Серебряные Копья - Валерий Козачук

Уголки губ мальчика поползли вверх.

— Мне казалось, что Марбо перетрусил, — вслух подумал Жюльен. — Мы уходим, Великий, давно пора. Косолапые нас не тронут?

— Я ещё жив, — усмехнулся Шарль.

— Значит, медведи на нас не бросятся?

— Пока я живой.

— И не проверишь, — проворчал арбалетчик.

— Ага, — Шарль попытался растянуть губы в улыбке.

— Может всё же покажете косолапого? — словно между прочим осведомился Жюльен… — Хоть одного, нам много не надо. Что вам жалко, Великий?

— Одного показать никак не получится. Разве что всех, но тогда… — Мальчик опустил руку на меч. Детский, само собой, но за неимением лучшего…

— Там десяток небось? — усмехнулся бретонец.

— Не-е, медведица с медвежатами. И вдобавок полосатая смерть.

— Полосатая кошка? — уточнил арбалетчик. — А барсов сколько появится?

— Ни единого, вот незадача! — Шарль немного расслабился. — Волки вам подойдут? И ещё… — Великий было замялся, — взрослым это лучше не знать.

— Пришибу, говори толком! — взорвался Жюльен.

— Ты смеяться не будешь?

— Что вы, что вы, Великий!

— Точно? — Шарль переступил с ноги на ногу.

— Не тяните кота за хвост!

— Это ты о себе? — заинтересовался мальчик.

— Пришибу, как пить дать. Но сперва высеку от души, чтобы на всю жизнь запомнил! — пообещал предводитель.

— Значит, больно не будет, — сделал неожиданный вывод ребёнок.

— Почему?

— Ты же меня всё равно прибьёшь.

— Язва, — сдался Жюльен.

— А то! Мы о чём сейчас говорили? — вдруг осведомился Великий.

— О драконах свирепых, — подал голос Джузеппе.

— О дракончиках, — поправил мальчишка. — Ты наверно тоже волшебник?

— …

— Да они совсем маленькие, что вы побелели?

— Вот оно как… — бретонец шумно вздохнул. Далеко пойдёте, Великий, если сумеете дожить до рассвета. Наш дозор не единственный. Не возмущайся Джузеппе, Митра нам это зачтет, кто знает, как оно повернётся. Побаиваешься, крепко побаиваешься, вон, как губы то и дело облизываешь, но держишь себя в кулаке, зверушки-то далеко, — обратился наёмник к Шарлю. — Удачи тебе, малыш, надеюсь, больше не встретимся.

Тяжёлые шаги взрослых — кольчужники перешли на бег — вскоре замерли вдали.

— На пустом месте, храни Создательница! — Жан восхищённо покрутил головой. — Ещё немного и поделились бы припасами, лишь бы от нас отделаться! Что с вами, Великий, реветь-то зачем?

— Глупый, это просто п-психологическая разрядка, мне Роже говорил… — Мальчик сдержанно всхлипнул.

— Ну, тогда понятно дело другое, — слуга серьёзно кивнул. — Платок вы, конечно, не взяли, ох, простите Великий, совсем забыл о девчонке, небось, уже хвастается трофеями…

— Девочке!

— Ваша воля, Великий, — Жан порылся в карманах.

— Я сам!

— Сам, сам, но зачем на весь лес, да не трите вы так, потом видно будет!

* * *

— Ай! — Шарль споткнулся о некстати подвернувшийся камень и полетел прямо на глинистую тропу.

— Живее же, Великий, прошу вас, пока по шее не дал! — Жан без особой деликатности подхватил мальчишку за шиворот и помог подняться на ноги.

Шарль молча кивнул и ускорил бег. В плен к герцогу почему-то не хочется. Это если не пристрелят издалека, как всерьёз предлагал Марбо. Калёными бельтами, шагов где-то с трёхсот… постыдился бы против ребёнка!

— Да куда вы снова полезли! — подросток быстро и сноровисто вытянул Великого из зарослей бамбучка.

— Я ещё не очухался, — сообщил Шарль.

— Это заметно. Постоим самую чуточку.

— Может быть, всё же укроемся? В бамбучок и крокодил не полезет.

— Разве что с пьяных глаз, — усмехнулся Жан. — Или персонально за вами.

— Так за чем дело стало?

— В бамбучке не отсидишься при всём желании. Гнус — будь он трижды неладен! — лианы пекучие, да и змей тоже хватает.

— К-каких? — Шарль судорожно сглотнул.

— Гадюк например? Сами с перепугу позовёте кольчужников. Они вас за уши вытащат и ещё посмеются.

— Может всё же удавы?

— Даже и не надейтесь, Великий.

— Побежали Жан, не хочу я к змеям! — мальчик опасливо попятился.

— Только без болтовни.

Шарль в ответ лишь прибавил ходу.

Дети круто свернули — снова этот Жан что-то задумал — и вскоре углубились в заросли крапивы. Жгу-учей пропади она попадом, так и лезет к лицу… это Жан нарочно такую выбрал… всё бы ему воспитывать.

Мальчик сдавленно зашипел, что за ночка сегодня выдалась! И всё из-за нерадивости Жана, мог бы и шепнуть Мигелю несколько слов. Что он в этом лесу забыл, кроме очень вредной девчонки? Хотя с другой стороны… Уголки губ мальчика поползли вверх.

— Шагом, шагом, Великий, — скомандовал недавний ватажник.

— Что?

— Да, да, вы не ослышались. Мерным шагом, вроде бы оторвались немного.

— Спасибо Жан, а то я…

— Да и я, ненамного лучше, — признался подросток. — Весь мокрый, поддоспешник-то кожаный.

— Всё равно от меня получишь, — не удержался ребёнок, — кто Великого в крапиву завёл?

— Сначала доберёмся до лагеря. Тогда и надаёте по шее… если не простите на радостях.

— Даже и не надейся! — запоздало передразнил мальчик.

— Ваша воля, Великий. Но вы кое-что упустили.

— Ты о чём?

— Мне язык почему-то не показали. Странно, правда?

— Вр-редина.

— И только?

— И вдобавок надсмотрщик.

— Как всегда Великий, — с готовностью согласился Жан. — Не ушиблись, вроде немного прихрамываете?

— После крапивы оно как-то не чувствуется, — мстительно отозвался мальчик.

— Ну, теперь я за вас спокоен. Арбалет цел? — спросил Жан на ходу.

— Ка-ажется…. Он же за спиной тогда был.

— Проверю, как остановимся.

— А если не остановимся?

— Вы сегодня видимо не отстанете.

— Само собой. Я любого могу замучить — не без гордости отозвался Великий.

— И меня?

— Тебя в первую очередь.

— Хуже кольчужников, честное слово! — недовольно буркнул подросток.

— Ты ещё сомневаешься?