Вооружен и очень удачлив - Людмила Горбенко

— У-и-ий! Смотри, куда ноги ставишь, осел!

— Простите, сэр Хендрик, я нечаянно!

— Тащи его! Аккуратнее, аккуратнее!

— А почему мы не взяли что-нибудь полегче?

— Потому что мы сами с тобой не слишком легкие! Испытывать веревку надо с запасом, понятно?

— Понятно. А он не разобьется?

— Уй! Опять на ногу!!!

Сквозь покрывало, которым была обмотана тяжелая ноша, сверкнуло золото. Бюст великого волшебника Мерлина, увлекаемый двумя парами рук, плавно завернул за угол и рывками стал подниматься по лестнице. Второй ярус… третий…

— Не дыши так громко, Наставников разбудишь! — посоветовал Хендрик.

— Я… не… могу… больше!

— Что значит не могу? Ты маг или кто?

— Я художник!

— Филя, не смеши меня на повороте, здесь ступенька сломана! От твоих портретов мухи дохнут! Ты нанимался ко мне на службу?

— Да!

— Вот и исполняй приказание! Приподнимай голову, приподнимай! Да не свою, а Мерлина! И тащи!

Четвертый ярус…

Пятый… Шестой…

На седьмом ярусе покрывало было торжественно снято. Проснувшиеся вороны с любопытством уставились на блестящую фигурку. В паре птичьих глаз даже засветился чисто сорочий интерес ко всему блестящему.

Хендрик с помощью Филиппа отодвинул клетку и закрепил край веревки, и слугу затошнило от волнения. Если сейчас испытание пройдет успешно, то завтра, в крайнем случае послезавтра, они смогут сбежать. Свобода!

— Крепко держи и опускай медленно, — предупредил Хендрик.

— Понял, — кивнул слуга.

— Ну, с богом! — тихо сказал Хендрик и вытолкнул бюст за окно.

Веревка в руках Филиппа вздрогнула и как живая заструилась по плечу. Ярко блеснув в лучах луны, голова Мерлина золотой кометой улетела в темноту.

Сердце Филиппа остановилось. Спустя секунду снизу послышался глухой шлепок.

— Это ты называешь медленно? — повернулся Хендрик к застывшему от осознания собственной ошибки слуге.

— Испытание прошло успешно, узел выдержал, — каменным тоном без эмоций доложил Филипп.

— Скажи спасибо, что выдержал! — мрачно процедил сквозь зубы Хендрик и выглянул наружу. — Да и голова, к счастью, упала мимо.

— В каком смысле — мимо? — не понял Филипп.

— Я говорю, она упала дальше, чем врыты колья. Значит, лицо великого волшебника не слишком пострадало, и мы сможем вернуть его на место. Берись за веревку, Филя, и тащи!

— Зачем? — попробовал возразить слуга, и получил увесистый тычок под ребра.

— Затем, дубина! Раскрывать себя заранее совершенно не входит в мои планы. Вот придет время — и все узнают, что охрана Башни организована не так безупречно, как думалось.

— И когда оно придет? — простонал Филипп, чувствуя, что веревка сейчас перепилит плечо окончательно.

— А вот когда мы сбежим, тогда и придет. Да ты приподнимай, Филя! Приподнимай и тяни на себя!