Будни имперской разведки - Матвей Курилкин

– Куда ты без меня попрешься, морда! – конечно, Ханыга сказал другими словами, но бас шефа его заглушил. А смысл был тот же.

– Всей командой, безусловно проще. – Я снова пожал плечами. – Но все равно ведь ничего не поделаешь.

– Значит так, – шеф решительно отобрал у меня камешек, который я во время своего монолога периодически пинал, – Гриахайя прекрасно справится без меня. Мы с ней это уже обсуждали. В седой древности беременная орчанка с родственницами вообще скрывалась от отца ребенка – какие-то там то ли обычаи, то ли еще какие-то глупости, в общем, к мужу они возвращались уже с годовалым щенком. Сейчас это почти не соблюдается, но ничего страшного в том, чтобы муж не сидел безвылазно возле бабской юбки никто не видит. Так что это не аргумент. По поводу моих, как ты говоришь, связей – давно бы обратил внимание – все связи с общественностью на себя взял наш проныра. Он такой тихенький и вежливенький, ему все тут же начинают рассказывать правду и изливать душу. И расстаются они добрыми знакомыми. Скажешь не так, зеленый?

Гоблин ловко отобрал у шефа несчастный камешек, и сердито заворчал:

– Да если б я знал, что ты станешь это использовать как аргумент, чтобы оставить меня здесь, я бы клиентам ни слова не сказал! И не надо преувеличивать мою роль. Все высокородные со мной даже разговаривать не станут! Я буду полезен за границей так же, как и любой из нас! И я не собираюсь сидеть тут в безопасности, когда вы будете там рисковать! Вы без меня не справитесь!

– А как же твоя супруга?

– Супруга поймет. В случае чего, ее тут не бросят!

– Ну послушай же ты разумные доводы! – попытался надавить на сознательность Ханыги шеф.

– Я не хочу слушать никаких разумных доводов, – окончательно вышел из себя гоблин. – Если ты считаешь, что тут кто-то должен остаться, то оставайся сам! Лично я считаю, что хватило бы и Свенсона, если Игульфрид останется ему помогать! В конце концов, справлялся же он, пока нас не было!

– А если я прикажу! В между прочим, я все еще ваш начальник, и ты – по-прежнему мой подчиненный. – Зашел с козырей шеф.

– Если будет приказ – я его выполню, – прошипел гоблин. – Но если ты считаешь себя не только командиром, но и другом, ты такой приказ отдавать не станешь!

Я слушал перебранку коллег, и понимал, что выбор, кому оставаться действительно может стать серьезной проблемой. И еще я был очень доволен, что рядом пока нет леди Игульфрид – если бы она слышала, что ее уже почти гарантированно решили оставить здесь, спор был бы намного более тяжелым. Пора было его прервать – еще чуть-чуть, и он перестанет быть спором, и станет настоящей дракой.

– Давайте оставим пока эту тему. Мне тут пришло в голову, что мы, может быть, зря портим друг другу настроение. Решение в любом случае остается за императором.

– А чего тогда ты вообще завел об этом разговор?! – дружно обрушились на меня коллеги. Оба уже орали в полный голос, не обращая даже внимания на испуганных прохожих.

– Тихо вы, незачем так орать, вы всех распугаете. Как будто мне хочется идти без кого-то из вас! Мне кажется, у нас хорошая команда, и даже леди Игульфрид уже успела в нее вписаться.

– Кто же спорит! – немного успокоился шеф. – Но я бы на вашем месте, лучше обсудил наши действия за границей. То есть фраза о том, что все диверсии организованы кем-то за пределами Империи, как-то слишком сильно лишена конкретики, вы не находите?

Я поморщился:

– Мы уже выяснили, что это наверняка мои бывшие сородичи воду мутят. Неплохо бы понять, чем их так заинтересовала империя, ну и, в идеале, как-то им помешать. Хотя чем заинтересовала – я догадываюсь.

– Ну-ка поделись своими соображениями, – заинтересовался шеф.

– Да что тут думать. Сиды веками безвылазно сидели в своих дольменах. Сиды начали вырождаться. Пока что это не слишком заметно, но все-таки заметно. Сидам нужно выходить на поверхность, и работа в этом направлении ведется – я тому яркий пример, хоть и неудачный. За границей уже все поделено. Вернее, не так – за границей много государств, которые постоянно соперничают между собой. Маленькие, но зубастые, и еще один игрок им совершенно не нужен, им и без того тесно. А Империя велика, слабо заселена, и уже очень, очень давно не участвует в этих играх. Она может показаться легкой добычей. Хуже всего, что она может действительно оказаться легкой добычей.

– Это с чего ты взял?! – возмутился шеф.

– А ты вспомни, с каким трудом нам удалось отбить предыдущие атаки? А ведь ничего выдающегося в этих диверсиях не было! Подумать только, до сих пор у нас не было тайной стражи! Да в любом из королевств людей, такой неуклюжий заговор был бы раскрыт еще на стадии зарождения! И потом, сколько уже поколений в Империи не было войн? Не спорю, наша армия сильна. Но она состоит только из новобранцев! Никто из них не имеет опыта реальных боевых действий.

– Ты так описываешь, что можно подумать "Приходи и бери". – Обиженно буркнул Ханыга.

– Я слегка сгущаю краски. Все-таки нам удалось отбиться. Но для моих бывших сородичей там, за горами, все именно так и выглядит. А слабых, как известно, бьют. Нам нужно показать зубы. Возможно, какая-нибудь яркая ответная диверсия заставит с нами считаться. В любом случае, необходимо осмотреться на месте. Мы прежде всего должны оценить обстановку в приграничных герцогствах, понять, какие настроения витают в воздухе, собрать слухи – из них иногда можно получить информации больше, чем из официальных указов, главное, уметь правильно фильтровать информацию. Мы сейчас не знаем, против чего боремся – я даже не могу с уверенностью сказать, что это мои бывшие родственники. Полнейший информационный вакуум!

Я прервал свой горячий монолог, заметив, что мы уже несколько минут топчемся возле мастерской, и обратил на это внимание коллег. Процедура снятия мерки никогда не казалась мне интересной, но сейчас я был даже рад этой процедуре – моим коллегам нужно было остыть, да и я, что-то разнервничался.

– Господа, тут не указан цвет ткани, – объявил портной, – Написано "выбор цвета остается на усмотрение служащих"

– Где? – выхватил бумаги шеф. – Вот демоны, действительно. И какие идеи?

– Жаль, что серый нельзя, – посетовал Ханыга. – Мне нравился мой старый мундир.

– Угу, он так здорово подходил к серо-зеленому цвету твоей рожи, – ехидно вставил шеф.

– Кто бы говорил, – огрызнулся гоблин. – Может, тогда черный?

– Что вас всех так тянет на всякую мрачность, – поразился шеф.

Я не удержался, и фыркнул:

– Действительно, пора разбавить это уныние чем-нибудь веселеньким. Давайте розовый в зеленую крапинку!

Коллеги переглянулись и расхохотались, представив, как здорово мы будем смотреться на балу. После этого мы все-таки сошлись на черном, хотя шеф еще предлагал какие-то изыски, типа насыщенного баклажанового, или бордового, цвета запекшейся крови. Не ожидал, что наш начальник такой эстет.