Вор и Книга Демона - Дэвид Эддингс

Он вынул Кинжал из-за пояса и повернул к лунному свету.Надпись, выгравированная на лезвии, была сложной и весьма стилизованной, еелинии сплетались между собой. Буквы представляли собой не отчетливо различимыерисунки, которые Альтал видел в Книге, но, казалось, перетекали одна в другую.Тем не менее он легко отыскал среди них одно-единственное слово, потому что оносверкало в бледном свете луны.

— Что оно означает? — спросила Эмми в нетерпении.

— «Ищи», — ответил он, не задумываясь. Раздаласьмягкая, напевная музыка, которая, казалось, взлетала все выше и выше, обнимая,обволакивая, почти лаская его. Это было так прекрасно, что у него неожиданнонавернулись слезы на глаза.

— Вот теперь ты мой! — восторжествовала Эмми.

— Я и раньше был твой, Эм. Неужели этот Кинжал поет?

— О да.

— Зачем?

— Чтобы дать мне знать, что ты избранный. И конечно же,что ты сделаешь именно то, что я скажу тебе сделать. — Она бросила на негохитрый взгляд. — Сядь, Альтал, — сказала она.

Он немедленно сел.

— Встань!

Он вскочил на ноги.

— Перестань, Эмми! — резко сказал он.

— Танцуй!

Он начал подпрыгивать и вертеться.

— Я с тобой поквитаюсь за это, Эм! — сказал онугрожающе.

— Нет, не поквитаешься. Теперь можешь перестатьтанцевать. Я просто хотела показать тебе, что может этот Кинжал. С его помощьюты сможешь проделывать то же самое — например, если Элиар или кто-то другой изтех, кого мы подберем по дороге, перестанет повиноваться.

— Это может оказаться весьма кстати.

Он еще пристальнее посмотрел на лезвие Кинжала.

— Это слово — единственное, что я могу разобрать. Онопрямо-таки бросается в глаза среди всех остальных закорючек.

— Остальные «закорючки» предназначены для других.

— Почему же я не могу их прочитать?

— Никто не может прочитать всего, что здесь написано,Альтал. Некоторые из этих слов предназначались людям, жившим несколько столетийназад, а другие — тем, кто родится лишь несколько столетий спустя. Нынешнийкризис не единственный в мировой истории, ты же знаешь.

— Этого довольно, чтобы привлечь мое внимание. Надписьсказала тебе, куда мы отправимся дальше?

— Это случится, когда Элиар прочтет свои инструкции.Всему свое место и время.

— Как скажешь, дорогая. — Он слегканахмурился. — Давай проверим, правильно ли я все понял. Никто, за исключениемнекоторых людей, не может читать надпись на Кинжале, так?

— Именно так.

— Все остальные видят только каракули, которые выглядяткак ничего не значащий орнамент?

— Разве я не сказала это прежде?

— Что произойдет, если я покажу Кинжал Генду, илиПехалю, или Хному?

— Вероятно, они будут очень громко кричать. Вид Кинжалапричиняет невыносимую боль приспешникам Дэвы.

— Ну что ж, — сказал он, улыбаясь. — Тогда,пожалуй, я лучше не стану резать этим Кинжалом бекон.

— Ни в коем случае!

— Это же шутка, Эм. Думаю, Кинжал очень нам пригодится.Я буду его очень беречь.

— Прости, милый. Но не тебе положено нести его.

— Кому же тогда?

— Возможно, Элиару.

— Ты абсолютно уверена, что я смогу контролировать его?Он же профессиональный убийца, Эм, так что первое, что он сделает, если я отдамему Кинжал, — воткнет его мне в брюхо.

— В жизни не бывает ничего абсолютного, Альтал.

— Ну спасибо, Эм, — саркастически заметил он.

— Это беспроигрышное пари. Риск, что он убьет тебя,примерно равен тому, что солнце взойдет сегодня на западе.

— В таком случае, я мог бы, полагаю, поставить на этонемного денег. Почему бы нам не разбудить его и не попросить, чтобы он прочелнадпись?

— Пусть спит. После того как он прочтет надпись наКинжале, мы узнаем, куда нам следует идти дальше, и будем вынуждены выступитьнемедленно. Не стоит плутать в темноте.

Он пожал плечами.

— Тебе видней, Эм. — Потом с любопытствомпосмотрел на нее. — Как тебе удалось обвести Андину вокруг пальца? Онаведь не хотела продавать мне Элиара.

— Я убедила ее, что она любит меня больше, чемненавидит Элиара.

— Я не думал, что ты способна на такие штуки.

— Я не вызывала в ней эту любовь насильно. Я толькопомогла ей. Андина очень молода и очень восприимчива. Она любит и ненавидитвсем своим существом, и любит она еще сильнее, чем ненавидит. Чтобы дать волюее любви, мне понадобилось лишь стать очаровательной. Как ты помнишь, я в этомделе мастерица.

— А мне все же кажется, что ты ее обманула, Эм.

— Вовсе нет. Андина очень красива, от нее приятно пахнет.Она мягкая и теплая, а ее голос звенит, как колокольчик. Полюбить ее оченьлегко, и она отвечает на любовь своей любовью. Я не обманывала ее, Альтал. Яполюбила ее и по-прежнему люблю.

— Я думал, ты должна любить только меня.

— Что за нелепость. То, что я люблю ее, не означает,что я стала любить тебя меньше. Моя любовь безгранична, ты же знаешь.

— Но теперь тебе удалось улизнуть от нее, а это значит,что я выманил у нее и Элиара, и Кинжал, и тебя — и все за один день. Мнекажется, мы действительно должны поскорее убираться отсюда, Эм, — простонемедленно.

— Она не проснется до утра. Я об этом позабочусь. Акогда она проснется, первое, что она сделает, — обыщет весь дворец впоисках меня. Идея отрядить солдат придет ей гораздо позже.

— Ты уверена?

— Поверь мне.

Элиар проснулся как раз перед рассветом. Очевидно, он забыл,что надежно привязан к дереву, потому что начал пытаться стряхнуть с себя цепи,пока окончательно не проснулся.

— Перестань! — гаркнул Альтал. — Ты жепоранишься.

Элиар затих. Он протянул одно из запястий и погремел цепью.