Герцог оперативного назначения - Владимир Лошаченко

Мужики пели на вполне приличном уровне приятными голосами. Проплывая мимо, помахали руками в приветствии и вскоре скрылись вдали.

– Павел Игнатьевич, что это было? – с легким заиканием осведомилась девушка.

– Иллюзия.

– Не смешите меня, создание материальных фантомов не для приготовишки, которого вы изображаете. Это чистой воды восьмой уровень Создателей.

– Может, и восьмой, я в этом не копенгаген, – вздохнул Павел, старательно отводя глаза от Гебы.

На совершенной фигуре лишь бикини и более ни-че-го.

– Павел Игнатьевич, ау-у, невежливо говорить с дамой и смотреть по сторонам!

– Геба, накинь на себя что-нибудь, не провоцируй!

Девушка прижалась крутым горячим бедром:

– Неужели я вам ни капельки не нравлюсь, Павел Игнатьевич?

Платиновое совершенство по-детски зашмыгало носиком.

Чернов приобнял Гебу за плечи:

– Ну перестань, ты самая чудесная девушка на свете, но я женат. Морально устойчив и примерный семьянин, – неуверенно закончил он. – Поедем на виллу, дело к вечеру, за ужином обсудим наше нелегкое положение.

Чернов старался придать себе уверенности и спокойствия, но чувствовал – если девчонка возьмется за него всерьез, он не устоит. Пашка не был ханжой, но и не слыл бабником. Амазонки не в счет, там была работа.

Прибыв на виллу, он с ходу бухнулся в бассейн, остужая воспаленное воображение.

– Черт-те что, а не компутер – на выходе одни бабы, а от них всех жди неприятностей. Все не как у людей. Взять хотя бы моих жен. Ну какому мужику пришло бы голову устраивать столь дикий и глупый розыгрыш? Нет, среди мужского пола тоже хватает идиотов, но не в таком же количестве. Самое странное, Беата и Мела – умные женщины, но в то же время дуры порядочные. Одним словом, парадокс…

Ужинали при свечах. Обстановка и настрой, словно в любовном романе. Девушка наслаждалась свободой и новыми ощущениями, постреливая в Чернова лукавым взором. Опер задумчиво ковырялся в деликатесах, изредка прикладываясь к бокалу с янтарным вином. Появившаяся конгениальная идея требовала обсасывания и осмысления со всех сторон.

– Геба, есть тема! У меня накопились вопросы. Скажи, какова разница между оригиналом Создателя и матрицей? Я имею в виду возможности и способности. Насколько я понимаю ситуацию, каждый Создатель является источником запредельной Силы, которую он черпает отовсюду благодаря некоему органу.

Геба, промокнув салфеткой чувственный ротик, ненадолго задумалась.

– Вы, Павел Игнатьевич, во многом правы, но кое в чем ошибаетесь. Личности матриц древней расы не все являлись Создателями в полной мере. Сами Создатели элита и составляли не более четверти от общего количества человечества. Народы, заселявшие галактику, в Содружестве федераций имели паранормальные способности разной степени, причем далеко не все.

Геба поморщилась.

– Согласно законам эволюции, цивилизации рождаются, развиваются и приходят в упадок. Вот и наша сгинула, выродилась. К печальному концу готовились, Базы создавались во многих уголках Вселенной, но за это долгое время ни один Создатель на планете не объявился. Ты первый. Наследник, так сказать.

– Погодь, получается, Мела не совсем Создательница?

– Совершенно верно, сам бы мог давно догадаться.

На немой вопрос опера блондинка выдала:

– Создатели редко соединяли свою судьбу с полукровками, считая себя избранными. Эгоисты и снобы еще те. Они покинули Содружество в начале упадка.

– Что скажешь насчет Иры?

Геба слегка смутилась:

– В семье не без урода, Павел Игнатьевич. Ирка – завистливая стерва.

– Не понял, чему тут завидовать?

– Да всему – Мела стала императрицей, отхватила желанного муженька… Нет смысла дальше продолжать.

Пашка слегка затупил:

– Какого желанного?

– Вас, Павел Игнатьевич! Видимо, вы были неотразимы!

– Вот сучка, получается, если ей не достался, значит, никому.

– Совершенно верно, – кивнула Геба.

После часовой беседы Павел наконец решился задать главный вопрос:

– Твой уровень владения Силой какой?

– Сопоставим с Мелой, у нас с ней около восьмидесяти процентов Силы Создателей.

– У меня предложение – отправиться в Большой мир со мной. – И он обрисовал ситуацию, не вдаваясь в подробности.