Море волнуется раз... - Елена Свободная

Ведьму, казалось, совершенно не смущали перепуганные пассажиры. Она включила какую-то ритмичную музыку на полную громкость и принялась подпевать в тон ветру, свистящему в ушах. Внезапно выраставшие на нашем пути скалы, она огибала какими-то совершенно неприметными тропами, а когда машина подскакивала на осколках камней, я каждый раз с ужасом думала, что будет, если мы все-таки пробьем колесо. Оставалась надежда, что ведьма будет ехать аккуратнее, когда стемнеет окончательно. Или не будет.

В горах темнеет быстро, свет фар то и дело выхватывал каменные стены, на которые мы неслись со скоростью влюбленных, спешащих на свидание. Или тех, кто решил, что разбежавшись, прыгнуть со скалы - слишком банально.

Но бояться вечно невозможно и, в какой-то момент я поняла, что поездка мне даже нравится. Зато, по крайней мере, в темноте, справа от меня не маячила пропасть с плывущими внизу облаками. Кали отпускала язвительные замечания насчет того, что еще пять минут страха и мы на месте, что чистка салона - недешевое удовольствие, а потом...

Перед нами распахнулось море!..

Оно открылось нам за очередным поворотом такой совершенной чернотой и во всю ширь до горизонта, что сердце забилось, как бешеное, от всей необъятности того, что открывалось глазам. В лицо ударил тугой соленый ветер, остро пахнущий йодом и водорослями, у меня снова закружилась голова. Широкая лунная дорожка серебрилась стрелкой указателя в неизвестность.

Я никогда раньше не видела моря и эта необъятность потрясла меня до глубины души. Кажется, старая ведьма это почувствовала, потому что склонилась ко мне и негромко спросила:

- Хочешь сначала поздороваться с Ним?

Я недоуменно перевела на нее слезящиеся от ветра глаза, пытаясь понять, не послышался ли мне этот шепот. Но наткнулась на такое скептическое выражение лица, что тут же вспомнила, что бабка - сильнейшая стихийница этого мира. Мелькнула мысль, почему бы и нет?

Я благодарно улыбнулась Кали и кивнула. В конце концов, неизвестно, что ждет меня впереди. Тайник, ожерелье, любовь... в чем она, кстати, заключается? Как выглядит эта субстанция? В каком она агрегатном состоянии?

По мере приближения к морю вопросы только множились. Но и чувство, что впереди ждет что-то удивительно хорошее - тоже крепло. Несмотря ни на что, уверенность в том, что все будет хорошо, потому что по-другому не может быть вообще, не покидала меня никогда. Может, поэтому я и не особенно боялась будущего ни в своем мире, ни в этом.

К самому морю мы спустились уже на рассвете, когда выцветшее в серое небо стало розоватым и свежий ветер пускал толпы мурашек по открытой коже, настойчиво забираясь за шиворот и холодя взмокшие спины.

Фенрир выпрыгнул из машины, не дожидаясь, пока оттуда вываляться остальные зеленые пассажиры, ошалело помотал головой и убежал в ближайшие кусты широкими звериными скачками. Непонятно, то ли торопился расстаться с ужином в интимной обстановке, то ли радовался возможности почувствовать под лапами твердую землю.

- Уффф... вся жизнь перед глазами пролетела, - борясь с тошнотой, пробормотал Иммераль.

- А там хоть было, что смотреть? - ухмыльнулась старуха, неизвестно зачем пикая брелком сигнализации.

- Когда ты сказала, что мы поедем, ты не уточнила, чем, - солидарно с эльфом прохрипел ведьмак, пытаясь отдышаться после такой экстремальной поездки.

- Хватит ныть! - рявкнула Кали. - Без меня вы бы сюда дня три добирались! А так - пещера вон за тем поворотом, Летта и сама дойдет, пока вы тут плачетесь, какая я злая ведьма.

- Нет, - сразу ожил Габриэль. - Я князю-колдуну клятву дал, что с ней ничего не случится!

- Это ты зря, - захихикала старуха. - С этой породой постоянно что-то случается. Вот, помню, раз Гертруда...

- И я должен выплатить свой долг, - перебил бабку Иммераль. - Жить под таким гнетом не первый десяток лет мне уже надоело...

- Ты так смело меня перебиваешь, как будто тебе в принципе жить надоело, - недобро посмотрела на него ведьма, раскручивая между пальцами невесть откуда взявшиеся разноцветные шарики, в которых я с удивлением почувствовала силу стихий.

Земля, вода, огонь и воздух мелькали между тонкими узловатыми пальцами, завораживая и притягивая взгляд.

- За Леттой прослежу я, - прервал на самом интересном месте демонстрацию силы, неожиданно вернувшийся волк. - Меня практически невозможно обнаружить с помощью магии, да и просто в кустах я прячусь даже лучше эльфов.

Он смерил насмешливым взглядом лорда Нинголора, который так явно порозовел кончиками длинных ушей, что стало ясно, что и здесь есть какая-то тайна. Но, для разнообразия, не страшная, а, скорее, смешная или интимная.

Кали кивнула, незаметно втягивая в пальцы стихийные игрушки.

- Хорошая мысль, волколак. Если что-то пойдет не так, позови меня...

Она произнесла какое-то короткое невнятное слово, которое Фенрир повторил без труда. Причем, после того, как он это сделал, руки старухи вспыхнули зеленоватым светом.

- Работает, - удовлетворённо кивнул он. - Пойдем, что ли, маленькая марена?

Я помотала головой и попросила дать мне пять минут.

У самой кромки мерно накатывающих на берег волн, я опустилась на песок.

Ну, здравствуй, море!.. Всегда мечтала посмотреть на тебя в своем мире, да все как-то не складывалось. Теперь я понимаю, почему. Но ты ровно такое, как снилось мне много лет подряд. Я знаю, что ни в чем не виновата перед тобой, Отец, я просто очень хочу помочь. Не потому что вот такая я молодец, а... ну, потому что так кажется правильным. И немножко - потому что надеюсь, что мне это зачтется в распределении любви и я встречу того, кто станет для меня очень близким. И не только во сне, но и наяву.

Не знаю, сколько я так просидела, загипнотизированная прибоем, только очнулась от своего подобия транса как-то внезапно. Как будто кто-то тряхнул за плечо. Медленно поднялась и, отряхивая зад, вернулась к своим спутникам.

- Ты поймешь, что надо делать, внучка, - шепнула мне на ухо Кали, напутственно приобняв за плечи.

Я действительно поняла. В пещере было светло - лучи восходящего солнца проникали в многочисленные щели потолка и стен. Я бы испугалась, что вся эта груда земли и камня обрушится мне на голову, будь я в своем мире. Больше того, я бы просто не полезла бы в такое сомнительное углубление в скале! Но здесь было как-то иначе. Я чувствовала, что нужно делать, точно зная, куда приложить ладони и что прошептать. С удивлением осознала, что обращаюсь к Великой Праматери за помощью.

Но когда тайник открылся, вместо ожерелья там лежала сложенный вчетверо листо бумаги. Записка?

Еще не до конца понимая, что это значит, я развернула ее: "Вот ты и попалась, беглая маленькая марена, дочь отступницы. Хочешь обратно свое ожерелье? Пойдешь с моим человеком, как миленькая. Аарин Икиель".