Герой высшего качества - Дмитрий Казаков

Внутри громадной твари полыхала настоящая топка.

— Чудовище! — обрадованно воскликнул Яхирон, рука Егора сама выхватила меч, он спрыгнул с седла и ринулся вверх по песчаному склону. — Руби его! Смотри, какая башка здоровая!

Атаку, судя по тяжелым шагам и воплям, поддержал Бешеный Соня.

«Как сражаться с такой громадиной? — подумал Егор, со страхом понимая, что для этакого червяка он все равно что муха для собаки — на один щелчок пастью. — Проглотит и не заметит».

От ужаса стало так холодно, что он залязгал зубами, а по спине двинулись по знакомым маршрутам мурашки. Увидев напичканную мерцающими клыками пасть совсем рядом, он предпочел прикрыть глаза, а если бы это оказалось возможным, еще и зажал бы уши.

Но Яхирон что-то делал, и тело Егора скакало туда-сюда, вертелось и размахивало оружием. Рядом сражался Махот, а червяк, похоже, защищался, поскольку земля под ногами, та, что пряталась под песком, колыхалась и тряслась, словно льдина в ледоход.

Потом все закончилось, меч вскинул сам себя в салюте и заорал:

— И всякому, кто встанет у нас на пути, мало не покажется! Ура мне, победоносному, великому и скромному!

Егор осторожно приоткрыл один глаз, затем второй: туша длиной сотню метров лежала на песке, и выглядел мертвый червяк удивленным; кольчатое тело местами было жутко искромсано, из глубоких ран текла белесая жидкость, мало похожая на кровь, а кое-где — промято чудовищной силы ударами.

Это Бешеный Соня поработал своей дубиной.

— Это славная победа, но вообще вы идиоты! — рявкнул спикировавший Аладдин. — Нужно было стоять на месте и не двигаться, и тогда бы он вас не тронул! Совсем ума лишились?

Очертания червяка начали таять, расплываться серой дымкой. Егор моргнул и обнаружил, что под ногами не песок, а усеянная иголками земля, а вокруг — желтые стволы сосен.

— Вернулись обратно, — сказал Ганди-Ла. — Вон и Зубастые горы на месте.

— Надо было башку этого с собой захватить, — разочарованно звякнул меч. — Нет, ее не утащишь, уж больно здоровая, да и отрезать долго… Хотя бы зуб! Был бы повод хвастаться.

— А тебе для этого нужен повод? — удивился Егор.

Яхирон этот выпад проигнорировал и гордо нырнул в сетчато-кольчужные ножны. Махот опустил дубину и побрел туда, где стояли рядом два временно лишенных наездников пони.

Егору ничего не оставалось, как последовать его примеру.

Они миновали группу скал, похожих на исполинские красноватые зубы, проехали дубовую рощу, и тут встревожился рахива. Он пришпорил скакуна, а вырвавшись в авангард, принялся размахивать руками, точно экстрасенс, починяющий биополе доверчивого клиента.

— Что такое? — спросил Бешеный Соня.

— Да сам не пойму… — сквозь зубы отозвался Ганди-Ла, — чувствуется впереди нечто чуждое… словно плывет по лесу нам навстречу огромный айсберг и гонит впереди себя волну холода…

— И ему голову отрубим, — пообещал вошедший во вкус Яхирон, а Егор покосился на Аладдина.

Тот выглядел безмятежным — то ли не замечал ничего странного, то ли не считал, что приближающееся явление опасно. Даже напевал что-то заунывно-неразборчивое под свой выдающийся изогнутый нос и прищелкивал пальцами в такт.

— Устроим засаду? — Махот, как обычно, мыслил исключительно практическими категориями.

— Можно, — сказал Егор. — Зачем лезть к этому «айсбергу» в пасть?

Ганди-Ла одобрил идею, а вскоре отыскалось подходящее место — заросли малины, хоть и потоптанные с краю голодным медведем, но такие густые, что в них можно было спрятать полк гусар.

Аладдин уселся в развилке дерева и принялся с одобрением наблюдать, как Егор и сподвижники готовятся встретить опасность. Рахива отправил на запад несколько сторожевых заклинаний, что сработают подобно сигнализации, Бешеный Соня отчистил дубину от слизи и кусков плоти гигантского червяка, а извлеченный из ножен Яхирон рассказал пару баек на тему «как славно было рубить головы с прежним хозяином».

Он вспомнил бы и третью, и даже четвертую, если бы не вскинувший руку Ганди-Ла.

— Первое заклинание потревожено, — сообщил рахива. — Вижу… толпу потных мужиков…

— Вооружены? — Махот деловито засопел.

— Только ножами, но выглядят странно, аж жуть. И враждебности я не чувствую.

Аладдин издал курлыкающий звук, точно решил окончательно перейти к птичьему образу жизни, и едва не вывалился из своей развилки. Затем в руках советчика появилась огромная книга, и он принялся листать ее с такой скоростью, что страницы протестующе затрещали.

До земли донеслись отрывки довольно загадочных реплик:

— Они ополоумели?.. Не понимаю… Полное нарушение событийно-пространственного континуума…

— Второе заклинание! — воскликнул Ганди-Ла. — Они близко, идут на нас! Что будем делать?

— Сражаться! — завопил меч.

— Давай посмотрим, кто это, а затем решим, — Егор пресек попытку Яхирона подняться для угрожающего замаха. — Затеять драку — дело пустяковое, это всегда успеется.

— Как-то не по-геройски ты мыслишь, — недовольно лязгнул клинок.

Но тут стало не до разговоров, поскольку меж деревьев появились странные мужики, которых Ганди-Ла заметил с помощью магии. Они шли группой, настороженно поглядывая по сторонам, и были похожи друг на друга точно братья — тощие, загорелые, бородатые, с настороженными взглядами, и у каждого на поясе висел длинный изогнутый нож в ножнах.

Но наиболее странно выглядела их одежда — перевитый трубочками комбинезон напоминал форменный костюм сантехника будущего, маска закрывала рот, трубочки шли к носу, а на бедрах имелись бугристые утолщения.

— Ну, ваще… — прошептал Егор.

Вскоре стало понятно, что шагающие в центре группы бородачи что-то несут и что двигается их толпа прямо на засаду.

— Что, нападаем? Кто там? — нетерпеливо шипел прижатый к земле Яхирон и время от времени подергивался.

— Нет, — сказал Егор. — Будьте наготове, а я попробую поговорить.

Еще пару недель назад он предпочел бы не связываться с толпой потенциально опасных чужаков, но сейчас понимал, что спутники ждут от него вовсе не трусливой попытки отсидеться в кустах, а чего-нибудь решительного, вроде рывка в атаку или успешных переговоров.

И эти ожидания странным образом не только сковывали и напрягали, а еще и воодушевляли.

— Эй, почтенные! — Егор поднялся и вышел на открытое место, держа меч в опущенной руке.

Бородачи остановились.

— Ты намерен загородить нам путь? — спросил один, с дикими голубыми глазами и шрамом на физиономии, и выхватил нож так быстро, что Егор заметил лишь смазанное движение.

Изогнутый клинок был молочно-белым, мягко светился и напоминал зуб громадного червяка с огнем внутри, не так давно нашедшего смерть в дюнах родной пустыни.