Месть белой вдовы - Джейкоб Грей

Кар посмотрел на звездное небо. Его вороны где-то там. Он напряг зрение и волю, умоляя их поспешить.

Дверь начала рассыпаться, и он увидел злобное лицо Сеятеля Мрака. Его кожа блестела от пота, глаза горели сумасшедшей яростью.

– Открывай, Джек, – сказал он. – Хватит от меня бегать!

Небо по-прежнему было пустынно.

Сеятель Мрака просунул в щель еще один коготь, нащупывая засов. Он отодвинул его и распахнул то, что осталось от двери. Гигантский паук протиснулся в комнату. Стоя спиной к открытому окну, Кар смотрел в глаза Сеятелю Мрака. За его спиной что-то происходило, что-то надвигалось. Он чувствовал, как в ночи хлопают крылья и щелкают клювы.

– Вот мы и снова здесь, – сказал Сеятель Мрака, подходя ближе. Он спокойно, с интересом огляделся. – Знаешь, я ведь тоже пришел сюда той ночью, когда твои родители лежали мертвые внизу. Но они успели тебя спрятать.

Сердце Кара забилось чаще, почувствовав приближение воронов.

Они здесь. Они прилетели!

– Покажи, на что ты способен, – сказал он.

– О, ты даже представить себе не можешь, – ухмыльнулся его враг.

Сеятель Мрака рванулся вперед, Кар пригнулся, и в тот же миг через открытое окно в комнату устремился черный поток. Меньше чем за секунду вороны заполонили спальню, воздух стал плотным от перьев и яростных криков. Кар потерял Сеятеля Мрака из виду, а потом увидел, что тот мечется из стороны в сторону, бросаясь на стены в поисках выхода. Вороны кружили вокруг него, налетали, клевали и тут же отскакивали прочь. Атака не замирала ни на секунду. Сеятель Мрака взвизгнул, когда его ноги подкосились. Он был похож на паука, попавшего в водоворот.

Кар видел сотнями птичьих глаз. Он чувствовал силу их тел. Подчиняясь одной только мысли, стая отлетела от гигантского паука, а затем набросилась на него сбоку, опрокинув его на спину. Кар направил клювы и когти прямо в мягкое брюхо врага. Паук забил ногами, но не мог остановить натиск воронов. Через сознание воронов Кар чувствовал мысли Сеятеля Мрака – мощные вспышки яростной злобы.

Оставался последний штрих.

Кар приказал воронам построиться, и птицы облепили каждый дюйм паучьего тела, цепляясь когтями за что только могли. И все как один они взмыли вверх. Кар чувствовал вес чудовищной твари. Но для такого количества воронов тяжелый паук был легкой пушинкой. В облаке черных перьев они понесли его к открытому окну.

Вдруг Кар и сам стал вороном. На этот раз превращение прошло для него практически незаметно.

Он бросился в гущу птиц. Под звуки торжествующих криков они поднимали гигантского паука все выше и выше в ночное небо.

Кар не чувствовал ни капли жалости.

Страдания его родителей, Визга, страдания всех жертв Сеятеля Мрака отдавались болью в его сердце и окрашивали его в черный цвет, такой же, как чернильные вороновы перья.

Они взлетали все выше в небо, пока наконец не оказались на такой высоте, где Кар никогда не бывал прежде, – отсюда Блэкстоун казался просто подсвеченным пятном среди раскинувшихся полей и лесов.

– Я убью тебя, Говорящий-с-воронами! – проверещал Сеятель Мрака.

– Пора, – сказал Кар птицам.

И он разжал когти, и вся стая воронов сделала то же самое.

На миг казалось, что время остановилось и восьмилапое тело Сеятеля Мрака повисло в воздухе.

А потом он полетел вниз.

По мере того как гигантский паук падал, острые лучи белого света пронзали его тело. Кар смотрел, как яркие лезвия разрывают его на части, и слышал, как в ночи разносится отчаянный крик его врага.

К тому времени, когда Сеятель Мрака должен был упасть на землю, от его тела ничего не осталось.