Теневой дозор - Аркадий Шушпанов

V.G.

Хозяин замка встретил гостей в мастерской и даже не обернулся к вошедшим. На нем была серая блуза, подпоясанная почему-то веревкой, а голову венчал берет.

Мастер стоял перед мольбертом. Дмитрию бросился в глаза бокал с красной жидкостью на краю подрамника. Но, присмотревшись, он понял – всего лишь вино.

– Чем могу служить, господа? – раздраженно бросил через плечо художник.

Дреер сделал шаг:

– Старший, мы будем признательны…

Хозяин замка, похоже, отвык, чтобы к нему так обращались. Он наконец-то соизволил повернуть к гостям худое и печальное лицо.

– Инквизитор?

– Да, Старший. – Дмитрий склонил голову. – Младший Инквизитор Дреер.

– Витезслав Грубин, – представился хозяин, а потом обратил внимание на спутников Дреера: – А ведь я знаю вас, господа. Взаимные иски Ночного и Дневного Дозоров Москвы, заседание Трибунала в декабре одна тысяча девятьсот девяносто девятого года. Вы – Светлый маг второй ступени Игорь Теплов, а вы, сударыня, очевидно, его жертва.

– Я тоже вас помню, пан Витезслав, – сказал Игорь и взял Алису за руку.

– Старший! – Дмитрий шагнул еще ближе. – Вы погибли, защищая Договор[7]. А теперь один из развоплощенных Иных предпринял атаку на филиал Инквизиции. Филиал в России, который вы лично курировали.

– И кто заменил меня теперь? – Кажется, в глубине глаз Витезслава проснулся интерес.

– Эдгар, ваш ученик.

– Вот как? Что ж, неплохая карьера. – Грубин был абсолютно серьезен. Дмитрий заметил на его берете заколку в виде двух охотничьих рожков, ружей и оленьей головы.

Вышколенный старик-слуга тем временем подошел и протянул Алисе… белое полотенце. Его явно ввели в заблуждение мокрые волосы гостьи.

– Спасибо. – Алиса благодарно улыбнулась.

– Что я могу сделать для вас, господа? – Витезслав отложил кисть на подрамник и взял бокал.

– Старший, вы слышали о Крысолове из Гамельна? Не легенду, а факт истории Иных?

– Такого факта не существует. По крайней мере достоверного.

– У нас есть все основания предполагать, что Темный, известный как Гамельнский Крысолов, повинный в злостном нарушении Договора, пытается ревоплотиться.

– Это невозможно. – Витезслав как будто что-то доказывал себе в давнем споре.

– Разумеется, нет, Старший. Но он делает попытку за попыткой, и каждый раз гибнут дети…

Дмитрий рассказал о своих догадках. Умолчал лишь о том, что происходило уже здесь, на шестом слое. И о том, что они ушли из таверны не сразу, а подождали в переулке, подкарауливая Гаспара Энгельбрехта. Когда подросток ретировался из заведения, потому что там уже было решительно нечем заняться («Интернет вырубили!» – иронически подумал тогда Дреер), то был немедленно схвачен и допрошен. Увы, записывать его в жертвы Крысолова не пришлось. Он действительно просто-напросто сбежал в Сумрак из легкомыслия и жажды приключений и остался здесь навсегда. Скитальцем Гаспар стал абсолютно заслуженно, так же как совершенно заслуженно понес дисциплинарное наказание его Темный наставник, не сумевший вколотить в ученика осмотрительность.

А стройная версия Дреера впервые пошатнулась.

– Нам нужен Высший. А вы, Старший, самый опытный Иной из тех, про кого я слышал и кто… живет здесь.

– Я Высший вампир, а не маг.

– Ваша Сила больше, чем у нас всех, тут стоящих, вместе взятых. И ваши советы нам очень пригодились бы.

– Вы хотите совет, молодой Инквизитор? Если этот Крысолов и правда тот, о ком вы говорите, он совершает противное самой природе Сумрака. Даже Великий Мерлин не сумел бы вернуться в мир живых и заново обрести плоть. Так что желания гамельнского мага беспочвенны, если они имеют место. Естественный ход бытия не допустит этого. Но и устраивать войну в мире покоя столь же противоестественно. Оставьте живым дела Инквизиции и Дозоров. В мире теней мы складываем оружие, а не поднимаем его.

Бывший вампир осушил бокал до половины.

– Старший, все однажды случается впервые. Может быть, Великий Мерлин и не вернулся в Британию, но Крысолов уже один раз восстал. А командор де Мендоза дважды вышел на первый слой!

– Инквизиция совершает ошибки, но никогда их не повторяет. Поверьте, не дело рыб сдерживать кита, если он рвется под гарпун китобоя. Школа, о которой вы печетесь, отныне в безопасности. Вы молоды и слишком рано ушли, но такова воля провидения. Найдите себе занятие по душе. То, чем вы не могли свободно заниматься раньше. – Мертвый Инквизитор выразительно посмотрел на свои полотна.

Что организация не повторяет ошибок – в этом Дмитрий был готов с ним согласиться. Можно было только поаплодировать, как легко они избавились сразу от двух проблем – сумеречного террориста Крысолова и неблагонадежного наставника Дреера.

Но все же козырь в рукаве у словесника имелся.

– Старший! Когда-то считалось невозможным сделать человека Иным, кроме как через укус оборотня или вампира. А потом одна женщина все же доказала, что можно. Она тоже убивала и мучила других, пока не добилась своего. Вы помните, эту колдунью звали Фуаран. И книгу, где описана методика, назвали так же. Сколько Иных погибло из-за этой рукописи, в которую никто не верил?

– Уходите! – вдруг резко бросил переменившийся в лице Грубин.

Он поставил бокал на подрамник и взял кисть.

– Книга сгорела, – продолжал Дреер. – Но я держал в руках ее копию. Это тоже считалось невозможным…

– Убирайтесь! – уже через плечо бросил хозяин замка и даже притопнул.

Теперь он стоял спиной к гостям.

Седой слуга поклонился и вежливо указал рукой на выход.

* * *

– Что-то его задело, когда ты начал про Фуаран, – вполголоса сказал Игорь, пока спускались.

– Уже не узнаем, – с досадой ответил Дреер. – Может, это как-то связано с его смертью.

– Кто эта женщина? – спросила Алиса, взглянув на картину.

– Жертва, – повернулся к ней Теплов. – Разве не видно?

Дмитрий остановился и всмотрелся в ближайший портрет внимательнее. Опытный глаз Игоря мгновенно вычленил то, что уклонилось от Инквизитора Дреера.

На шее женщины были теперь заметны две крошечные ранки. И если присмотреться, на соседнем портрете – тоже. Можно было даже побиться о заклад, что такие ранки отыщутся на каждом изображении этой дамы, если только шея полностью не скрыта пышным воротником.

– Жалко, что среди Иных не бывает психоаналитиков, – нехорошо усмехнулся Игорь. – Этому Грубину было бы о чем порассказать мозгоправу. Смотрите не только на следы укуса. Черты лица вам никого не напоминают?