Темные Дары. Книга 1. Золотая клетка - Вик Джеймс

Настало первое января – никаких фейерверков. Но ничего, скоро будут. Правда, совсем не такие, которые развеселят Суперсуку и Равных.

У Люка состоялось еще несколько разговоров, а вскоре ответы тех, с кем он говорил, стали меняться. Оказалось, они тоже слышали о стачке. Многие уже слышали. И каждый готов был поддержать.

Январские дни сменяли друг друга – одинаково серые и унылые, но к середине месяца атмосфера в зоне «Д» и по всему Милмуру незаметно глазу, но осязаемо изменилась: что-то важное витало в воздухе. И вот настала неделя вечеринки, которую затеял клуб.

В понедельник утром, когда Люк с Уильямсом управляли своими грохочущими машинами, напарник что-то неразборчиво пробормотал.

– Что? – переспросил Люк.

– Ты слышал? – прокричал Уильямс с кислой миной и испуганными глазами.

– Что – слышал?

Люк отвел взгляд в сторону и следил, как огромная металлическая глыба, покачиваясь, проплывала у них над головой. Возможно, если бы он только что не смотрел на Уильямса, то не обратил бы и внимания: мало ли что там ему послышалось?

– Стачка. В пятницу. Ты участвуешь?

– Да. А ты?

Долгое молчание. Вдвоем они открепили защелки безопасности и позволили глыбе упокоиться на опорной раме. Люк слизнул пот, выступивший на верхней губе, и почувствовал во рту неприятный металлический привкус.

– Да.

Уильямс произнес это со страхом в голосе, но у Люка внутри все ликовало. Сейчас, когда даже такой робкий, всего боящийся тип, как Уильямс, знал о стачке, это означало, что слух обошел всю зону «Д».

Люк запустил процесс.

От осознания этого у него закружилась голова. Казалось, он сам применил Дар – из ничего создал нечто.

«Нет силы, превосходящей силу человеческого духа», – сказал Джексон на третьем и последнем заседании клуба. Люк готов был поверить, что это правда.

Изо дня в день работая вместе, Люк и Уильямс наладили приятельские отношения, и Люк часто спрашивал себя: складывались ли и у других похожие отношения с напарниками?

В основном люди в ходе работы притирались. И становились командой. Хильда и Тильда собирались перенастроить электронную систему магазинов Милмура таким образом, чтобы стоимость покупок не списывалась со счетов покупателей. Надеялись, что новость быстро облетит город и магазины будут взяты штурмом. Рени парализует автопарк – устроит «милмуровскую резню шин», как она это назвала. Асиф поиграет с ненавистной ему системой общественного вещания.

– Настрою на «Радио, свободное для всех», – провозгласил он, ссылаясь на интернет-канал, который, как полагали, работал с лодки на одном из каналов в Нидерландах. – Нет ничего лучше с-попа в сочетании с твоим агитпропом.

Люк застонал:

– Только обещай, что выключишь, как только они запустят «Счастливую панду».

На мгновение память перенесла его в тот летний день, когда Дейзи с подружками носились по саду, распевая на уродливом китайском. Последние светлые воспоминания из прошлой жизни – жизни до Милмура. И было-то это всего полгода назад, а казалось каким-то далеким прошлым, таким же далеким, как историческая заря Равных, которую Люк зубрил в тот день.

Если вечеринка не удастся, он никогда больше не увидится со своей семьей.

Нет-нет! Если он будет так думать, то никогда ни на что не решится и ничего не сделает. Смотри реальности в глаза: не у всех маленьких Дейзи есть такая сестра, как Аби, способная всю семью вытащить из Милмура.

Люк, сосредоточься на плане вечеринки!

Рени научила Джессику, как вывести из строя электрошокеры охранников, и та должна была проникнуть в оружейную комнату и хорошо там поработать. У дока имелось несколько флагов, которые взовьются над особо значимыми объектами города. Но главным событием станет массовый митинг перед Дурдомом.

Охрана в это время будет занята менее значительными мероприятиями: успокаивать покупателей в магазинах, снимать флаги; возможно, будет собирать и загонять людей на работу в зону «Д». Возможно, они не сразу поймут, что происходит возле Дурдома, пока там не соберется большая толпа. А как потом будут разворачиваться события, полностью зависит от собравшегося народа.

– Ты будешь речь какую-нибудь толкать? – спросила Рени у дока.

– Я? Нет, – ко всеобщему удивлению, ответил Джексон. – Должно получиться то, чего хотят сами люди, – то, что мы спланировать и сделать не можем.

– А разве должно произойти не то, что мы готовили несколько недель? – с недоумением спросила Тильда.

– Не совсем. – Джексон погладил свою бородку. – Если хотите, мы даем людям разрешение. Создав толпу, в которой можно потеряться, мы минимизируем риск для каждого отдельного человека. Дальше все произойдет по воле людей Милмура.

Люди Милмура.

Люк стал одним из них.

И за эти несколько недель с ним произошло нечто странное и пугающее: Люк начал думать, что должен остаться в Милмуре, а не переезжать в Кайнестон.

Впервые эта идея пришла в голову и полностью сформировалась во время одного из тех случайных разговоров с рабочим, когда он готовил почву для стачки. Разве после того, что он делал в Милмуре, он может спокойно воссоединиться с семьей и снова стать примерным сыном и младшим братом Аби? Послушной собачонкой в огромном поместье, то и дело повторяющей «да, сэр», «нет, сэр».

Идея неожиданно пришла в голову и никак не хотела ее покидать все время, пока они работал в паре с Уильямсом. Не удавалось избавиться от нее и по вечерам в комнате общежития, где никогда нельзя было остаться в полном одиночестве. Люк прибегал к трюку маленького ребенка: прятался с головой под одеяло и так лежал с открытыми глазами, убеждая себя, что если он не видит своих товарищей по комнате, то и они его не видят.

В темноте от попыток логически во всем разобраться начинали кипеть мозги, от отчаяния хотелось отбросить одеяло куда подальше. Его семья – на юге, его друзья – здесь. Великолепие Кайнестона и убожество Милмура. Рабство там и рабство здесь. Но здесь есть шанс что-то сделать. Шанс что-то изменить.

Возможно, изменить все.

Нет, смешно так думать. Он всего лишь подросток. Хорошо уже то, что он хотя бы следит за тем, чтобы нижнее белье всегда было чистым. Его семья хочет, чтобы он присоединился к ним. Даже Джексон этого хочет.

А если бы Джексон изменил свое мнение и попросил его остаться… он бы остался?

В четверг утром Люк проснулся страшно уставшим и всю смену проработал как в тумане. Одолевали тревога и волнение – как все пройдет завтра? – и от этого неприятно сосало под ложечкой. Вернувшись вечером в общежитие, Люк направился в кухню, чтобы приготовить себе блюдо от шеф-повара «спагетти на тосте». Но аппетита не было, и он просто стоял и тупо смотрел на ржавую плиту.

– Так и думал, что найду тебя здесь. Как дела? Все в порядке?