Наши павшие нас не оставят в беде. Со Второй Мировой – на Первую Звездную! - Юрий Стукалин

Нас с Вольфом отстранили от полетов и включили в команду, разрабатывающую план контратаки на инопланетян. В группу вошли специалисты разных родов войск, но основной упор делался на штурмовой удар с воздуха. Время поджимало, мы старались подготовить все тщательно, продумать малейшие детали предстоящей операции. Следовало предусмотреть любой ход развития событий, ошибиться было нельзя. Каждый это понимал, и работа шла полным ходом.

Броуди, хитрая лиса, начал готовить операцию еще до согласования с Командором, прекрасно понимая, что тот согласится. В спешном порядке латались даже списанные катера, люди от усталости валились с ног и спали прямо на рабочих местах. Левин вытягивал все новую информацию из пленного инопланетного существа, не оставляя при этом своих экспериментов по «перехвату» солдат из прошлого. Он трудился без сна и отдыха.

Программа обучения новичков сократилась, с ними теперь работали инструктора из сорок третьего года, появившиеся тут одними из первых и имеющие солидный боевой опыт в новых условиях. Сколько еще было доставлено «новоприбывших», я не знал, но людей становилось все больше и больше. Не обошлось и без курьезов. Я находился у себя в комнате и обсуждал по внутренней связи план штурмовки вражеского штаба с другими пилотами, когда ко мне ввалился хватающийся за живот Шульц.

– Вольф, и что это такое? – удивился я.

– Гы-вы, – только и смог выдавить из себя Вольфганг, давясь от смеха.

– Очень интересно, – проворчал я, извинившись перед пилотами и отключив экран. – Какого хера ты отрываешь меня от работы?

Вольф уселся на кровать и попытался успокоиться, периодически прыская. Лицо его приняло извинительное выражение, но сам он еле сдерживался, из наглых, блудливых глаз по щекам текли слезы. Я попытался сосредоточиться на работе, но этот псих не давал мне такой возможности.

– Выкладывай немедленно, или вышвырну тебя!

– Уф! – выдохнул, наконец, Шульц. – Там такое творится!

– Где и что? Да говори же ты толком.

– Профессор вытащил «новоприбывшего».

– Ну и что? Обычное дело. Ты сам такой же, – я никак не мог понять причины его истерического смеха.

Этот засранец попытался заговорить, но снова начал ухохатываться, и мне пришлось еще долго тормошить и приводить в порядок. Кое-как он успокоился и рассказал, что произошло. Настала моя очередь согнуться от смеха.

А произошло следующее.

Из-за больших перегрузок на нашей базе случился сбой питания. Это неудивительно – все работало без остановки, нагрузка сумасшедшая, и периодически возникали скачки напряжения в сети. Я такое уже наблюдал. На долю секунды все погасло – и освещение, и экран, но тут же восстановилось. Всего мгновение. Я, если честно, даже не обратил внимания, поскольку данные с экрана не пропали, ведь такие моменты были предусмотрены заранее, и вся информация сохранялась автоматически. У всех, даже на рабочих конвейерах, этот скачок прошел без последствий. У всех… кроме лаборатории профессора Левина.

Сбой произошел в тот момент, когда Левин занимался очередным «новоприбывшим». Что-то в аппаратуре замкнуло, и поток направления времени резко изменился. Бедолага Левин этого не заметил и запустил старт.

В результате в контейнере оказался не русский боец и не арийский солдат, а крепкий, коренастый мужичок с длинными седыми волосами, заплетенными в косы, и бородой чуть ли не до пупка. Как только сознание к нему вернулось, он резво выскочил из контейнера и первым делом оглушил ассистента профессора, хлопнув того по лбу здоровенным кулаком. Ассистент улегся под контейнер в отключке, а лохматый человек из прошлого принялся громить оборудование.

Сей дикий персонаж, с воем скакавший по лаборатории, аки горный баран, оказался викингом. Вместо того чтобы попытаться спокойно оглядеться по сторонам, задать пару вопросов ученым мужам, переброситься парой фраз с дружелюбными красотками-ассистентками, он начал свирепствовать не по-детски.

На викинга тут же набросились дежурившие в лаборатории гвардейцы, но были раскиданы в разные стороны. Бородач, хоть и был ниже их ростом, оказался крепок в плечах и проворен. Вырубив всех гвардейцев своими пудовыми кулаками, он, как был голышом, кинулся к двери, перепрыгивая через стойки приборов, доводя до обморока своей наготой молоденьких лаборанток. По пути взлохмаченный викинг оторвал кусок трубы, по которой шел воздух, и, угрожая этим обломком подоспевшим по сигналу тревоги гвардейцам, ринулся в коридор. В спешном порядке перекрыли все двери, но он умудрился куском трубы пробить замок в одной из них и упорхнул от преследования. Бледный Левин умолял не стрелять в викинга, надеясь все-таки найти с ним контакт.

– Ты представляешь?! – закатывал глаза Вольфганг. – Этот тип с голой жопой бегает по коридорам, и никто не может его обуздать. Стрелять нельзя, а иначе его не взять. Он думает, что находится в Валгалле, и вообще ему не страшна смерть физическая. Он – воин, и ему на все наплевать.

– Ну, я не назвал бы этот момент неудачным экспериментом, – выдавил я, отсмеявшись. – Левин вытащил настоящего воина. Плохо, конечно, что его долго будут ловить, а потом еще дольше будут обучать. Но идея мне нравится.