Люди крыш. Пройти по краю - Любовь Романова

Худой мужчина с широко расставленными выпуклыми глазами, которые делали его похожим на пришельца с другой планеты, сухо прокашлялся.

— Марат, если девочка видела крыс, то логично предположить, что за этим стоит глава фратрии людей нор. Пока он у власти, Братство — пороховая бочка для нашего мира и остального человечества. Рано или поздно они должны были начать экспансию. Мы все этого ждали.

— Но причем тут СКК? Морок никогда не поддержит крысюков! — подала голос полная женщина с затененными, точно у Шамаханской царицы, глазами.

— Василиса, Морок не так прост. Неужели ты думаешь, он не воспользуется шансом вернуть себе власть? — усмехнулся Лион.

Слушая людей ветра, Женя все лучше понимала, в какую передрягу угодила она на пару с Тимом. Вернее, на тройку — есть еще Федор. Даже на четверку, если считать Борова. Похоже, нашествие крыс и впрямь дело рук подземных жителей. Ведь именно они уже два раза пытались ее убить. Скорее всего, СКК во главе с подлым Мороком была с ними заодно. Участие Марты и Шепота пока оставалось под вопросом. Сомнений не вызывало только то, что семнадцатого мая, во время Чемпионата по шерстоканьим боям, в ее городе начнется настоящий Армагеддон — уменьшенная версия. Если еще не начался — в новостях постоянно передавали о новых заражениях неизвестным вирусом.

— Давайте примем решение, — взял слово Марат. — Что мы должны сделать, чтобы разрушить планы Глухого?

— Я бы начал с того, чего мы не должны делать! — вмешался Лион. — Мы не должны подвергать опасности детей.

«Кто здесь дети?» — уже, было, собралась возмутиться Женя, но вовремя прикусила язык. Школа успела научить ее не открывать лишний раз рот. Пока молчишь — преимущество на твоей стороне.

— Да, милая, мы очень благодарны тебе за информацию о планах Глухого, — поддержала художника Ясмин. — Но теперь наша очередь защищать людей. У нас все в порядке с ответственностью — не бойся, мы не допустим того, что тебе показала Сохмет.

— Вот именно! Сохмет показала это ей, а не кому-нибудь из взрослых!

Женя удивленно посмотрела на Тима. Его щеки горели, ноздри трепетали. В отличие от нее, он не собирался отмалчиваться.

— А ведь мальчик прав! — внезапно взяла слово пожилая женщина, похожая на графиню. Еще минуту назад она, казалось, дремала в глубоком кресле. — Вы забываете, это не ребенок — это полиморф. Оружие! Ружье со взведенным курком! Джокер в колоде карт судьбы. Не стоит это игнорировать.

Закончив свою короткую речь, женщина вновь опустила морщинистые веки и, похоже, уснула. Над поляной повисла тишина.

— Э-э-э… Корина Семеновна, конечно, права, — наконец заговорил Лион. — Девочка — полиморф. Но это еще один довод изолировать ее от истории с крысами. Ружье может стрелять как в ваших, так и в наших.

Впервые с момента пробуждения в замке Женя почувствовала себя не в своей тарелке. Даже не на своем столе. Что значит и в ваших, и в наших? Она никому не собирается причинять вред!

— Женя, ведь ты так и не поняла, что случилось на трассе. Почему нападавшие вдруг состарились? — продолжал гнуть свою линию художник.

От взгляда его выпуклых глаз у Жени возникло ощущение, будто в нее засунули внутрижелудочный зонд. Полгода назад ей пришлось лечиться от гастрита, вызванного обедами в школьной столовой, но, прежде чем выписать лекарства, ее обследовали с помощью длинного стекловолоконного шнура. Ощущения были не из приятных.

— Нет. Не поняла.

— В тебе проснулись силы людей глубины. Ты забрала воду из тел своих противников. Высушила их. С помощью этого приема несколько депферов могут в считанные минуты уничтожить половину жителей крупного города. Конечно, они не станут этого делать, так как умеют себя контролировать, а ты — нет. Женя, пойми, ты опасна. Тебе надо учиться управлять своими способностями!

Люди ветра снова замолчали. Наверное, давали своей гостье осознать только что услышанное. Наконец заговорил Марат.

— У кого-нибудь есть, что добавить к словам Лиона? Нет? Тогда, думаю, пора подвести итог. Женя, мы очень хотим, чтобы ты осталась с нами. Отдохни, позагорай, прими участие в фестивале граффити. Тим рассказывал мне, что ты отличный райтер. Сходи со своими друзьями под парусом до Турции, научись видеть фибры и управлять ими. Ясмин потренирует тебя, и к концу лета ты сможешь пройти инициацию на Утесе Света. А мы тем временем разберемся с Глухим. Ну что скажешь?

— Я… — Женя обвела глазами притихших крыланов. Они правы — ей пока рано лезть в дела взрослых. Ну что она может? Только все испортит. Покалечит кого-нибудь — заберет воду или высосет воздух, какая еще угроза от нее исходит? Да, крыланы очень хорошие… и очень глупые. Тим прав, именно ей Сохмет поручила защитить свой город. Ей, а не Марату или Лиону. Нет, она не рвется в герои. Больше всего на свете Женьке хотелось бы сейчас валяться на пляже и купаться в море. Только она не простит себе, если все произойдет так, как предсказывала Сохмет. Не сможет простить! Но взрослым знать об этом не обязательно. — Я согласна с вами. Мне не стоит во всем этом участвовать. Спасибо, что объяснили. Можно, я поживу в башне?

Поляна ответила радостным гулом. Похоже, крыланы не на шутку боялись, что юный полиморф вздумает артачиться. Они разом заговорили, поздравляя Женю с разумным решением.

— Теперь мы бы хотели обсудить наши планы наедине. — Марат бросил смущенный взгляд на друзей.

— Нам уйти? — резко спросил Тим.

— Если можно, Тимофей. Я понимаю твою обиду — сам был таким же, но, согласись, есть вещи, которые вам не нужно знать.

Женя и Тим встали.

— Тим, я прошу тебя, будь взрослым, — окликнула его Ясмин. — Мы в курсе, какой у кошек острый слух.

Это было лишним. Тим сжал губы и свел брови к переносице.

— Обещаю, что не стану подслушивать, — процедил он, выходя из круга.

— Давайте мне дембельский поезд. Что-то я притомился! — потребовал Гоблин, почесывая волосатое пузо.

Чухонь, стараясь не засмеяться в голос, наблюдал в узкую щель приоткрытой двери, как двое братьев встали по обе стороны железной кровати, на которой вальяжно развалился довольный Гоблин, и принялись ее раскачивать. Пельмень обмахивал приятеля полотенцем, словно опахалом, а третий брат по имени Зуб издавал звуки, похожие на стук колес. Тудук-тудук, тудук-тудук. И гудел, словно несущийся на всех парах локомотив. Гоблин прикрыл глаза и блаженно похрапывал.

Эту картину Чухонь наблюдал уже второй раз. Два дня назад, когда он вместе с Малым впервые пришел в лазарет, его сосед по норе точно так же наслаждался поездкой на скрипучей койке. Что такое поезд, Чухонь приблизительно представлял. В некоторых коридорах подземного города были проложены узкие рельсы, по которым громыхали, полные землей или камней, неуклюжие вагонетки. Хрысь объяснил, что настоящий поезд похож на них, только больше. А вот значение слова «дембельский» для темного Чухоня осталось загадкой.