От света не сбежать - Ольга Валентеева

– Прости, фейка, я не вернусь, – прошептал в туман, клубящийся за спиной, и протянул руку бабуле. Она увлекла меня за собой. Местность постепенно менялась. Из пустоты вырастали очертания берегов и волн, бьющихся о скалы, а мы шли по широкой дороге. К песне Арта вдруг примешались посторонние звуки. И уже не друг звал меня обратно, а Шун. Их голоса сливались, ноги будто наливались свинцом.

– Эрин? – Бабуля обернулась ко мне. – Поспеши, дитя, осталось перешагнуть последнюю грань.

Только сейчас я заметил радужную пленку прямо перед нами. За ней меня ждали. Отец, дед, Эвар, мама. Те, кого так хотелось видеть. Я попытался сделать шаг – и не смог.

– Эрин! – долетел до меня крик Лайлы. – Эрин, прошу тебя, умоляю, не надо!

– Эрин, братишка, мы здесь.

Это Ник.

– Эрин, родной, – голос Наариэн, – мальчик мой. Я знаю, тебе плохо, но дай нам еще один шанс! Единственный, прошу. Мы никогда тебя больше не оставим.

– Эринальд, ты нужен нам.

Кай…

– Идем, – поторапливала бабуля.

– Эр-рин, – плакал Шун, умирая вместе со мной.

– Эрин! Дружище! – Лави.

– Катарина, если ты меня слышишь, не забирай его. Прости, я не успел.

Элион…

– Эрин? – Бабушка начинала гневаться.

– Мне надо назад. – Я попытался вырвать руку, но не смог. – Пусти!

– Твое время истекло, мой мальчик. Твое тело на грани смерти. Ты хочешь, чтобы снова было больно? Хочешь очнуться в замке Лейфера?

– Разве ты не слышишь? Меня зовут. – Я все-таки высвободил руку и бросился назад, к тающим нитям тумана. Вдохнул полной грудью – и закашлялся от боли, открывая глаза.

– Эрин! – Лайла тут же прижалась ко мне. Моя рубашка успела вымокнуть от ее слез. А с другой стороны в шею ткнулся Шун. Я аккуратно привлек малыша к себе.

– Ты напугал нас, мальчик мой. – Наариэн потеснила внучку. – Теперь все будет хорошо, обещаю.

– Лей… фер… без меня… не…

– Поверь, он дождется твоего пробуждения, – хмуро пообещал бледный как смерть Энтареаль. – Но не стану обещать, что ожидание будет приятным.

– Отдыхай. – Прохладная рука Лайлы опустилась на лоб. Тьма и свет, больше не ограниченные браслетом, мурлыкали, тесно переплетаясь в груди. Я закрыл глаза, и снова пришла тьма. Но на этот раз – без видений.