За гранью игры - Валентин Никора

Через три минуты монитор Раддара моргнул, и гробовой голос развязно спросил:

– Аррах, какого хрена?

Ученый улыбнулся и бросился к клавиатуре друга: «Наконец-то!»

Монитор все еще требовал лицензионной переустановки корневых системных файлов. Но Аррах просто нажал отбой. И это сработало.

На мониторе всплыл видеоряд: летний пляж и обжигающее солнце, а в правом углу появился экран с мерцающей статистикой. Раддар проверял папки и программы, искал и преобразовывал погибшие кластеры. Раддар лечил самого себя. Но защитный зонд над квартирой уже висел. Если имперские сыщики и прорвали защитное облако барона Шеллеша, то ничего, кроме Арраха, наслаждающегося видеосериалом «Трое из гроба, или принцессы редко плачут», уже бы не обнаружили.

Аррах сел на пол, прислонился головой к стене. Ничего, слабость скоро пройдет. Еще только раннее утро. Нет даже восьми часов. Раддар затянет свои пробоины и подрегулирует чипы Арраха. Теперь можно было и расслабиться. «И все же, что случилось?» – вяло подумал ученый, проваливаясь в сладостную муть забвения.

Проклятие!

Аррах швырнул в стену чашкою с аркафе.

Пусть будет трижды проклят тот день, когда Аррах согласился на предложение барона!

Раддар боялся вставить лишнее слово.

– Ладно, – вздохнул ученый. – Я погорячился.

Разбитую чашку смахнуло в отрывшийся мусорный контейнер, пятно мгновенно высохло, испарилось.

– Давай все с начала.

Компьютер не перечил и снова показал человека, сидящего за компьютером, играющего в славную игру «Summer House». А в центре комнаты лежала большая черная собака.

– Стоп, – сказал Аррах. – Ладно. Меня интересует, как диск вообще попал к этому русскому? Поставки игры в Россию ведь не было? Авиалайнер еще даже не приземлился у базы. Так или нет?

– Ну так, – вздохнул Раддар.

– В чем же наша ошибка?

– В том, что русским вообще ничего показывать нельзя! – проворчал Раддар.

– Я это и без тебя знаю! – огрызнулся Аррах. – У тебя есть данные, откуда Шеллеш узнал о транспортации этого Ивви на Веррев?

– У Раддара есть все. – Голос компьютера был виноватым.

– Я жду, – напомнил Аррах.

– На территории баронета появилась небезызвестная журналистка Аллана, та самая, что изобличила Урру Поттопа.

– Помню, – оборвал ученый.

История годовалой давности стала хитом сезона. Аллане удалось дюзгнуть черновики законопроекта о клоновской модуляции у самого министра Внутренних Дел Урру Поттопа прямо из-под носа, до их подписания. Урру предлагал ввести скрытые штрафные санкции против клонов и био-роботов, а также планировал тайное вживление чипов управления и контроля за мыслями. Чипы были разработаны в лаборатории Wurd.dic.A-34. В общем, эта Аллана имела кодовый доступ к информации уровня «А-секретно». И разразился скандал. Урру пришлось уйти в отставку. С тех пор каждый чиновник при упоминании имени журналистки бледнел и хватался за сердце. А еще говорят, что директивой Нижней Палаты лордов, все статьи Алланы перед публикацией выводятся сначала на монитор императора.

Раддар покряхтел:

– Шеллеш испугался разоблачения и дистанционно вживил чип контроля над гипофизом Мурруму – телохранителю Алланы.

– Идиот! – взорвался Аррах. – Что он о себе возомнил?

– Аллана совалась везде, она даже пыталась вскрыть мой код. – Раддар казался спокойным. – У нее оказался весь набор отмычек для любого уровня сложности информационных и энергетических каналов. Её компьютер Теллет, оказывается, из той опытной серии GchfRR-0.1.

– Что? Откуда ты это узнал?

– Пока Аллана возилась с отмычками, её электронный дружок пытался зондировать абсолютно все мысли в общем потоке частоты 5МГ, то есть по принципу гхыров, но малой дислокации.

– Час от часу не легче.

– Аллана действительно что-то искала. Полюбовавшись на тебя в ванной, перерыв папки «Мои документы», вскрыв все видеоряды фиктивных экспериментов, журналистка удалилась.

– Что она у меня нашла? – хихикнул Аррах.

– Под грифом «Совершенно секретно» – порнопродукцию и тарифы на арноизид при бестаможенных поставках из Ыллыгархии.

– Что ж ты меня каким-то наркоманом выставил?

– Иначе Аллана могла бы и не поверить. А так она компромат нашла – и успокоилась.

– М-да. – Аррах встал и прошелся по комнате.

Окно бесшумно открылось. С высоты третьего этажа был прекрасно виден парк Шеллеша: ровные ряды деревьев, посаженные аккуратным квадратом. Чистая математика, глаз радует.

– Ну и что там с этой Алланой? Убил её Муррум?

– Нет. – Раддар оживился. – Муррум оказался крепким орешком: он продолжал нести службу. Правда, три часа назад произошло мощное волнение общего радиоактивного уровня планеты и повысилась локальная интенсивность некоторых зондов передачи энергии. В общем, влияние на все вживленные чипы усилилось. И Муррум решился на убийство. Но в тот момент, когда личный зомбированный телохранитель Алланы ввел через коммуникационную систему личный код журналистки, все энергоносители Веррев дали сбой. Муррум заработал брешь в гипофизе, и именно потому к Аллане ввалился этот самый Ивви.

– Но как? – Аррах отвернулся от окна и поймал плывущую к нему чашку с дымящимся аркафе. – Каким образом Ивви прошел через портал? Кто ему вживлял полилогосный чип? Как этот русский вообще смог запустить программу?

– Откуда я знаю? – в голосе Раддара послышалось раздражение. – Мы же с тобой еще даже не утвердили ни русского претендента для перемещения, ни негра.

– У меня склероза пока нет, – напомнил Аррах.

– А у меня нет доступа к мозгам Ивви.

– Ладно, один-один, победило ехидство. Что там с этим Муррумом?

– А ничего, мутирует.

– То есть?

– Мы же с тобой не знаем, что будет, если чип, вживленный не хирургическим путем, обработать сильным воздействием бетта-частиц и атакой нейтрино с последующей транспортацией через мозг двух гексо-носителей. А если учесть, что Муррум – телохранитель самой известной журналистки, то можно предположить, что он вообще не гражданин.

– К гхырам Муррума! Этот русский, Ивви, он, я надеюсь, с собой подружку не притащил?

– Нет, только собаку.

– Так я и думал. – Аррах почесал переносицу. – А бутыль водки он случайно не прихватил?

– Нет.

– Это уже хуже. – Ученый хихикнул. – Непременно захочет вернуться. Русские без женщин и без родины еще живут, но без водки – никогда. Ладно, с ним мы еще разберемся. Что еще?

Раддар тактично помолчал:

– Муррум сам связался с Шеллешом и все ему рассказал.