Сотерис - Дмитрий Таланов

— На каникулах поищем, — заверил ее Сашка. — Давай дальше!

— Вторая руна называется Перт, — сообщила Лилия. — Та, что похожа на положенную боком греческую «омегу». Написано, что взывает к трем нормам, богиням судьбы, ткущим нити судеб людей и богов.

— Неинтересно, — сказал Сашка.

— Тогда третья, — пожала Лилия плечами. — Райдо. Руна восстановления справедливости. Сила ее каждому воздаст по заслугам, — ведя пальцем по тексту, прочитала она. — Также руна активного пути, совершаемого находящимся под ее защитой.

— Ага, и именно ее показывает Маше Навигатор! — Сашка потер нос и улыбнулся. — Похоже. Прямо она и есть!

— Четвертая, — не дожидаясь, пока он закончит, сказала Лилия, — Ансуз. Руна О́дина, призывающая его самого.

— Для чего? — тревожно поинтересовался Сашка.

— Чтобы получить ответы на все вопросы, — сказала Лилия. — Или получить палицей по голове, — засмеялась она. — О́дин противоречиво описан в мифах, так что неизвестно, чего от него ждать.

— Ага, — почесал Сашка в затылке. — Ясно, что ничего не ясно. Пока у нас более-менее совпала только Маша. Мне с Андреем Навигатор показывает, что мы сидим за какой-то оградой. Остаешься ты… — Сашка смерил Лилию оценивающим взглядом. — У тебя он крутится безостановочно, ты вообще кто такая? — требовательно спросил он. — Может, ты О́дин и есть? — прищурился Сашка.

От его взгляда Лилия залилась краской по самые уши. Не зная, куда девать глаза, она принялась перелистывать страницы книги. Растерянный Сашка шагнул к ней.

— Лилька, ты чего? — спросил он. — Я же пошутил!

— Я знаю, — почти неслышно произнесла Лилия и отважно взглянула ему в лицо. — Но мне надо тебе кое-что рассказать…

Ее прервал звонок в дверь.

— Я мигом, — бросил Сашка и пошел открывать.

Это оказалась Маша. Кудряшки ее рыжих волос стояли дыбом, словно она бежала всю дорогу. В руках она держала узкий длинный сверток.

— Сашка, мне нужно поговорить с твоей мамой, — деловито протараторила Маша. — Страшно интересно, где она взяла этот иссоп!

Маша стала разворачивать сверток, и изумленному взору Сашки предстал знакомый длинный стебель с многочисленными побегами, украшенными мелкими желтыми цветами.

— Ты не поверишь, что я вызнала про него! Мышильда права, не бывает иссопа с такими цветами. — Маша поставила горшок на телефонный столик рядом с уже слегка поникшими ирисами и расстегнула куртку. — Дай попить, запарилась я чего-то!

Сашка молча отправился на кухню, она двинулась следом.

— Короче, — встав в дверях, сказала Маша, — не бывает, но… — Она жадно выпила протянутый ей стакан воды. — Зато он упоминается в Истории Инквизиции как трава для очищения и защиты от злых сил. Антидемоническая трава, — добавила она многозначительно. — Обычный иссоп обладает этим свойством, но иссоп с желтыми цветами куда более силен. Однако очень редко встречается, уже много веков его не видели. И тут ты приносишь этот раритет. Конечно, у Мышильды чуть глаз не выпал! — Маша коротко рассмеялась.

— А откуда ты его взяла? — спросил Сашка, забирая у нее стакан и ставя в мойку. — Насколько я помню, тот иссоп принял свою смерть на футбольном поле.

Он направился в прихожую, Маша тенью последовала за ним.

— Я его подобрала тогда, — сказала она. — Он, правда, пострадал, стебель сломался практически пополам. Вот здесь, — Маша показала на едва заметное утолщение. — Как видишь, мне удалось его вылечить. Так где твоя мама? Она дома?

— На работе, — рассеянно ответил Сашка, поворачиваясь к появившейся из комнаты Лилии.

Румянец еще не сошел с ее лица. В руках она держала лист с нарисованными на нем значками-рунами.

— Привет, — поздоровалась она с Машей. — Сашка, мне тут кое-что пришло в голову, — неторопливо проговорила она, показывая на лист бумаги.

— Здравс… — начала и не закончила Маша.

Озадаченный Сашка повернулся и увидел ее глаза. Глаза у Маши стали как плошки. Она медленно переводила взгляд с нарисованных значков на ирисы, Лилию, горшок с иссопом и снова на значки Навигатора.

Обращаясь к Лилии, она едва разборчиво спросила:

— Ты давно здесь?

— С полчаса. А что?

— Ничего, — ответила Маша и, не глядя на обоих, раздельно произнесла: — Сашка, я жду тебя на площадке.

Она вышла из квартиры. Сашка обменялся с Лилией недоуменным взглядом и вышел следом.

— Закрой дверь!

Сашка послушно прикрыл дверь почти до щелчка замка. Ему стало не по себе: Маша напоминала натянутую тетиву.

— Хочу поговорить с тобой об этой Лилии, — сухо сказала она.

Она смотрела мимо на лестничный пролет, словно разглядывая там что-то. Сашка настороженно произнес:

— Говори, только побыстрей. У меня еще куча дел.

— Быстро не получится, — возразила Маша и перевела взгляд на него. — Скажи, ты рассказывал ей, — она кивнула в сторону двери, — о своей раковине?

— Нет, конечно, — сказал Сашка. — Мы же договорились о ней не упоминать.

— Значит, она знает о раковине от кого-то еще, — сказала Маша.

— Кончай загадки загадывать, — рассердился Сашка. — Говори, что случилось!

Тем же размеренным голосом Маша произнесла:

— Помнишь, в прошлом году я с помощью Железной книги заглянула в недалекое будущее?

— Помню, — бросил Сашка раздраженно. — Дальше что?

— Так вот, еще минуту назад я не понимала, что увидела тогда. А видела я тебя, — Маша опять кивнула на дверь, — кого-то, очень похожего на нее, иссоп с желтыми цветами, стоявший рядом с поникшими ирисами, и лист бумаги со странными значками. Что означает для тебя такое совпадение?

Сашка произнес заинтригованно:

— Только то, что ты действительно видела будущее, сегодняшний день. Подобные совпадения ничего другого означать не могут, ты же учишь математику в школе. Прикинь вероятность!

— Вот и я про это, — удовлетворенно произнесла Маша. — Ничего другого быть не может. А значит, дальше произойдет то, чего я допустить не могу.

— И что же именно? — язвительно спросил Сашка, теряя терпение.

— Ты отдашь ей свою раковину, — ответила Маша.

— Что? — удивился Сашка. — С какой это стати?

— С такой, что… — Маша отвела глаза. — Короче, отдашь.

Сашка ненадолго задумался.

— Ну хорошо, допустим. И что с того? В конце концов раковина моя — что хочу с ней, то и делаю.

— С того, что Лилия не человек, — без тени сомнения сказала Маша.

Сашка растерялся.

— Что значит не человек? А кто она, по-твоему?