У смерти твой голос - Екатерина Соболь

–Не ври,– прошипел Гиль, заглядывая ему в лицо. Чон Мин прятал от него взгляд.– Я знаю, зачем ты ее привел. Не хочешь ее убивать? Тебя никто не спрашивает. Нам плевать. Договор есть договор.

–Если бы ты не вмешался, я бы забрал другую,– с тихой, затаенной яростью сказал Чон Мин.

Я по привычке подумала, что такой затаенный, внезапно взрывающийся гнев характерен для древесной стихии, а потом спохватилась – ничего удивительного. Мысли о том, что он такое, никак не удавалось дойти до меня по-настоящему. Наверное, если я поверю, что он не человек, то просто сойду с ума. Лучше не думать.

–Судьба выбрала тебе эту,– не сдавался Гиль.– Ты поставил под угрозу весь цикл, козел. В той было меньше силы для тебя, а может, это вообще не помогло бы. Уж извини, что не дал тебе выкрутиться, но договор этого не принял бы, судьба бы психанула. Совсем рехнулся!– Гиль полыхнул взглядом в сторону моего отца.– И ты ему подыгрывал! Это против договора – прятать жертву.

Все молчали, и он снова повернулся кЧон Мину:

–Ну все, теперь разобрались. Ты привел ее сюда, чтобы мы заставили тебя сделать то, что ты должен, потому что сам себя ты заставить не в состоянии.– Он встряхнул его так, что уЧон Мина голова мотнулась. Тот не сопротивлялся.– Вот мы и заставляем. Не беси меня, иначе я грохну ее просто так. Она отсюда не выйдет, так что давай-ка разберись с ней сам, окей?

–Пора бы уже,– проворчал бармен.– Полночь не за горами.

Гиль встал и посмотрел на меня. В полутьме он возвышался надо мной, как великан.

–А вы, предсказательница… Вы же любите все валить на судьбу, так примите свою. Все, идите, комнату вам приготовили.

Комнату.

–Пап,– сказала я, не в силах оторвать взгляд от своего отца.– Та девушка… студентка… Ты с ней переспал? А потом убил ее?

Отец коротко кивнул, и я как-то обмякла. Он сделал это, а потом пришел домой и сел смотреть со мной и мамой телевизор. Моя мама – обманщица, которая разрушила мне жизнь, но мой отец – убийца, аЧон Мин… В этот момент я поняла собак, которые просто ложились на пол комнаты, где их били током, и не двигались. Иногда сил на борьбу уже не остается.

Когда Чон Мин поставил меня на ноги, я встала без возражений. Он вел меня куда-то, я шла, точно робот. Многое теперь предстало в другом свете. Гиль напал на меня в отеле, а потом, наверное, позвонил Чон Мину и сказал: «Где бы ты ее ни спрятал, я ее найду и убью, или сделай это сам». Вот почему Чон Мин приехал такой подавленный. Вот почему велел мне ехать домой – знал, что мой отец меня защитит отГиля, если что. «И ты ему подыгрывал!»

«Цветет и пахнет»,– сказал Гиль про Чон Мина, и вот теперь я поняла, почему это прозвучало как шутка. Действительно забавно, если говоришь о дереве. Меня замутило.

Может, Чон Мин и лез из кожи вон, чтобы спасти меня, но спасать-то надо было от него самого. Единственным, кто грозил мне бедой, был он сам. Все это казалось бредовым, ненастоящим, и только эта мысль не давала мне рехнуться.

Мы зашли в номер, который тоже, конечно, воссоздавал атмосферу Чосон. Матрас на полу, мягкий свет встроенных в стены светильников. Чон Мин опустился на край матраса как подкошенный, или, в его древесном случае, как подрубленный.

Так вот что тут будет. Я так хотела этого раньше, а теперь…

–Никакого Чана Чона Мина вообще нет,– тихо сказала я.– Ты вообще не человек. Это фальшивка.

–Есть,– почти неслышно ответил Чон Мин, глядя в стену.– Мы занимаем тела реальных людей.

Занимаем тела. Как паразиты, которые проникают в организм носителя и заражают его, используют как жилище для себя.

–И как давно вы их… заняли?

–Несколько месяцев назад.– Он поднял на меня безнадежный взгляд.– Юн Хи-а, иди сюда. Нам придется это сделать.

–Пошел ты, паразит. И не называй меня так.

Как я раньше не поняла, что он странный?

–Хорошо.

Он бессильно вскинул руку, будто хотел поймать мою ладонь, но в последнюю секунду остановил себя. Я шагнула назад.

–Что, заставишь меня? Такой ты, да?

–Мне не придется. Мы не принуждаем своих жертв, мы их завораживаем.

–В каком смысле?

Вместо ответа он посмотрел на меня снова, и у меня зазвенело в ушах. Гнев исчез, я чувствовала только магнетическое, животное влечение. Я шагнула кЧон Мину. Хотелось его целовать, ласкать, меня тянуло к нему с нечеловеческой силой, я забыла обо всех своих обидах и села рядом, приоткрыв губы для поцелуя, но он отвел взгляд, и наваждение исчезло. Желание мгновенно схлынуло. Я вспомнила, что это даже неЧон Мин, это тварь, захватившая его тело, и оскалилась от злости.

–Примерно в таком смысле,– сказал он.

–Вот как они заставляли девушек с ними переспать… Ты любую можешь так зазомбировать?

–Только девушку, которая родилась вАндоне в час, день, месяц и год моей стихии. И обычно – только ту, что судьба выбрала мне в жертву.

–Обычно? Что значит «обычно»?– Я застонала и упала спиной на матрас. Не было сил даже сидеть.– Вы это уже делали.

–Да. Шесть раз.

–И ты тоже это делал?

–И я.

Он еще и убийца. Я прерывисто выдохнула. Чон Мин смотрел на меня сверху вниз, сидя рядом.

–Никакой любви не было, это было все твое вот это… наваждение, так? Ты меня как-то приворожил,– тихо сказала я.

–Нет!– Он еще имеет наглость оскорбляться.– В том-то и дело. Я не завораживал тебя.

–О, ну я тебе, конечно, верю.

–Правда!– И он еще имеет наглость обижаться.– Когда я решил, что не хочу тебя убивать, я нашел другую из своей стихии – просто ходил по улицам, пока не почувствовал ее. Она мне не предназначена, но я решил, что это хотя бы позволит нам завершить цикл. И я ее заворожил. Это получилось, но было трудно, пришлось постараться, и действовало так… на троечку.

Я утомленно посмотрела на него, сложив руки на животе. Воспоминания услужливо подсказали, что он, видимо, не врет. Вот поэтому девушка в кафе так внезапно появилась в его жизни – видимо, это была их первая встреча. Он постоянно смотрел ей в глаза, и она казалась влюбленной до безумия. Если б я не вмешалась, он бы занялся с ней сексом и убил ее, а она, видимо, даже не поняла бы, что произошло.

Не полегчало.

–Как вы убиваете? Давай говори, я имею право знать.

–Строго говоря, никак,– неохотно ответил Чон Мин, или как там его теперь называть.– Жертва нашей стихии может соединиться с нашей истинной сущностью и испытывает от этого наслаждение, от которого у нее останавливается сердце.

–Что-то непохоже, чтобы Ми Рэ и остальные умерли от удовольствия.

–В этот раз все не так. Все с самого начала пошло не так.– Он сразу понял, что это не утешает, и подавленно прибавил:– Прости. Я пытался, но тебя мне в жертву выбрала судьба.