Дорога в небо - Ирина Молчанова

– Вот интересно, у выхода мы сразу попадем в страну Восходящего солнца?

– Мы и не спросили, где граница! Как мы вообще без Ногли узнаем, что пересекли ее?

– Вот-вот, никак не узнаем. Будем плутать, пока к Пилатессе не попадем или к кому похуже.

– Сомневаюсь, что тут есть кто-то хуже.

Руслан убрал компас в один карман и гайку – в другой.

– Пойдем, стоять бесполезно, так мы никогда их не отыщем.

Медленно, чтобы ничего не упустить из виду, они пошли по коридору, не забывая оглядываться. Тишина обоих напрягала, поэтому они старались разговаривать. Тени из стен больше не появлялись, а туннель все никак не кончался.

– Кто же это был? Я не рассмотрела. – Даша приподняла руку с камнем и осветила стену со своей стороны.

– Ростом вроде невысокие, – вспомнил Руслан.

– Один мне показался толстым, – подружка покосилась на него, – а тебе?

– И мне, а еще они в плащах.

– Как думаешь, они служат Пилатессе?

– Если это ее владенья, то, конечно, ей.

– Да, тут и камни ее любимые есть.

Руслан посмотрел на зеленый камень в своей ладони. Он почти ничем не отличался от камней, которые они видели в пещере Самоцветов: прозрачный как стекло, твердый, немного овальной формы, гладкий.

– Почему у нас таких нет?

– Почему нет, теперь есть.

– Я не про то, я говорю про наш город, нашу страну. Ты слышала когда-нибудь о светящихся камнях?

– Нет, но зато слышала о тех, что меняют свой цвет от настроения человека.

– У моей мамы есть такой, – Руслан сморщил нос, – название такое сложное, как-то… а-а вспомнил: гакманит называется. Не знаю точно, меняет ли он цвет от смены настроения, но на солнце точно меняет.

– Камень настроения по-другому называется, папа рассказывал про него, но я не запомнила.

Коридор раздался в ширину и с каждым шагом расширялся, пока не привел их к стене с выдолбленными в ней ступенями.

– Ой! – Даша кивнула на камень в своей руке. – Посмотри! – Камень у нее на ладони мерк на глазах, пока совсем не погас. – Что с ним? Почему он перестал светить?

Руслан развел руками и посмотрел на свой. Камень тускло освещал небольшие ступени, будто специально сделанные такими покатыми, чтобы с них кто-нибудь свалился.

Подружка поднесла свой камень к его и пробормотала:

– Зеленый, только не светит.

– Может, батарейка села?

– Батарейка? – Она непонимающе подняла камень к глазам и прищурилась. – Где ты увидел батарейку?

– Ну, батарейка в том озере, где мы их взяли. Не могут же они просто так светить.

– Что-то я не видела там ничего похожего.

– Не знаю, может, ты его испортила?

– Как?!

– Например… – Договорить Руслан не успел, его камень тоже стал тускнеть. Не прошло и минуты, как он погас – и пещера погрузилась в темноту.

– Достань скорее другие, может, они еще светят, – посоветовала Даша, помогая ему снять рюкзак.

Он расстегнул молнию и вынул два оставшихся камня. Один из них все еще светил, другой уже нет. Даша убрала остальные камни и покосилась на ступени.

– Надо лезть, пока и этот не погас.

– Лезь первой, я за тобой.

– Я? Первой?! А почему я?

Руслан удивленно посмотрел на нее.

– Как почему? Если ты будешь падать, я тебя поймаю.

Подружка смущенно протянула:

– Понятно. Ну хорошо, я лезу. – Она поставила ногу на первую ступеньку, нога заметно скользила. У девочки от волнения пересохло во рту.

– Эй, аккуратнее!

– Постараюсь, – с этими словами Даша поскользнулась уже на третьей ступеньке. Нога съехала с камня, девочка дернула рукой, чтобы сохранить равновесие.

Руслан точно заранее знал, что случится, и вовремя оказался рядом, чтобы придержать.

– Я лезу за тобой, – предупредил он, продолжая удерживать ее.

– Я постараюсь побыстрее.

– Нет! – рассердился Руслан. – Не надо спешить, ты можешь разбиться.

– Не буду. – Даша осторожно поставила ногу на еще одну ступень выше и подтянулась. – Я и не думала, что этот черный камень такой скользкий, – заметила она, преодолевая еще одну ступеньку, а за ней еще и еще.

Руслан с поднятой над головой рукой и зажатым между пальцами светящимся камнем полез следом. Подниматься с одной рукой было очень неудобно, но без света стало бы еще неудобнее, поэтому из двух зол пришлось выбрать наименьшее. Пока он мог видеть землю, страшно не было, но когда освещения стало недостаточно, мальчика охватила паника. Казалось, нога подружки вот-вот соскользнет, она не сможет удержаться и упадет, а он не успеет ее поймать. От одного неверного движения любой из них мог сорваться, а для второго это означало соскользнуть следом. Даша не смогла бы подниматься дальше без света, а он, спасая ее, не смог бы удержаться. Он не хотел думать о плохом, но мысли, одна мрачнее другой, как нарочно лезли в голову.

– Руслан! – позвала подруга.

– Что?

– Ты меня не лови, если я буду падать.

Он догадался, что у подружки мысли не радостнее его собственных, поэтому как можно увереннее сказал:

– Ты не будешь падать.

– Может, и не буду, но если все-таки…

– Ты не будешь падать, лезь и не отвлекайся.

– Если я буду падать, – не унималась Даша, – не смей меня ловить, тогда мы вместе разобьемся!

– Черт, ты можешь думать о чем-нибудь хорошем?!

– У меня голова кружится, – неожиданно призналась она, и тогда ему действительно стало страшно.

– Подожди, Даш, не поднимайся, постой немножко, сейчас перестанет кружиться.

Она послушала его и остановилась, вжавшись в холодные каменные ступени.

Руслан переложил камень в другую руку, но глаз не спускал с ног подруги, готовый в любую секунду вцепиться в нее мертвой хваткой и не отпускать.

– Ты думал когда-нибудь о смерти? – спросила Даша.

– Нет, – соврал он и посоветовал: – И тебе не нужно о ней думать, в лет сто можно, а сейчас не надо.

– А я часто думаю, вот ведь странно, что одни умирают в молодости, а другие живут и хоть бы что. Так ведь не должно быть, правда?

– Не знаю.

– Ты никогда не задумывался об этом?

– Нет, – снова соврал он.

Ему не хотелось говорить о смерти, когда сами они в одном неудачном шаге от нее. Собственная смерть его не пугала, но ничего сильнее он не боялся, как смерти тех, кого любил. Особенно его страшила мысль, что однажды не станет бабушки.