Наследник с Меткой Охотника - Элиан Тарс

Ячувствовал, что для нормальной защиты вмонстре неосталось энергии. Ияубедился вэтом, когда клинок Светы легко вошёл вкрысиную морду. Резко дёрнув мечом, наша воительница вертикально рассекла голову врага.

Апозади меня народ прикончил обожжённых кислотой кобольдов— уМаши тоже была артефактная палица, ауЗмея— топор. Это наслучай когда неиспользуют Метки. Своё оружие они, разумеется, одолжили воружейной нашего лагеря.

—Браво! Выотлично справились,— похлопал владони преподаватель.

Змей иМаша заулыбались.

—Пока невернулись домой— несправились,— произнёс яхолодно.

Атоишь! Расслабляет мне тут неофитов.

Света рядом сомной одобрительно кивнула ипокосилась намою «биту».

—Красиво тыэто исполнил,— проговорила она.— Где научился? Нужно ведь долго тренироваться?

—Вдетском доме приходилось иногда драться. Иногда палками. Света, уничтожь семя аномалии.

—Я?— удивлённо выпалила девушка.— Тыже… лидер?

—Атыприкончила босса. Ивообще, раз ялидер, тослушайся мой приказ. Заканчивай уже. Оформимся дапоедем обратно влагерь. Наужин макароны дают.

* * *

Первым делом, вернувшись домой, мы, следуя традициям стражей, сожгли наши непонадобившиеся завещания. Когда вышли живыми изаномалии, нам ихвернули.

Встретить нас ипосмотреть накороткое огненное шоу собралось немало народу. Курсанты влагере поздравляли нас дазаваливали вопросами. Мои жеребята охотно делились впечатлениями. Потом мыразошлись подомикам ивновь встретились лишь наужине.

—Агде Маша?— удивлённо спросил Олег.

Мызнать незнали. Когда увидели соседку Маши подомику, личную дворянку изКемерово, поинтересовались унеё, где наша подруга?

—Она сказала, что устала,— беззаботно ответила кемеровчанка,— иесть ейнехочется.

Мыпребывали вглубокой задумчивости, ровно дотех пор, пока Змей неизрёк:

—Огорчилась, что ли, что неейдали семя разбить? Нутак успеет ещё. Надо бызайти кней после ужина.

—Ненадо. Если человеку плохо,— задумчиво проговорила Света. Азатем неловко сменила тему, поинтересовавшись, чем мызаймёмся после лагеря. Икакие унас мечты.

Змей заявил, что хочет создать свой род. Хочет богатый дом, большую семью имного слуг.

—Нояэто… по-человечески буду кним относиться,— серьёзно добавил он.

—Отличная мечта,— ковыряясь всалате, закивала Света.— Ачто насчёт тебя, Максим? Чего тыхочешь?

Еёвзгляд стал каким-то чересчур подозрительным.

—Дапримерно того жесамого,— кивнул янаЗмея.— Думаю, есть вэтом свой шарм. Дом, детишки… тихая, размеренная жизнь.

Впрошлой жизни уменя этого небыло. Почему бынепопробовать?

Задумавшись, япродолжил размышлять вслух:

—Аещё хочу постоянно пополняемые коллекцию автомобилей, коллекцию оружия, коллекцию закрытых аномалий… Ичтобы меня знали ибоялись вовсём мире настолько, чтобы ниодин идиот несмел сунуться вмоё тихое гнёздышко ипотревожить мою тихую прекрасную жизнь.

Змей ажпоперхнулся, аСвета изумлённо замерла, азатем улыбнулась.

—Это очень большая мечта,— сказала она восторженно.— Если тывсамом деле замахиваешься навесь мир.

Ятяжело вздохнул ипокачал головой.

—Света. Тыменя плохо слушала. Явсего лишь хочу делать то, что хочу. Ичтобы комне никто нелез. Акто будет лезть— получит поморде.

«Иневажно будет это граф, князь или император»,— мысленно закончил я.

После ужина япогрузился вчтение очередной библиотечной книги усебя вкомнате. Авот Змей куда-то делся. Правда, вскоре вернулся ипостучал комне.

Нанём небыло лица.

Оннепослушался Свету исходил кМаше. Атаего нервно послала куда подальше, исейчас Змей очень сильно грустил.

—Нукак так-то? Это что же… Этот легендарный ПМС, Макс? Чет вшколе девки так сума несходили. Хотя…— онзадумался, припоминая, азатем поморщился.

—Может, иПСМ,— произнёс я, задумчиво глядя наЗмея.

Онраздражённо цокнул ивстал.

—Пойду покурю, короче,— проворчал он.

—Только кней нелезь.

—Небуду,— ответил онрезче, чем стоило.

Яостался один ипокосился нанедочитанную книгу. Насамом деле, удевушки может быть много причин так реагировать. Самое простое— стресс последних дней вырвался наружу втот момент, когда она ощутила облегчение отзакрытия первой аномалии.

Аможет, еймама позвонила издома исказала, что кошечка умерла?

Яраздражённо мотнул головой. Когда это впоследний раз всё было так просто? Интуиция мне подсказывает, что дело невкошечках. Идаже невсобачках.

Авкой-каких тварях.

Явыглянул наулицу. Убедившись, что никого нет, растворился вмире ипошёл кдомику Маши иеёсоседки-кемеровчанки.

О! Кемеровчанка вокошке кухни виднеется. Духами брызгается? Отлично! Поспешим!

Япрождал несколько минут, прежде чем девушка вышла издомика, обогнул её, чуть задев ногу.

—Ой!— встрепенулась она иогляделась.— Крыса⁈ Вроде нет! Показалось, что ли?..

Дверь замоей спиной хлопнула, ияостался один вгостиной. Яслышал, как журчит вода вванной. Направился туда.

Вообще, янелюблю подглядывать задевушками. Иужтем более затеми, которые небезразличны моим друзьям. Потому приоткрывал дверь ванной ясзакрытыми глазами.

Меня невидят. Яневижу.

Зато всё слышу. Слышу, как она всхлипывает. Она будто пытается сдерживаться, нополучается так себе. Кажется, ещё немного идевушка разрыдается вовсю глотку.

Ятихо прикрыл дверь. Прикинул, какая издвух комнат Машина. Змей говорил, что еёокна выходят насдвоенную берёзу. Где там эта берёза, припомнить бы…

Конечно же, яспервой попытки отгадал нужную комнату ивошёл внутрь.

Как ивмоей комнате тут имелся небольшой столик. Онбыл завален тетрадками икнигами. Особо выделялась кривая стопка налевом углу.

Эту стопку впопыхах водрузили наежедневник.

Который яилистал, спустя пару секунд, пальцами вперчатках. Ясразу открыл последнюю исписанную страницу. Она была мокрой отслёз.

Явчитался встроки.

«22–30вего кабинете»

«Если откажусь, убьёт бабушку, аОлега, Максима иСвету отправит в„Кошмар“-аномалию насмерть».

«Велел подмыться ипривести себя впорядок».

«Нехочу!»

«Первый раз!»

«Нет!!!»

«Ноядолжна! Он— граф икомендант корпуса. Явсего лишь личная дворянка! Онубьёт ихвсех, если откажусь! Иябуду виновата!»

Япочувствовал, как внутри меня загорается ярость. Жажда… крови, анеубийства. Мне хотелось выплеснуть всё свои чувства, прекратить действовать аккуратно. Пойти поголовам, превратившись втого, кем ябыл раньше. Втого, отчьего имени дрожали армии!