Ведьма на службе - Медея Душицина

– Не бойтесь, я его нейтрализовала, – сообщила Диме. – Больше такого не повторится.

– Мы верим тебе, – кивнул сосед. – И те, кто верит, пришли сюда, чтобы лично поблагодарить. И спросить: не ждет ли нас такая же напасть еще раз? Колдун ведь может вернуться и заново козни начать строить.

Я покачала головой:

– Нет. Я поставила на пруд защиту, которая будет действовать год. Так что сейчас там самая безопасная зона во всем вашем поселке.

Люди замолчали. А затем резко, наперебой, что-то стали говорить. Я испугалась от неожиданности. Но зря. Оказывается, они выкрикивали слова благодарности. Улыбнулась им. А когда гул стих, сообщила:

– Нам пора уезжать. Так что пообщаться не сможем.

Народ покинул двор, а мы с напарником пошли собирать вещи, которые оставили в доме.

– Я раньше не верил в магию, – сказал Ник, едва мы вошли в избу. – А тут… Люди верят безоговорочно. Я поражаюсь. Думал, в наше время все в основном скептики.

– Магия была, есть и будет. Как и верящие в нее люди. И их количество не будет уменьшаться. Так работает этот мир.

Собрались мы быстро. Из вещей у нас в доме были лишь те, которые мы вручную постирали. Хорошо, что они успели высохнуть. Разве что футболка Ника была сыровата.

– А я говорила выжимать лучше! – не удержалась я.

– Да у нее ткань такая.

В дверь кто-то постучал. Так как Ник был занят складыванием своей одежды, открывала я. И пораженно замерла, завидев на пороге ту же самую толпу.

– Что-то еще? – растерянно спросила я.

– Да! – кивнул Дмитрий. – Мы вас должным образом не отблагодарили. Поэтому вот!

И он протянул мне шматок вяленого мяса, который висел на толстой проволоке. Я от растерянности взяла его в руки. Следом ко мне подошла какая-то бабулька, которая сунула мне серый свитер.

Люди сменялись, а подарки росли. Я молчала, потому что просто не знала, что говорить в такой ситуации. Меня одарили и соленьями, и вареньями, и вязаной одеждой, и даже вязаным шоппером, а также ведерком клубники, ведерком вишни, копченой рыбой, подсолнухами с семечками, шалью.

– Мне он не нужен, но наверняка пригодится вам, как ведьме, – сказала одна женщина лет сорока, протягивая мне небольшой чугунный котелок. – Он мне достался от прабабушки.

Так как свободных рук у меня не осталось, женщина поставила котелок рядом с соленьями.

К этому моменту ко мне подошел Ник и обалдело вытаращил глаза. И пока он удивлялся, оставшийся народ начал впихивать подарки и ему. А та бабушка, которая подарила мне шаль, вручила ему вязаный плед.

Когда народ нас покинул, Ник спросил:

– Что это было?

– Благодарные люди…

– И как мы все это уместим в машину?

– Как-нибудь… Не оставлять же их благодарность здесь?

Хорошо, что нива маленькой не была, и мы все уместили. Поужинали (было пять часов вечера) вяленым мясом, хлебом (его нам тоже подарили), и поехали в деревню отца Ника. Я по дороге позвонила Василию Павловичу, и сказала, где будем до воскресенья. Он ничем не показал свое недовольство, что меня порадовало. Еще и рассказал, как они поймали Вешнякова Александра. Его действительно покрывала женщина. И у подполковника действительно получилось ее очаровать, и она своего «женишка» тут же сдала.

– Кстати, – вспомнил Василий Павлович, – у нас уволился один сотрудник.

– Надеюсь, Алексей? – обрадовалась было я.

– Нет, Михаил.

Я такого вообще не припоминала. Я знала по именам только Ника, «щеночка» Лешку, Рому, да еще парочку человек.

– И мы приняли на работу девушку. Очень талантливая! Будет тебе подружкой.

От последнего предложения я скривилась. Подружки мне были не нужны, хватает одной Муси. Да я и друга не искала, сам нашелся (это я про Ника). Но с меня хватит! Допускать еще кого-то в свой близкий круг общения? Ни за что!

– Как ее зовут? – ради приличия поинтересовалась я.

– Лера. Прокофьева Валерия Львовна.

И произнесено это было с такой гордостью, что я невольно напряглась.

– Уж не ваша ли это протеже?

– Что? Нет! – принялся отнекиваться подполковник. А потом сдался. – Это моя племянница. Но она очень талантливая!

– Ага, и способная, да? – фыркнула я.

Василий Павлович обиделся:

– А ты не смейся! Это чистая правда.

– На диван мой ее не пускайте.

– Конечно! Никита нас предупредил, что на диване много плохой энергии, поэтому никто даже не смел к нему прикасаться.

Я недоуменно нахмурилась и покосилась на Ника, который увлеченно слушал наш с начальником разговор. И когда он услышал это, то закашлялся. Подавился вяленым мясом, которое жевал всю дорогу.

– Какой Никита молодец… – протянула я. – А то я запамятовала вас предупредить.

– А что бы случилось, если бы мы сели на твой диван? – решил полюбопытствовать Василий Павлович.

– Беда, не иначе. Да, Ник?

Он кивнул. И я распрощалась с подполковником, чтобы поинтересоваться у Ника, что же за странную легенду он придумал. Как оказалось, он наврал им, чтобы я потом этот диван не мыла в очередном приступе неадекватности. Он до сих пор хорошо помнил, как я пошла мыть юбку, после того, как села на диван одного пострадавшего.

– Но на этом диване нашли труп! Естественно, что я пойду ее мыть!

– Ну я на всякий случай… – виновато улыбнулся Ник.

– Ладно. Так даже лучше. Мало ли где шарахались наши с тобой коллеги. Особенно эта Лерочка. И Лешенька. Им бы я точно не обрадовалась!

– Ты ведь даже не знаешь Леру. Вдруг, она хорошая?

– Сомневаюсь.

– Почему же?

– Может, чуйка ведьмы? Не знаю. Но она меня уже заранее напрягает и раздражает. Ладно, мы катаемся по стране, а не сидим там с ней в одном кабинете. И Алексей под ухом не жужжит. Красота!

Ник ухмыльнулся:

– И куча подарков тут, да?

– Не без этого, – кивнула я. – Я, конечно, не ожидала такого, но мне очень приятно.

– Мне тоже. Я очень люблю и вяленое мясо, и соленья, и варенья.

– А маринованные грибы? Тут они тоже есть, – сказала я, опуская взор на банки, которые мы поставили вперед, у моих ног.

Напарник скривился:

– У меня после них желудок болит. Да и вкус не особо нравится.

– А я их обожаю! Особенно опята! Можно, когда приедем к твоему папе, я приготовлю грибной суп?

– Конечно, – кивнул Ник. – Но папа тоже не любит грибы, так что будешь есть его одна.