Инферно. Последние дни - Скотт Вестерфельд

Я прищурилась, глядя на него.

— Типа чего?

— Ну, я имею в виду то, что она не всегда может…контролировать себя. Эта болезнь делает людей безумными, вспыльчивыми и вособенности сексуально озабоченными. Иногда даже я не в состоянииконтролировать себя.

— Может, вы не так уж и стараетесь?

Он широко улыбнулся, обнажив острые зубы.

— Вполне скромная плата за искусство.

Зомби навострил уши, спрыгнул с моих колен и подбежал кдвери. Спустя мгновение послышалось звяканье ключей.

— Ну, вот они и дома. — У Астора Михаэлса сновазадергалось веко. — Помни главное — мы все хотим, чтобы эта группадобилась успеха. Поэтому не своди бедную Мин с ума. Я собственными глазамивидел, что это такое, и ты даже вообразить не можешь, через что ей пришлосьпройти. Будь с ней милой, ладно?

Голова у меня снова пошла кругом.

«Они дома», — сказал он.

Они!

Дверь открылась, в комнату ворвалась Мин. Следом вошел Мос,неся потрепанную спортивную сумку.

— Мосси! Ты только глянь, кто здесь! — воскликнулаМин, ослепляя меня своей физумительной красотой, своей каннибальской харизмой.

Мос просто стоял и смотрел на нас; вид у него былудивленный, но не виноватый.

Чувствуя, как внутри все сжалось, я вспомнила, какобеспокоенно сегодня утром звучал по телефону голос его матери. Он скинул сплеча сумку, и она плюхнулась на пол, словно мертвое тело, так была набита. Онперебрался сюда.

— Привет, Перл. Как дела?

Я попыталась ответить, но живот окончательно свело,казалось, все выпитое вчера шампанское поднимается к самому горлу. Минерваподошла к Мосу и, как бы защищая, обняла его за плечи.

Теперь он принадлежал ей. Целиком и полностью.

Сейчас, когда они втроем собрались здесь, я виделапроисшедшие с Мосом изменения, все признаки, на которые прежде закрывала глаза:глянец кожи, прекрасную, нечеловеческую архитектуру лица. В точности как Минвесной — когда голод только пробудился в ней, — он стал настолькопривлекателен, что было больно сердцу.

Даже прищуренные — чтобы уберечься от тусклого светасвечи, — его глаза мерцали, исполненные жалости ко мне. Наверно, он знал,чего я хотела.

Но вместо меня это получила она.

Внезапно ощущение пустоты в душе смыло неудержимой яростью:Минерва снова сделала это, завела роман с музыкантом группы — моей группы.Наплевала на то, что произошло с Марком и «Системой», наплевала на все, чтоговорила ей Лус, — Мин снова сделала это со мной. Я стиснула кулаки. Иконечно, она швырнет мне все это в лицо именно сейчас, когда мы так близки кподписанию контрактов.

Я почувствовала на себе взгляд Астора Михаэлса, взывающий кмоему самообладанию. Ради блага группы. Ради блага нового звука… этой музыкимонстров.

Он расстегнул замки портфеля и достал ручку.

Я проглотила вопли; они обожгли и оцарапали горло, словноостро нарубленные кубики льда.

— Привет, ребята, — сказала я. — Тут оченьмило.