Поцелуй тьмы - Джена Шоуолтер

«Венгерский» сказал он. Парис достаточно долго прожил в Будапеште, чтобы идентифицировать себя подобным образом. Быстро повернул разговор к ней. «Так значит ты писательница?»

«Да. Ну, надеюсь нею стать. Постой это не совсем так. Я писательница, но мои книги еще не издавались» Сортируя свою ношу, она покусывала нижнюю губу. «Прости мне мою болтливость. Дурная привычка. Просто скажи мне заткнуться, когда устанешь от меня»

«Я хотел бы услышать больше». Облегчение окутывало его, такое пьянящее, как и вино приправленное амброзией. Наконец-то женщина, которая не сбежала от него, как от чумы.

Снова краснея, он заправила волосы за уши.

Пока он наблюдал за нею, его член запульсировал. Руки этой женщины были восхитительны, возможно, это была наиболее чувственная часть тела, какую он когда-либо видал. Мягкие, изящные, с квадратными ноготками, покрытыми французским маникюром. Толстая серебряная цепочка охватывала ее такое же изящное запястье. Она носила три кольца. Два простых, тоже из серебра, и третье с большим переливчатым опалом.

Замужем?

Мысль не понравилась ему, но он не позволит ей оттолкнуть себя. Он представил эти руки на своем теле и смог бы кончить.

Он должен заполучить ее.

Она может быть Наживкой. Мысль по привычке промелькнула, потому что он постоянно об этом переживал. Изучил ее более пристально. Веснушки украшали все ее лицо, губы были почти гротескными из-за своей величины. Вряд ли она Наживка. Наживки обычно ослепительны. Как Эшлин. Как Анья. Сиена не была ослепительна. Далеко нет. Все же он не намерен терять бдительность.

«Должен поиметь ее. Сейчас!» зарычал демон.

Вскоре… вскоре…

«Это просто дежурная вежливость с твоей стороны» сказала она, нарушая повисшую меж ними тишину. Поднялась на ноги, запихивая рукопись под мышку. Она была очень стройной, почти плоскогрудой.

Он встал, упиваясь тем, какой маленькой она была в сравнении с ним.

«Нет. Я вежлив, но не обманываю. Я хочу все узнать про тебя»

«Правда?» с надеждой спросила она.

«Клянусь»

Ее одежда не была сексуальной, темно-синей и мешковатой. Он задумался, надето ли на ней эротичное белье. Он хотел бы увидать ее в изумрудно-зеленом кружеве.

«Не хочешь выпить кофе?» поинтересовалась она.

«Да» Боги, да.

Она медлительно усмехнулась.

«Где?»

Улыбка пронзила его до глубины души. Ее сияние ударило его ниже пояса.

«Веди, а я последую за тобой» Он уже был тверд, но теперь еще и воодушевлен. Он очарует и обольстит, а потом подарит лучший оргазм в ее жизни. После чего их пути разойдутся.

Ей будет, о чем вспомнить, а к нему вернется сила. По крайней мере, до конца дня. Равноценный обмен.

«Давай» сказал он. «Поищем что-нибудь»

Вскоре.

Они пошли по тротуару бок обок. Его влечение к ней все возрастало. Она пахла чистотой и – он потянул носом – полевыми цветами. Какими были ее самые заветные фантазии?

«Здесь за углом есть кафе» сказала она.

«Отлично» Дрожь охватила его. Слабость или желание? Он не знал, не думал об этом. Отвлекись. «О чем ты пишешь?»

«Ох» взмахнула рукой девушка. «На самом деле тебе незачем знать, а я смущаюсь рассказывать»

«Значит, о любви?»

Ее глаза распахнулись, и она уставилась на него.

«Откуда ты узнал?»

«Догадался» Он знал женщин, несмотря на то, что не мог сблизиться ни с одной из них. Хотя большинство из них любили романтику, они прятали свои любовные романы, словно нечто постыдное. Они не могли знать, что он читал их. И ему, вообще-то, понравилось, он хотел бы для себя этого «и жили они долго и счастливо».

Пока невозможное не станет возможным – например Титаны вырядятся в балетные пачки и будут танцевать размахивая своими магическими жезлами, распевая о любви – его уделом останется только секс.

Наконец-то они зашли за угол, и в поле зрения оказалось уличное кафе. Круглые столики и стулья с высокими спинками тянулись вдоль большого стеклянного окна. Один пустовал, и они мигом заняли его.

«Как давно ты уже в Греции?» поинтересовалась она, кладя бумаги и сумочку себе на колени.

«Немногим больше недели, но все это время я посвящал работе»

«Ох, это ужасно. У тебя не было возможности осмотреть достопримечательности, не так ли?» Она облокотилась о стол и увлеченно уставилась на него. «Ты здесь сам или с компанией?»

Игнорируя ее вопрос, он сказал:

«Прямо сейчас я смотрю на лучшую достопримечательность» Да ладно пацан. Ты уже начинаешь заигрываться. В следующий раз ты попросить ее рассказать о любовных сценах из ее романа?

Она снова покраснела, хотя румянец мило смотрелся на ее веснушчатом лице. В ответ его член запульсировал.

Пришла официантка и приняла их заказы. Он удивился, когда его компаньонка – как там она сказала ее зовут? – попросила простой черный кофе. Он бы сделал ставку на нечто более сладкое. Заказал себе двойной эспрессо.

Когда через пару минут принесли их напитки, он снова обратил все внимание на Веснушку. Понял, что с каждой секундой она привлекала его все сильнее. Под веснушками ее кожа казалась кремовым оттенком жемчуга, а глаза скорее зелеными, чем карими.

«Спасибо за угощение» попивая, сказала она. Протянула свободную руку, чтобы погладить его пальцы. В момент соприкосновения крупные мурашки побежали по его руке – неожиданно и настолько же восхитительно.

Она задохнулась. Он боролся со стоном.

«Я сделал это с удовольствием» ответил он, чувствуя как нарастает возбуждение. Еще слишком рано для первого шага? Сбежит ли она?

«Итак, ты не ответил мне. Что ты делаешь в Греции?» Она убрала руку, но смотрела на его так, будто с ней было что-то не то.

«Я просто путешествую» солгал. Подожди-ка. Он сболтнул нечто насчет работы. «По работе. Я – модель» Этой ложью он пользовался снова и снова.

«Ух-ты» сказала она, явно растерявшись. Хмурясь, снова потянулась и коснулась его руки.

Опять по нему пробежались мурашки. Как показалось по ней тоже. Она во второй раз задохнулась и повернула руку ладонью вверх, изучая ее. Возможно, сейчас самое время наконец-то сделать первый шаг.

«Мне нравиться чувствовать твою кожу»

Нервно меняя позу, она глянула в сторону.

«Спасибо»

Медленно, очень медленно, он завладел ее рукой и поднес к своим губам. Слегка поцеловал запястье. Вспышки тепла пронеслись между ними, теперь более мощные, и это было так эротично, что он захотел умолять ее переспать с ним.

Так как она не протестовала, он лизнул ее пульс.