Прикончить чародея - Сергей Мусаниф

Может быть, как-нибудь я на него посмотрю.

Федерик сразу же отправился в келью Карин, а Ромарик изъявил желание познакомиться со мной и лично объяснить мне устройство их паровых машин. Поскольку в их изготовлении не было использовано ни капли магии, я не очень много понял из прочитанной мне Ромариком лекции. Но гномы явно гордились своим изобретением, и я не стал их разочаровывать, проявив к машинам повышенный интерес.

Однако, такие слова, как муфта, сцепление, ведущий мост и дифференциал ни о чем мне не говорили. По крайней мере, применительно к движущимся без помощи лошадей повозкам.

— Мы назвали свое изобретение «автомобилем», — сказал Ромарик. — Это куда короче, чем «повозка, способная передвигаться без лошади, только при помощи собственного двигателя».

— Гораздо короче, — согласился я.

— За автомобилями будущее, — сказал Ромарик. — Сейчас их мало, и мы используем их только для служебных нужд, но я предвижу те времена, когда собственный автомобиль будет в каждой семье гномов. И мы собираемся продавать экспортные варианты обитателям поверхности.

— Наверное, воздух сразу станет гораздо грязнее, — сказал я.

— Мы с этим боремся, — сказал Ромарик. — Возможно, мы придумаем системы использования производимого автомобилем дыма. Конечно, мы не сможем развернуться под землей без существенного изменения вентиляционных систем, но на поверхности автомобили могут стать очень популярными. В отличие от лошадей, их не нужно кормить.

— Только ремонтировать, — заметил я.

— Они достаточно надежны, — обиделся Ромарик. — Они не умирают от старости и не ведают устали. Их невозможно загнать.

— И как скоро вы планируете внедрить новинку и включить ее в каталоги, предоставляемые купцам Вестланда?

— Не очень скоро, — сказал Ромарик. — Сначала мы должны устранить все возможные дефекты и подумать обо всех способах применения. У нас есть варианты, предназначенные для перевозки грузов, есть транспортные средства для пассажиров, планируются семейные и спортивные варианты.

— А еще вы можете поставить на них броню и использовать в военных действиях, — сказал я.

— Мы думали об этом, — не стал отпираться от очевидного Ромарик. — Но я не вижу от этого большой пользы. Для подземной войны эти штуковины не годятся, потому что далеко не везде они могут проехать. Что до войны на поверхности… Я пока не вижу оружия, которое они способны нести, кроме мечей, которые можно приделать к колесам для рассеивания вражеской пехоты. Катапульты и требюшеты слишком громоздки…

— Вы можете посадить в них стрелков с арбалетами, — подсказал я.

— Это не может изменить боевые действия кардинальным образом, — сказал Ромарик. — Всего лишь еще одна экзотическая безделушка, типа боевых слонов. Мы хотели бы выйти на рынок с глобальным продуктом, а не с обычными механическими игрушками.

— А как продвигаются ваши поиски «огнестрельного оружия»? — полюбопытствовал я.

— Медленно, — признался Ромарик. — Гораздо медленнее, чем бы нам хотелось. Пойдем, я тебе кое-что покажу.

На время своего пребывания здесь Ромарик занял апартаменты командующего гарнизоном Колина, хотя формально являлся вовсе не его королем. Тем не менее, стражники выказывали подобающее уважение главе касте ремесленников.

Мы пришли в келью, которая служила Колину рабочим кабинетом. В стенах были прорезаны каменные ниши со стоявшими в них книгами, а на большом рабочем столе была расстелена карта территорий, за которые Колин нес ответственность. Стойбище гоблинов, в котором мы с Карин учинили резню, было отмечено крестиком.

На стене висел также свиток с именами известных гномам полевых командиров гоблинов, действующих по всем границам подземного королевства. Некоторые имена были зачеркнуты, рядом с ними стояла пометка «у» — убит.

К именам Штуга и Гмыка Колин уже пририсовал эту отметку.

При нашем с Ромариком появлении Колин встал со своего каменного табурета и собрался оставить нас наедине, но Ромарик махнул ему рукой, призывая остаться.

Одежда гномов-ремесленников изобилует карманами, и комбинезон их короля не являлся исключением. Ромарик достал из одного кармана мешочек, похожий на обычный кисет, запустил в него пальцы и выудил щепотку серого порошка.

Я подставил ладонь, и он уронил на нее несколько крупинок.

Они ничем не пахли, и в них не было ни капли магии.

— Что это? — спросил я.

— Смотри, — Ромарик поднес руку к горящему факелу и бросил несколько крупинок в пламя. Последовала яркая вспышка, сопровождающаяся коротким шипением, количество дыма в помещении удвоилось.

— Круто, — сказал я.

— Мы назвали этот порошок «порохом», — сказал Ромарик. — Потому что название «серый порошок, который сгорает очень быстро» показалось нам слишком длинным.

Я уже понял, по каким принципам гномы придумывают названия своим изобретениям.

— Порох является оружием сам по себе, — сказал Ромарик. — Если увеличить дозу порошка, то вместо того эффекта, который ты видел, получится настоящий взрыв. Большое количество пороха может уничтожить даже гору.

— Вы не боитесь с ним экспериментировать? — спросил я.

— На первой стадии разработок были взрывы, которых мы не планировали, — признал Ромарик. — Погибли несколько ученых. Но теперь нам удалось стабилизовать производство.

— Но вы не сможете использовать это оружие под землей, — сказал я. — Оно вызовет обвалы, которые погребут ваших врагов в одной братской могиле с вами.

— Верно, — сказал Ромарик. — Ты быстро схватываешь, юноша. Порох — лишь часть другого нашего проекта.

— Любопытно, — сказал я. — Вы можете мне рассказать, или это секрет?

— От ученика Зеленого Мага у нас нет секретов, — сказал Ромарик. — Но я не могу тебе много рассказать, потому что это пока только теория. Мы планируем создать… э… трубу. Прочную железную трубу, запаянную с одного конца. Настолько прочную, чтобы при воспламенении порох не мог бы ее разорвать. Тогда мы сможем направить действие взрыва в одну сторону, и использовать трубу для того, чтобы метать в противника камни. С силой, гораздо большей, нежели у катапульты или даже у требюшета.

— А камни не будут раскалываться при взрыве?

— Мы можем отливать снаряды из железа, — сказал Ромарик. — А потом, даже самый мелкий камень, летящий с такой скоростью, какую способен придать ему взорванный в трубе порох, может пробить самую совершенную рыцарскую броню.

— Если у вас это получится, войны станут совсем другими, — сказал я.

— Зато их станет меньше, — заявил Ромарик. — Обладая оружием столь страшной разрушительной силы, все разумные существа вынуждены будут задумываться о реальной необходимости его применения.

Может быть, подумал я. А может быть, после этого изобретения войны просто станут более кровавыми.