Умереть тысячу раз - Александр Дэорсе

— Ах, ты…! Ты что же думаешь?! Я первый раз снес оскорбление и сейчас снесу? — солдаты напружинились, мечи не доставали, но это пока.

— Да вообще надеялся. Думал, за месяц ума наберешься, подумаешь хорошо, но видимо не судьба. В общем, можешь взять эти монеты и засунуть их себе в то место, на котором сидишь! — ну, вот я и добился своего. Барон в гневе, солдаты в шоке, дети в ауте, поросята в экстазе. Верней один поросенок и один ребенок.

— Взять его! — Рев барона был подобен грому.

Ну-ну! Так я и дался. Первого солдата встречаю ударом ноги. Кувырок и бегом к сараю. Врываюсь и сразу закрываю за собой дверь на задвижку. Так, теперь поищем свой меч вон в том углу. Ага, вот он родимый, теперь готовьтесь господа хорошие.

Посылаю в дверь сжатый воздух, от которого ее просто выносит вместе с петлями и при этом несколько солдат покатились по земле. Хватаю сразу же щит одного и запускаю его в полет в одного из бегущих, сломав ему ногу. Убивать не буду, покалечу. Пусть помучаются какое-то время.

Сразу же делаю подсечку ногой и гардой дроблю челюсть, у человека болевой шок. Перекатом ухожу в сторону, хватаю еще один щит, вовремя. Сразу же отклоняю рубящий удар в голову и делаю укол в плечо. Ускоряюсь, время замедляется, наношу точные уколы в незащищенные места. Ноги, руки. Я не убиваю, зачем? Они слабее, мне не противники. Я наказываю.

Магией почти не пользовался, если только иногда, в самых критичных случаях. Я крутился как волчок, ни на секунду не останавливался. Остановка это смерть. Каждый раз я уходил кому-то из солдат за спину, тем самым закрывая обзор моим противникам. Кидался всем, что попадет под руку. Грязные приемы? Ха! Конечно!

Если можно кинуть меч, я кидаю. Щит? Тоже кидаю. Шлем или перчатка? Кину и то и то, они очень хорошо дезориентируют противника. Нет, ребята, я не дерусь по правилам. Нет в бою правил. Удар между ног, это само собой разумеющееся. Последнему противнику чуть не снес голову на развороте, спохватился в самый последний момент.

Слух возвращался рывками. Стоны и крики во дворе. На крыльце стоят барон и его сын. Ко мне идет сильно нервничающий Диг. В руке сжимает меч, пальцы то сжимают рукоять, то отпускают.

— Не стоит, ты мне не противник.

— Я не могу. Долг.

— Кому? Из солдат или барону?

— Барону.

— Не собираюсь я его убивать. Да и не убил ни кого. Покалечил если только. Но это можно будет исправить, если извинятся хорошо.

Диг остановился и стоит, думает. Пусть думает, полезно. Вот, только, что мне теперь делать. Уходить? Но чувствую, что мне нужно быть тут. А тут ли? Или все же к барону нужно? Надо проверить.

— Эй, Игн! Я согласен на твое предложение. — и тут же прислушиваюсь к себе, что-то внутри меня говорит, что я поступаю правильно. Значит все же к барону. И вот как быть теперь.

— А? Что? — отходит от шока барон.

— Я говорю, что согласен поселиться в твоем замке, при некоторых условиях.

— А-э-а…

— Ни кого я не убил. Убивать тоже не собираюсь. Но кое в чем помогу. Тем более сыну твоему еще нужно лечение, а как я понял, ты хочешь его забрать?!

— Да. — барон взял себя в руки, — какие условия?

— Во-первых, всех кто придет ко мне для лечения ты или твои воины пропустят беспрепятственно. Всех обитателей замка я лечу бесплатно. Если захочу уйти, я ухожу, и ни кто мне не мешает. Ну, еще со мной пойдет мой питомец.

— Поросенок? — удивился барон.

— Да! И лучше его не обижать. — не знаю почему, но я привязался к Хрюше, тем более я все больше чувствовал его, а еще он понимал меня с полуслова. И вот в этом я как раз хотел разобраться, не в том ли это причина, что я его каналы немного менял, да подправлял.

— Ладно, я в дом. Диг, а ты подводи по одному ко мне страдальцев, лечить будем. Ну, ты знаешь, что и как.

Я поднялся на крыльцо, демонстративно обошел барона и скрылся в доме. Хрюша последовал за мной. Уже когда дверь за мной почти закрылась, вижу довольный взгляд Дига. Ох, чую не все так просто в Датском королевстве.

Лечение всех пострадавших после коллективного хвастовства длиной пенисов не заняло много времени. Больше всего времени ушло на сборы в дорогу. Телегу забрал у барона, ну зачем она ему, если сын здоров? Далее, пока собрал все свои запасы трав, опустошил все свои тайники и сбросил все это на телегу, у всех глаза на лоб полезли. Ну, да, жил я достаточно скромно, но это не говорит о том, что я беден.

До имения барона добирались почти сутки. Уже в темноте мы достигли крепости. Хотя по мне, ее так было трудно назвать, она была больше похожа на хорошо укрепленный лагерь римских легионеров — Каструм. Как оказалось, возведение основной стены из камня шло полным ходом. Камень доставлялся к крепости постоянно, карьер находился в дне пути от крепости. Как оказалось в крепости проживало около двухсот человек, из них почти семь десятков — воинов. Не хилое войско у барона.

Загадка такого числа солдат разрешилась быстро, в карьере работали заключенные. Иногда эти заключенные сбегали, и барону приходилось их ловить, да и земли нужно охранять.

Мое размещение не заняло много времени, мне выделили отдельный дом и даже служанку приставили. Служанкой оказалась девушка лет двадцати пяти, по имени Ирда. Ее мужа убил один из бежавших каторжников, и вот ей приходится стирать вещи солдатни в крепости, ну иногда оказывать услуги личного характера. Я ее не осуждаю, в такое время попробуй одной вырастить сына. Ее сыну было семь лет, вполне смышленый малыш, с котором мы неожиданно быстро подружились. Звали его Ирид. Его имя у меня вызвало улыбку, когда я первый раз его услышал. У гоблинов оно значило — смышленый или умный. А у орков — красивый цветок.

И так, моя жизнь опять сделал крутой вираж. Теперь, я лекарь барона. Личность на государственной службе. А как иначе? Здесь все кто по должности старше десятника уже считай на государственной службе.

Мой день в крепости начинался с зарядки, потом шли водные процедуры, после которых я завтракал, давал пару наставлений Ириду, и потом принимался за лечение больных, которых не сказать, чтоб было много, но все равно человек десять в день мне приходилось лечить. И тут скорее не от того, что многие болели, а просто не было элементарных правил безопасности, и всем было плевать, что это такое.

Еще мне стали привозить заключенных, которые покалечились в карьере, барон смекнул, что таким образом он экономит на рабочей силе. Солдат, мне тоже приходилось лечить, но лучше они ко мне стали относиться, только после того как я вытащил двоих буквально с того света. Вот после этого, ни одного косого взгляда, поняли, что в случае чего есть еще надежда пожить.

А уж после того, как я одному подправил пару каналов на изувеченной руке, да поддал энергии и у него через неделю вырос палец… Ко мне уважение не то, что улучшилось, на меня смотрели как на мессию. Потом были случаи, когда я приращивал руки, ноги, пальцы. И даже один раз, писюн. Мужику реально не повезло, жена у него боевая оказалась, вот с другой и застукала. Вообще первый раз, когда я прирастил руку, можно сказать был опытом на живом человеке, но вроде он не жалуется.