Война HAАRP - Василий Головачев

Официант отошёл к группе других официантов, они о чём-то заговорили, тревожно поглядывая на гостей.

Золотозубый Баня сунул пятерню, костистую и широкую как лопата.

Схватились.

Баня не зря понадеялся на свою силу, зажав ладонь Афанасия как тисками. Он был уверен, что справится с противником за несколько секунд. Однако не существовало человека, который мог бы победить Афанасия, да ещё в присутствии понравившейся ему девушки.

Лицо Бани начало багроветь.

– Всё? – участливо спросил Афанасий.

Баня напрягся так, что на шее вздулись жилы.

Афанасий сдержал натиск, нажал сам и едва не раздавил руку золотозубого, от боли бахнувшегося на колени.

Соратники Бани, вытаращив глаза и раскрыв рты, смотрели на своего поверженного вожака.

Девица-брюнетка сунула в рот сигарету, вытащила зажигалку, продолжая изучать лицо Афанасия и не обращая внимания на муки золотозубого.

Официанты гурьбой подошли ближе, удивлённые происходящим. За их спинами появился охранник в синей форме, однако его услуги были уже не нужны.

Продолжая сжимать почти сплющенную руку Бани, Афанасий спросил:

– Так мы договорились? Вы уходите?

– От… пус… ти! – просипел Баня в три приёма.

– Мы договорились? Не слышу.

– Хорошо… отпусти.

Афанасий выпустил белую ладонь со слипшимися пальцами, и золотозубый, встав с колен, начал её растирать.

– Баня, да мы его… – опомнился рыжий.

– Не залупайся, уходим, – буркнул вожак компании, исподлобья глянул на Афанасия. – Терминатор, что ли?

– Погулять вышел, – любезно ответил Афанасий.

Компания потянулась к выходу, оглядываясь. Последней уходила девица, во взгляде которой читалось восхищение.

– Телефончик не дашь, Терминатор? – с улыбкой проговорила она. – Люблю крепких мужиков.

Афанасий отвернулся, сел на место.

Официанты разошлись, оживлённо обсуждая «состязания» меж собой, наравне с посетителями, обратившими на это внимание.

– Ну, ты даёшь, полковник. – Олег укоризненно покачал головой. – Прямо магнитом притягиваешь неприятности.

– Разве я вас потащил сюда? – удивился Афанасий, массируя занемевшую руку. – Это твой выбор.

– Да куда бы мы ни пошли, ты всё равно встрял бы в какие-нибудь разборки, ещё по школе помню. Выдержки у тебя нет, Пахомов. А между прочим, выдержка – единственный способ выжить в мире идиотов.

– Это верно, выдержки мне не хватает, – согласился Афанасий, – зато у тебя её чересчур, так что мы уравновешиваем друг друга.

– Ужас! – опомнилась Дуня, нервно перебирая пальчики; в глазах девушки таяли искорки тревоги и переживаний. – А если бы он пырнул тебя ножом?

– Ну и пырнул бы, – пренебрежительно повёл плечом Олег, – и получил бы перелом руки. Афоня – мастер драки.

– Не пырнул бы, – покачал головой Афанасий, в глубине души не согласный с оценкой другом его мастерства рукопашки. – Эти трое, очевидно, недавно откинулись от нар, на них написано, что они бывшие зэки. А зэки соблюдают кодекс чести.

– Кодекс чести у зэков? – усомнился Олег.

– Какой-никакой, но кодекс, давно известно, что с бандитами, не считая разве что полных отморозков, легче договориться, чем с полицаями, а тем более с чиновниками. Вот уж у кого нет ни чести, ни совести, так это у них.

– Да хрен с ними, – махнул рукой Олег. – Давайте лучше о приятном.

Он первым завёл разговор о театре, предложил сходить в Большой.

Дуня поддержала, поделившись своими ощущениями от посещения театра в Костроме, изредка вскидывая на молчащего Афанасия глаза, отчего у него сладостно замирало сердце. Неприязни и огорчения в них он не увидел.

Вечер удался, несмотря на контакт с зэками.

Обратно к гостинице подъехали к двенадцати часам. Расстались у двери «Гросс-отеля».

– Пока, мальчики, – попрощалась Дуня, подав руки одновременно обоим; при этом Афанасий подумал, что ему не зря досталась левая, она была ближе к сердцу. – Так приятно я ещё не отдыхала, спасибо вам. Созвонимся завтра? Выставка продлится до одиннадцатого, если у вас будет время, сможем увидеться.

– Будет, – дружно пообещали они.

Дуня засмеялась и исчезла.

Оба продолжали смотреть на дверь, за которой скрылась девушка, словно ожидая чуда. Но чуда не произошло. Олег посмотрел на Афанасия и сказал со смешком:

– Ну, что, мальчик? Я видел, как ты на неё смотришь.

– А ты не так? – огрызнулся Афанасий.

Олег потускнел.

– Мне, что ль, научиться так драться, как ты? Выпить хочу, винца красненького, для поднятия духа.

– Майор Щедрин, – сказал Афанасий голосом государственного обвинителя, – шагом марш в машину и в часть!

Не оглядываясь, он направился к своему кроссоверу и отъехал от отеля, будучи уверенным, что Олег не посмеет ослушаться приказа.