Звездопроходцы - Сергей Челяев

На заснеженной аллее, темной от сажи, лежал осназовец с вывернутыми под неестественным углом ногами. У несчастного не было головы и правой руки. На их месте ужасающе темнели две лужи крови, густой как кисель.

А рядом здоровенный дымящийся слизняк с обрывком коммуникационной нити отплясывал уже знакомый нам танец: шаг вперед — два назад, полуоборот. Причем всё это он проделывал, перевернувшись на спину, отчего смахивал на здоровенную диковинную черепаху, только с толстой мозолистой подошвой вместо панциря.

— Тысяча чертей, — проскрипел Эр, уже привычно совсем не изменившись в лице и обнаруживая знание старинных земных ругательств.

Затем «король» выпустил тонкую спицу огня, которой аккуратно разрезал слизняку подошву.

К счастью, там не было внутренностей, потому что дополнительную порцию визуального ужаса после вида обезглавленного бойца мой желудок уж точно не выдержал бы. В брюшной полости у этого слизняка вообще ничего не было кроме пористой органической массы, напоминавшей срез дырявого от червей земного гриба-сыроежки.

— Тысяча чертей, — повторил «король».

И указал на дымящуюся дыру в брюхе монстра. Оттуда медленно выползало нечто, похожее на ножницы с зазубринами — и чем дальше, тем крупнее. На одном из зубьев этих «ножниц» я увидел темно-бурый обрывок какой-то материи.

Рядом кашлянул Смагин и одновременно с ним ойкнула Тайна. Я сообразил: то был клок обмундирования мертвого осназовца.

— Опасно, — произнес инопланетянин, указывая на «ножницы».

И только теперь я понял, что вижу перед собой. Это был фаг — орган, при помощи которого слизнем осуществляется собственно питание. Боевая клешня вроде давешнего шипа, которым эти слизняки, оказывается, способны запросто оторвать человеку голову.

Или руку.

Я непроизвольно шагнул назад.

— Сокращение особых мышц, — констатировал Смагин, внимательно разглядывая тушу слизняка. — Вроде сфинктеров. А теперь он сдох. Вот и расслабился.

После этого исчерпывающего объяснения мы, не сговариваясь, двинулись дальше, стараясь держаться потеснее и зорко оглядывая высящиеся по обе стороны аллеи сугробы, наваленные с армейским педантизмом: однообразная высота, равные интервалы.

Казалось, сейчас из-за этого снежного вала, как хоккеист, удаленный за нарушение правил, выпрыгнет какой-нибудь слизняк и начнет махать направо и налево своим фагом.

Но вместо этого впереди нас поджидал Снежный Король. Не инопланетный, а наш, из вполне земного осназа.

— Сбежали? — Усмехнулся боец, вроде как даже одобряя наш побег.

В принципе, сейчас ему должно быть всё равно: давешнюю свою задачу захватить нас они выполнили, передали по команде местному начальству — и точка. Поступит новый приказ — тогда стреножат нас снова, а пока должны защищать как сугубо гражданских лиц.

— Интересный парень, — кивнул на «короля» осназовец, внимательно оглядывая Эра с ног до головы.

— Мутант, — развел руками я, в смысле — что с такого возьмешь, убогого.

— Это ты стрелял? — Поинтересовался великан.

Ответом ему было наше дружное, но маловразумительное мычание. А инопланетянин медленно кивнул.

— Интересный парень, — вновь повторил пулеметчик и в его голосе отчетливо проявились нотки грубоватого, добродушного уважения.

— Нормальный, — пожал плечами Федор — и быстро обернулся на вязкие, хлюпающие звуки, раздавшиеся позади.

Пара слизней, очевидно, наиболее быстроходных из своей братии, уверенно приближалась к нам. Один был покрупнее, другой помельче, и оба на ходу разматывали коммуникационные нити, уходящие куда-то вдаль.

Эр издал тихое, птичье восклицание, одновременно указывая осназовцу на слизняка поменьше. Однако экзооператор покачал головой.

— Побереги здоровье, парень, — басовито хохотнул он, точь-в-точь молодой Илюша Муромец. — Они мои.

Осназовец легко вскинул массивную правую конечность и выстрелил из какого-то странного короткоствольного гибрида пушки и гранатомета.

Раздался тот же самый звук, точно огромными тупыми ножницами совсем рядом со мной разрезали небо.

Попадание было точным: более крупный слизняк тотчас завалился набок и осел как огромный кожаный бурдюк, из которого с шумом выпустили воздух. В следующий миг он уже горел чадящим пламенем, поминутно вздрагивая и вновь опадая. При этом тварь быстро уменьшалась в размерах, усыхала.

Координация действий у этого экзовеликана была отменная! Почти одновременно с выстрелом из штурмового плазмомета — как впоследствии назвал и объяснил мне эту штуку Федор, знающий абсолютно всё на свете — десантник выпалил из многоствольного пулемета, размещенного на турели, смонтированной под его левой рукой на боку бронескафандра.

Интенсивность пулевого потока из многоствола была так высока, что слизня разорвало на кусочки, превратив в огромную лужу отвратительного вида помоев. Да и запашок был еще тот.

Впрочем, к отвратительному во всем многообразии виду Plautus variosus за этот безумный час в Периметре Рубрука я уже как-то привык. Поистине, правы были древние, говоря, что на свете ничто не источает таких божественных ароматов, как труп поверженного врага!

Заметив мою кривую усмешку, боец переступил на своих квадратных, широко расставленных ногах, и одобрительно поднял большой палец бронеперчатки, усеянной датчиками и кнопками добавочного управления.

— Здорово вы их! — Восхитилась Тайна. — А мы до вас тут еще ни одной живой души не встретили.

И тут же горестно шмыгнула носиком, поняв, что ее фраза насчет живых душ прозвучала слишком уж буквально.

— Охрана ведет бой в опорных пунктах, — ответил осназовец.

И, прочитав в лице Тайны напряженное непонимание, он пояснил:

— Уцелевшие сейчас забаррикадировались в зданиях. Этим штукам, — оператор кивнул на две неподвижные дымящиеся туши, — затруднительно проникать внутрь строений. То есть они, конечно, могут…

Боец сделал рыбообразное движение ладонью, показывая как именно они могут.

— В общем, если бы не взвод охраны, эти бурдюки затопили бы тут все. А так просочились лишь единицы.

Но десантник оценивал обстановку чересчур оптимистично. Из-за сугробов по правой стороне аллеи стремительно выкатился десяток «ежей».

— Все назад! — Приказал осназовец, устанавливая прицел плазмомета. — Сейчас подойдут наши, бегите к ним навстречу. Будете в безопасности.

Он выстрелил, едва договорил последнее слово.

Сгусток раскаленной плазмы ударил в переднего «ежа». Выбив из него фонтан зеленых брызг и бурых, мокрых ошметков, заряд остановил органоида. Затем игольчатое тело покрылось сетью сочащихся кипящей слизью трещин и лопнуло!

Повторять дважды нам не требовалось.