Сквозь призму световых лет - Алан Дин Фостер

Что вполне предсказуемо, им пришлось подавить свои эмоции, когда Тавел-бир-дом, бывший уже третий срок премьером Биранджу-оов, сфокусировал своё внимание на ночных визитёрах. Двуногий был крупнее, чем он думал: не слишком высок, но очень, очень широк. Приятель его, напротив, оказался меньше, чем предполагалось.

«Я бы мог сломать ему шею одним быстрым ударом», — размышлял премьер в тишине. Трудно было вообразить более странную пару, и притом — с одной планеты. Это служило источником ещё большего замешательства.

— Поздно. Надо спать. Я, к примеру, не желать эта встреча. — Ответственный за командование половиной вооружённых сил королевства, но оказавшийся оттеснённым на второй план нынешним нападением с суши адмирал Джолебб-йюн-дет прибыл на встречу в более скверном настроении, чем его коллеги. Его приветствие наглядно продемонстрировало это. — Лучше сказать что-нибудь стоящее, или лично я склонен игнорировать статьи договора, скреплённого соответствующим правительственным ведомством и поместить вас в национальный зоопарк, чтобы детишки закидали вас кусочками еды.

Сделав пару шагов вперёд, Джордж без приглашения запрыгнул на низкий свободный шкафчик и с удобством на нём расположился.

— Мы приложим все усилия, чтобы убедить вас: вы не зря лишились сна. — Пёс взглянул на своего приятеля. — Предложи им кость, Марк. — Джордж подмигнул адмиралу, чей маленький округлый рот, расписанный перемежающимися жёлтым и синим, воинственными цветами, сжался от крайнего изумления. — Это в самом деле большая кость. Большая и вкусная.

Шадим-хур-луд, представитель Гражданского Парламента Биранджу-оов, взглянула сверху вниз на дерзкое лохматое создание.

— Я не воспринимать ни звука из загадочных инопланетных колкостей. — Внимательный взгляд её широко распахнутых глаз плавно переместился на спокойного, терпеливого Уокера. — Если тебе есть что сказать, разумное существо, говори сейчас.

Сделав шаг им навстречу, Уокер что-то вытащил из небольшого мешочка, пристёгнутого к его поясу. Никто из находившихся в комнате даже не вздрогнул. Посетителей уже трижды сканировали на наличие оружия, острых предметов и взрывчатых химических соединений. Если бы они пронесли с собой или в себе хоть что-нибудь, соответствующее оборудование, которое окутывало маленькую комнату для встреч аурой полной защищённости, сразу определило бы это.

Величиной не больше чем средний палец Уокера проекционное устройство создало между ним и сонными представителями правительства Биранджу-оов детальный трёхмерный образ поля битвы. У собравшихся вспыхнул интерес. Его пробудило не использование технологии, которая им всем была знакома, а тот факт, что ею без усилий воспользовался такой странный и необычный инопланетянин. Когда Уокер говорил, крошечные фигуры смещались и двигались в пределах поля примерно прямоугольной формы.

— Прошло уже десять дней, и ни одна из трёх сторон не приобрела над другими никакого стратегического преимущества.

— Это скоро изменится, — объявил четвёртый член группы, который на встрече представлял армию. — Мы собираем силы, чтобы отбросить всех атакующих из окрестностей старого города и разбить их на открытых пойменных равнинах.

Джордж на мгновение поднял голову, покоившуюся на скрещенных лапах.

— Может, удастся, может, нет. Попытка совершить что-то вроде массированной контратаки… Вы рискуете взять на себя непосильную задачу. — Пёс показал блестящие острые зубы.

Огромные тёмно-жёлтые глаза Джолебб-йюн-дета взглянули на него сверху вниз.

— Ты слишком маленькое существо, чтобы так много говорить.

Джордж пожал плечами, его шерсть колыхнулась.

— Ко мне это не относится. Мой друг и я всего лишь случайно здесь.

Премьер уставился на Уокера:

— Как это может быть правдой? Ты путешествуешь с армией Коджн-умма. Как докладывают в рапортах, ты даже входишь в командование. А теперь говоришь, что не на их стороне?

Уокер подумал, что не брать в расчет современный разведывательный аппарат смысла нет, очевидно, что силы Биранджу-оов действуют не в вакуумном пространстве. Они знали, что он и Джордж пришли из Коджн-умма, а не из Торауд-иид. Но такая информация в общем-то была доступна из репортажей общественных медиа.

— Да, мы с этой армией, — сказал ему Марк. — Некоторые говорят, что мы командуем ею, другие — что наше предположительно активное участие — это прикрытие, придуманное, чтобы запутать противников. Это правда, но вовсе не означает, что мы разделяем все их цели.

Премьер задумчиво ответил:

— Итак, если вы здесь не для того, чтобы предать Коджн-умм или рассказать нам, чего на самом деле хотят его военные силы, должно быть, вы прибыли для того, чтобы рассказать нам, чего хотите вы сами.

«Сообразительное старое пугало, — подумал Уокер. — Тут надо быть осторожным».

— Мои друзья и я намерены вернуться каждый к себе домой. Поскольку мы не имеем возможности сделать это, стараемся оказать помощь тем ниййюю, которые знают, чего хотят.

Два пальца оттопырились, и представитель армии сильно хлопнул ладонью по спинке ближайшего стула. Резкий хлопок эхом разнесся по комнате.

— Это же очевидно! Коджн-умм и Торауд-иид хотят капитуляции Биранджу-оов.

Уокер незамедлительно ответил:

— Не обязательно. Хотя это не слишком хорошо известно, — добавил он, снизив голос до конспиративного шёпота, — настоящая причина раздора между их правительствами не Биранджу-оов, а Чаручал-уул.

Надо было видеть выражение лиц находившихся в комнате ниййюю. У них отвисли челюсти. Самообладание премьера уступило место неприкрытому изумлению.

— Но, если Коджн-умм и Торауд-иид не заинтересованы в том, чтобы покорить Биранджу-оов, тогда зачем они атакуют нас? Если предмет спора — Чаручал-уул, почему они не нападают на него?

Уокер настроил крошечный ручной проектор так, чтобы вместо поля боя появилось детальное отображение части глобуса Нийю. Части, которую в настоящее время занимали все присутствующие в этой комнате.

— Каждый в отдельности, и особенно продолжая сражаться друг с другом, Коджн-умм и Торауд-иид не могут надеяться победить Чаручал-уул в традиционной битве.

— Это очевидно, — произнёс представитель армии без колебаний.

Уокер не обиделся на комментарии. Вступив в полемику и представив контрдоказательства, он бы не прослыл патриотом, а офицер всего лишь озвучил то, что было общеизвестным фактом.

— Оно слишком велико и слишком могущественно во всех отношениях. Более того, в настоящее время не имеет противоречий ни с одним из атакующих королевств. Но, — тихо добавил он, — имеет их с вами.

Шадим-хур-луд соединила вместе кончики всех четырёх пальцев, длинных и тонких.

— Ты многое знаешь о нийюанском обществе, гость.

Джордж зевнул.

— У нас было полно времени, чтобы его изучить.