Любовь, которая меня нашла - Карина Риси

Мужчины затеяли оживленную беседу об охоте, хотя я не могла представить себе Иэна, стреляющего в животное. Валентина села рядом со мной. Она неотрывно глядела на Иэна, свою мать и меня. В моей голове постоянно крутилась мысль, что знакомство с родителями Валентины было лишь поводом, а на самом деле ей с матерью хотелось узнать, что я здесь делаю и что об этом думает Иэн. Аделаид недоверчиво смотрела на меня, и, по правде сказать, интуиция ее не подвела.

Я говорила немного, поскольку не хотела ляпнуть какую-нибудь глупость, но слушала в основном беседу женщин. Абсолютно не важные для меня вещи: семья Боржес тоже купила новый экипаж; портной ссорится с булочником и отказывается открывать магазин, тогда как второй не убирает свой лоток с тротуара перед его дверью. И еще они говорили о лентах и платьях. Эта дискуссия была самой оживленной.

Я поняла, что Валентина действительно влюблена в Иэна. То, как она смотрела на него, не оставляло сомнений. В этом взгляде были восхищение, удовольствие, смущенность.

Мне это не понравилось.

Время от времени Иэн, улыбаясь, поглядывал в нашу сторону. Я не могла точно сказать, кому предназначались его улыбки: мне или маленькой, изящной и невинной девушке рядом со мной. Валентина краснела и опускала голову каждый раз, когда замечала его улыбку. Я чувствовала, как пылало мое лицо, но только не от смущения.

Как он смеет? Флиртовать с Валентиной у меня на глазах? А все, что он сказал мне сегодня днем? А тот поцелуй?

Впрочем, когда я пришла в себя, то подумала, что, возможно, было бы лучше, если бы он заинтересовался ею. Валентина может быть отличной женой и очень внимательной сестрой для Элизы. Кажется, они были близки. Хотя я и представить не могу, что кто-то не любил бы Элизу. Это практически невозможно.

С тяжелым сердцем я осознала, что, вероятно, жизнь Иэна так и следовала бы таким курсом, если бы я просто не переместилась в это столетие и тем самым не создала хаоса. И я хочу, чтобы он был счастлив. Валентина будет идеальной женой для него. Она красивая, если не учитывать раздражающее моргание, без проблем носит пышные платья. Валентине известно, как принимать гостей на праздниках и ужинах, как управлять домом и слугами. Она научит Элизу тому, что должна знать женщина девятнадцатого века, и в разговорах с друзьями своего мужа не станет допускать всяких глупостей.

Камнем преткновения была я, а не она.

Вдруг мой желудок свело судорогой. Я совсем забыла о голоде.

– Элиза, ты не возражаешь, если я уйду к себе в комнату? У меня болит голова, поэтому никому не смогу составить приятную компанию, – прошептала сестре Иэна.

– Ах, как жаль! – огорчилась она. – Хотите, я попрошу Мадалену сделать вам чаю?

– Нет, спасибо. – Мне просто хотелось уйти. Как можно быстрее!

– Надеюсь, вам скоро станет лучше, сеньорита София, – сказала Валентина, глядя на меня искренними глазами. – Жаль, что вы не составите нам компанию за ужином…

Я лишь кивнула в знак согласия, не желая больше ни минуты находиться с ней рядом. Ведь, несмотря ни на что, она казалась хорошей девушкой. Я не хотела, чтобы в конце концов она мне понравилась, тогда чувствовала бы себя дрянью, вмешавшейся в ее судьбу. И в отличие от Теодоры, Валентина, кажется, беспокоилась об Иэне, поэтому не могу ее ненавидеть, даже если бы хотела. Она изящная и приятная. Ему нужна такая женщина. Желудок снова свело.

Извинившись перед другими гостями, я решительно направилась в свою комнату. На Иэна даже не посмотрела. Между тем, когда уже прошла половину длинного полутемного коридора, услышала тяжелые шаги за спиной и обернулась посмотреть, кто это.

Конечно же он.

Я ускорила шаг, чтобы дойти до комнаты раньше, чем парень догонит меня.

– Сеньорита София, – позвал он тихо.

Почему мое тело начинает дрожать, как только я слышу звук его голоса? Р-р-р!

Я не остановилась. Пошла еще быстрее, почти побежала. Он тоже ускорил шаг.

– Сеньорита София, – тверже повторил Иэн.

Теперь я уже и в самом деле бежала. Пулей влетела в комнату и начала закрывать дверь. Но Иэн был намного ближе, чем я думала. Прежде чем успела закрыть дверь, он подставил ногу между створками. Я попыталась толкнуть дверь сильнее, всем своим весом давя на его ногу, однако тщетно. Побежденная, не имея выбора, сдалась, оставив обе створки двери открытыми настежь.

– Что ты хочешь? – холодно спросила я.

– Хочу с вами поговорить, – настаивал он.

– Мне кажется, сейчас не место и не время для этого. Ты можешь поговорить со мной завтра. А теперь возвращайся к своим гостям и оставь меня в покое!

Его глаза стали такими грустными, что сердце сжалось у меня в груди.

– Почему вы это делаете? – спросил он глубоким тихим голосом.

Меня прошиб озноб.

– Я ничего не делаю, – ответила дерзко.

– Вы делаете вид, будто ничего не произошло. Ничего не изменилось.

Серебристый блеск его черных глаз волновал меня. Зачем он так смотрит?

Иэн продолжил:

– Почему вы меня все время отсылаете?

Я застыла, глядя ему в лицо, не находя ответа на этот вопрос.

– София, – прошептал он. – Я не знаю, чего вы хотите. Но вам стоит только сказать, и я сделаю это.

– Хочу, чтобы ты вернулся на тот чертов ужин, – немного повысила голос я. Мои эмоции были в таком же беспорядке, как и мысли. – Хочу, чтобы ты вернулся и пользовался возможностью насладиться компанией будущей идеальной жены! Хочу, чтобы весело проводил время под невинными улыбками и взглядами Валентины. Хочу, чтобы держался подальше от меня! Хочу, чтобы ты уходил с глаз долой! – Я попыталась закрыть дверь, таким образом усилив убедительность своего заявления, но Иэн не пошевелился.

Меньше всего я ожидала увидеть на его лице улыбку, которая становилась все шире с каждой секундой.

– Вы ревнуете, – удовлетворенно констатировал он.

– Я? Ревную? Тебя? Ха! – Я еще раз попробовала вытолкать его вон с помощью двери, но он был слишком большим, чересчур сильным.

– А я думаю, ревнуете.

Его широкая улыбка раздражала меня. Как же я хотела разбить ему нос!

– Мне абсолютно не важно, что ты думаешь. А сейчас, пожалуйста, выйди. Ты уже врывался в мою комнату сегодня! Почему не можешь просто оставить меня в покое?

Я приложила все силы, чтобы закрыть эту проклятую дверь. Но он с легкостью помешал мне.

– Я должен задать вам вопрос, а потом оставлю вас в покое. Обещаю.

Вздохнув, я сдалась. От прилагаемых усилий у меня уже болели пальцы, но я не смогла сдвинуть Иэна ни на миллиметр.

– Только быстро, я устала, – фыркнула, принимая поражение.