Жертвоприношение - Шэрон Болтон

Дана кивнула.

– Понимаешь, не то чтобы у меня были к нему какие-то конкретные претензии. Просто опыт и интуиция толкают меня в одну сторону, а он пытается силком утащить меня в другую.

Стивен Ренни вошел в здание.

– Нам пора, – сказала Дана.

Мы вышли из машины. Вчера я так и не переоделась, и на мне все еще был костюм хирурга. Я не принимала душ, не чистила зубы и не причесывалась почти сутки. Я понимала, что Гиффорд подумает обо мне бог знает что, но ничего не могла с этим поделать.

– Мы отправляемся на поиски истины, агент Таллок, – сказала я, когда мы двинулись в сторону двустворчатых дверей.

Дана бросила на меня предостерегающий взгляд из разряда «оставь-свои-дурацкие-шуточки». Автоматические двери открылись, и мы переступили порог стоматологического отделения.

– Мне крайне неловко говорить об этом, мисс Гамильтон, – начал мистер Макдуглас, – но ваши действия крайне предосудительны. Возможно, там, откуда вы приехали, и существует подобная практика, но уверяю вас, что в Шотл…

– Позвольте мне принести вам свои извинения за… – перебил его Гиффорд.

Я, в свою очередь, перебила его:

– Простите, мистер Гиффорд, но вы не должны извиняться за меня. При всем моем уважении к вам должна сказать, что вполне способна сделать это самостоятельно.

Я давно заметила одну странную вещь. Вы можете грубить и даже хамить, но если при этом сумеете ввернуть выражение «При всем моем уважении…», вам это сходит с рук. Повернувшись к доктору Макдугласу – высокому, худому, высокомерному болвану, который не понравился мне с первого взгляда, – я сказала:

– И при всем моем уважении к вам, доктор Макдуглас, должна напомнить, что сейчас не время обсуждать этичность или неэтичность моих действий. Если вы считаете мое поведение предосудительным, подайте официальную жалобу, и, уверяю вас, мистер Гиффорд позаботится о том, чтобы с ней разобрались в соответствии с процедурой, определенной органами здравоохранения.

Рука Гиффорда легла на мою, но он напрасно надеялся, что сможет меня успокоить. Я закусила удила.

– С другой стороны, если я права, то наружу вылезет столько всякого дерьма, что жалоба на меня покажется смехотворной на фоне всеобщей истерии.

– Ваша грубость просто возмутительна, – процедил этот лицемерный чопорный зубодер и поджал губы.

– А я чувствую себя глубоко оскорбленной, когда натыкаюсь на изувеченные трупы, закопанные на моей земле. Может быть, приступим к делу?

– Никто ни к чему не станет приступать. По крайней мере, до того как будет получено официальное разрешение.

– Полностью с вами согласен, – сказал Данн.

Я ткнула пальцем в Стивена Гээра.

– Вот ваше официальное разрешение. Он готов предоставить рентгеновские снимки своей жены для сравнения.

По крайней мере, был готов менее получаса назад. Может быть, вы передумали, мистер Гээр? – Произнося эти слова, я с замиранием сердца наблюдала за Гээром и понимала, что сейчас он пойдет на попятную. Наверное, он с самого начала не собирался разрешать проводить официальное сравнение рентгенограмм. Он просто играл с нами, как кошка с мышкой, добиваясь, чтобы мы во всем признались в присутствии именно тех людей, которые могут перекрыть нам кислород. А мы с Даной на это попались.

– Нет, я не передумал, – сказал Стивен Гээр.

Ну что ж, значит я ошиблась в отношении господина юриста. Пожалуй, стоит немного сбавить обороты.

– Полагаю, нам следует наконец взглянуть на эти пресловутые снимки, – сказал Гиффорд. – Где они?

– Кенн, – начал Энди Данн, – я не думаю, что…

– Они у меня, – перебила Дана своего босса, достала из сумки папку, которую я передала ей утром, и выложила на стол большую панорамную рентгенограмму, сделанную в морге больницы, и шесть маленьких снимков зубов Мелиссы, которые я распечатала с интранетовского сайта этой ночью.

– Что скажешь, Ричард? – спросил Гиффорд.

Ричард Макдуглас начал рассматривать снимки, разложенные на его столе. Я внимательно наблюдала за ним, но его лицо было совершенно непроницаемым. Презрительно скривив губы и наморщив лоб, он сосредоточенно изучал рентгенограммы. Один раз я отважилась взглянуть на Дану, но она сидела, устремив взгляд в пространство, и невозможно было понять, о чем она думает. На остальных мне смотреть не хотелось.

Примерно через пять минут Макдуглас покачал головой.

– Я не вижу особого сходства, – сказал он.

Над столом пронесся вздох облегчения.

– Да полно вам, мистер Макдуглас, – вмешалась я. – Обратите внимание на второй коренной зуб в левом верхнем квадранте. – Он с надеждой взглянул на Гиффорда, потом перевел взгляд на Данна, но те сидели молча, даже не пытаясь перебить меня. Да я бы и не позволила им этого сделать. – Давайте сначала взглянем на панорамный снимок.

Он взглянул.

– Скажите, на этом зубе есть коронка?

Он кивнул.

– Судя по всему, да.

– А теперь посмотрим на этот же зуб на снимке, сделанном в вашем отделении. – Я подтолкнула к нему соответствующую рентгенограмму. – Видите коронку?

Он снова кивнул, но на этот раз не произнес ни слова.

– Теперь прошу вас взглянуть на правый верхний квадрант. Одного коренного зуба недостает, не так ли?

– Трудно сказать. Это может быть один из премоляров.

– Не имеет значения. – Я положила перед ним следующий маленький снимок. Макдуглас посмотрел на меня с нескрываемой неприязнью. Я сама понимала, что веду себя излишне агрессивно, но мне уже до смерти надоели его увертки. – Это снимок соответствующего квадранта миссис Гээр. На нем тоже видно отсутствие одного коренного зуба – или премоляра, если вам так больше нравится. Вы согласны?

Он сосчитал зубы.

– Согласен.

Гиффорд наклонился вперед и обменялся взглядами с Энди Данном. Я же собиралась разыграть свой главный козырь.

– Доктор Макдуглас, прошу вас обратить внимание на корень этого зуба. – Я ткнула пальцем в соответствующий зуб на панорамной рентгенограмме. – Кажется, это второй премоляр?

Он кивнул.

– У этого корня очень характерное искривление. Как по-вашему, оно медиальное или периферическое?

Макдуглас сделал вид, что внимательно изучает снимок, хотя ответ был совершенно очевиден.

– Это искривление периферическое.

– А у этого корня? – Я показала на соответствующий зуб на снимке Мелиссы.

Некоторое время Макдуглас делал вид, что сосредоточенно рассматривает снимок, и не произносил ни слова, но потом сдался.

– Мисс Гамильтон права, – сказал он. – Между этими рентгенограммами достаточно много общего для того, чтобы санкционировать проведение расследования.