Мужчина не моей мечты - Алиса Ардова

Вместо ответа я приподнялась, крепко обняла брата и, когда его руки сомкнулись на моей спине, тихо вздохнула. Мы вдвоем, и нам никто не нужен, особенно если это чревато неприятностями для одного из нас.

— Марусь, я давно хотел спросить, но все как-то забывал, — рассеянно протянул Петька, когда мы, помирившись, дружно пили оставленный камеристкой сок. — Ты случайно не знаешь, почему Аниаш придумала сыну такое странное прозвище — Пипи? Я вздрагиваю каждый раз, когда слышу. Представляю, как он себя чувствовал.

— Случайно знаю, — фыркнула я. — Она просто уменьшила полное имя.

— Полное имя? Трэй?

— Нет. — Допила сок и поставила бокал на столик. — Это тоже сокращение, только более удачное. Хозяина твоего тела зовут… — я сделала торжественную паузу, — граф Пиотрей Ольес. — И расхохоталась. — Так себе имечко, правда?

— Да уж, — согласился брат. — Трэй гораздо лучше. — Он помолчал, а затем произнес нараспев: — Мэарин — Маша, Пиотрей — Петя… Ты заметила?..

— Конечно заметила. — Я сладко зевнула. — И уверена, это не просто совпадение.

Снова зевнула. Глаза закрывались сами собой. Наверное, в лекарстве, которое дал Дильфор, было снотворное. Сползла вниз, устраиваясь удобнее, завернулась в наброшенный братом плед и задремала.

Проспала я до самого обеда, который подали прямо в нашу гостиную. Потом пришел Дильфор, осмотрел ногу, снял повязку и разрешил через несколько часов встать. Ужинали мы тоже у себя в покоях. А поздно вечером нас неожиданно навестил Саллер. Холодно кивнул Петьке, вежливо осведомился о моем здоровье и, глядя поверх наших голов, уведомил, что послезавтра утром мы отправляемся в Древнюю обитель.

* * *

Время до отъезда промелькнуло удивительно быстро. Не успели мы обсудить, какая информация еще пригодится, и зарыться в книги, лихорадочно отыскивая необходимые сведения и прерываясь на быстрые завтрак-обед-ужин, как вот оно, послезавтра, уже наступило. Заглядывает в окна спальни сквозь неплотно задернутые шторы, скользит по стенам рассветными лучами, оплетает комнату причудливым желтым кружевом.

Ладно, в дороге отоспимся. По воспоминаниям Мэарин, дамы здесь передвигаются большей частью в каретах, а что касается «графа»… Надеюсь, его после тяжелой болезни тоже не заставят путешествовать верхом. В принципе, братец неплохо держался в седле — все детство провел в конном клубе при московском зоопарке, до четырнадцати лет там пропадал, но лучше все-таки не отходить друг от друга. Надежнее как-то.

К счастью, на лошадь не пришлось взбираться ни мне, ни «мужу» — супругов Ольес с удобствами разместили в крытой повозке.

— Не трусь, Мышонок. — Петька легко сжал мою ладонь, наклонился и шепнул с самым серьезным видом: — И не забывай про наш гениальный план.

У меня что, настолько бледный вид, что он решил ободрить?

— К-какой?

— «На месте разберемся» называется. — Мне лукаво подмигнули. — Необыкновенно надежный и очень действенный. Никого еще не подводил.

Не скажу, что я совсем перестала переживать, но настроение после его слов точно улучшилось. Все-таки хорошо, что брат рядом.

Чудесное солнечное утро, легкое волнение в предвкушении грядущих перемен, близкий человек под боком, а герцог, наоборот, где-то там, далеко, за дверью экипажа, теплые объятия, в которые так приятно нырнуть, чтобы немного подремать и успокоиться, — все это, безусловно, не могло не радовать. И радовало… до тех пор, пока мы не свернули с широкой ровной дороги на проселочную.

Карету затрясло, она покатилась вперед, бодро подскакивая на каждой выбоине, и уже через полчаса, прокляв все на свете, я твердо уверилась, что над нами таким образом изощренно издеваются. От рытвин и кочек не спасали даже многочисленные мягкие подушки, разбросанные на сиденьях пыточного приспособления на четырех колесах.

— Чтоб этим славным жрецам неделю икалось, — злобно прошипел Петька, которого в очередной раз подбросило вверх, и я резво отползла в сторону, чтобы он не приземлился на мои колени. — Надо же, забрались в необитаемую глушь, да еще и портал отказались устанавливать. Специально придумали?

— Не исключено. — Пожала плечами. — Помнишь, что мы о заповедях обители читали?

— К богу трудна дорога?..

— Вот-вот…

— Но не так же буквально, — возмутился братец, героически поймав теперь уже меня и заботливо опуская на подушки.

— А почему нет? — Я покрепче уцепилась за край сиденья. — Помотаешься из стороны в сторону, стукаясь о стенки, попрыгаешь по бесконечным ухабам и явишься к Танбору, преисполненный благости и смирения. А портал — слишком просто, даже осознать ничего не успеешь и… преисполниться тоже.

Разветвленная сеть стационарных порталов, охватывавшая почти все государства Риоса, позволяла экономить время и передвигаться с определенным комфортом. Станции, к которым вели относительно безопасные мощеные дороги, располагались в каждом мало-мальски крупном населенном пункте. Исключение составляли отдаленные деревни, Шанно-Лансин, а также Запретные Земли и Древняя обитель.

В школе для юных «истинных» никогда не жаловали незваных гостей. А что касается нелюдей и служителей Танбора, то они проявили удивительное единодушие, категорически запретив создавать порталы и пользоваться любыми магическими переходами в непосредственной близости от своих территорий. Поэтому теперь, вместо того чтобы доехать до соседнего с Эрменлейвом города, переместиться поближе к обители и за пару часов добраться до цели, мы были вынуждены до вечера петлять по лесам вдоль границы с Хаудданом.

В полдень отряд свернул на узкую, заросшую травой «почти тропинку» и наконец-то встал на привал. Мы дружно вздохнули, отлепились друг от друга и, помедлив, выползли из кареты. Огляделись, перетекли к дереву, упали на постеленные шкуры и облегченно замерли, как моряки, оказавшиеся на берегу после долгого изнурительного плавания.

Земля! И самое главное — не качает.

Рядом тут же вырос Дильфор. Озабоченно поводил руками над Петькой, удовлетворенно крякнул, сунул пациенту какую-то пастилку, осведомился, не беспокоит ли меня нога, и оставил в покое. Красота…

Так мы и провалялись в амебообразном состоянии, пока не позвали обедать. Вильм с подчиненными и лекарь устроились чуть поодаль, а вот герцог, который все это время держался в стороне и не предпринимал ни малейшей попытки подойти или заговорить, явно нехотя, скорее всего, отдавая дань вежливости, присоединился к нам.

Воины о чем-то вполголоса разговаривали, перебрасывались шутками, весело хохотали, а в нашей небольшой компании царила неловкая тишина. Петька, не поднимая головы, поспешно и как-то нервно ел. В отличие от него Саллер казался равнодушно-бесстрастным, но внешнее спокойствие было обманчивым, герцога выдавал взгляд — тяжелый, неестественно напряженный.

Когда молчание стало совсем тягостным, я не выдержала.

— Ваша светлость, а тот портал, след которого обнаружили в лесу… Его ведь открывали неподалеку, верно?