтунам… Мой король! Я хотел бы обсудить сложившуюся ситуацию с глазу на глаз.

— Я не понял, Сайрил… — почти прошипел Вард Первый. — Это правда?!

— Да, ваше величество! Правда.

Королевский шут прикрыл глаза и быстро зашевелил губами, словно перебирая какие-то варианты. Естественно, что он жалел о недонесении королю очень простого факта — забыл за делами…

Но выбрать приличный вариант разрешения в общем-то смешной ситуации шут не успел — король дал пощёчину герцогу Кайрису.

— Ты лжец! И вызван мной на дуэль!

Придворные ахнули, а шут, несмотря на опасность перевести на себя королевский гнев, попытался вмешаться:

— Ваше величество! Это дело хорошее, и вполне можно подраться вечером в фехтовальном зале! После бокала вина…

— Заткнись, Бари! Здесь и сейчас! Я вижу, герцог, что ваша шпага коротковата. — Король повернул голову и крикнул: — Стража! Две шпаги!

— Ваше величество! — не унимался шут. — Король ни при каких обстоятельствах не может драться с герцогом! Это нарушение закона! К тому же вы примерно равные бойцы. Но! Если вы убьёте его — мы будем скорбеть, а если герцог вас поцарапает — я его просто повешу.

— Верно, Бари, — согласился король.

Снял и бросил на трон мантию, а корону надел на голову шута. Пока он снимал непробиваемую рубашку, шут пощупал корону:

— Ваше величество! Сейчас я как бы король… Можно переговорить с казначеем? Решить кое-какие…