Ведьмин крест - Наталья Щерба

Некоторое время полудух молча изучал ее лицо.

– Мне показалось, что тебе понравился поцелуй, – насмешливо произнес он. – Ты так красиво стонала…

– Я не стонала! – тут же возмутилась Таня. К несчастью, она сказала это чересчур громко.

Полудух не сдержал ухмылки. После чего повернулся и заскочил в трамвай.

Таня готова была сгореть от стыда. Кроме Эрис и Патрика, отреагировавших на инцидент вытянутыми лицами, ее неразумный выкрик услышали многие. Старший Вордак едва уловимо переглянулся с Виртусом. Шелл тут же широко ухмыльнулся и что-то быстро зашептал на ухо младшему Вордаку. Тот грубо ответил ему, поляк засопел и обиженно отодвинулся. Собственно, Лешка выглядел самым невыспавшимся из присутствующих, словно вовсе не ложился сегодня. Криста и ее тетка Ружена, не скрываясь, разглядывали Таню с деловитым интересом. Значит, тоже слышали, ну и ну…

Неожиданно Таня встрепенулась. Она вдруг поняла, кого еще не хватает, – Дашки! Бывшей подружки нигде не было видно… Может, приболела?

Под перекрестием любопытных взглядов Таня бочком зашла в вагончик и села на свободное место возле полудуха, хоть и злилась на него.

– Рад сообщить многоуважаемому обществу, – увидев, что все в сборе, чинно произнес президент, – что господин Лютогор Мариус и его сын Марк присоединятся к нам возле самого начала тропы…

– Если не возражаете, – перебил его знакомый холодный голос, – мы присоединимся к вашему собранию немного раньше.

Лютогор легко запрыгнул в вагон, поклонился всем сразу и опустился на сиденье рядом с Татьяной, а Марк уселся возле Шелла.

Таня и молодой поляк одновременно выпрямили спины.

Рик выпростал левую руку и обхватил девушку небрежным, хозяйским жестом. Таня, хоть и злилась на него за демонстративную провокацию, не возражала: близкое присутствие Лютогора пугало значительно больше того, что подумают все эти люди про ее личную жизнь. Тем не менее она успела подметить, какими лютыми взглядами обменялись Марк и младший Вордак. Да и Шелл недобро косился на лютогоровского сынка.

Путешествие началось.

Таня облегченно вздохнула.

Но лишь только засверкали призрачные рельсы спереди и позади вагончика, Лютогор как будто невзначай прикоснулся к Татьяниному плечу. Браслет среагировал немедленно – тут же начал теплеть. Девушка испуганно покосилась на Лютогора, но тот даже не повернул головы – смотрел вперед, за дрожащее марево окон. Зато рука полудуха, обнимавшая девушку, сместилась чуть ниже, его ладонь полностью прикрыла прабабкино украшение.

И в тот же миг Тане показалось, будто плечо сжал огненный обруч, а голова чуть не взорвалась от боли! Она приглушенно застонала, желая только одного – остановить ужасную пытку.

– Терпи, – еле слышно произнес полудух.

Девушка стиснула зубы, но желание заорать во весь голос грозило возобладать над разумом.

Когда поездка завершилась, она вскочила с места и пулей вылетела из вагончика.

– Укачало бедняжку, – шепнул кто-то вдогонку, кажется, Шелл.

Как только все высадились, трамвайчик прощально звякнул, мигнул фарами и пропал меж деревьев.

На свежем воздухе стало легче – браслет перестал жечь. Каве немного пришла в себя и наконец смогла сообразить, где они находятся.

Всюду, куда ни глянь, высились крепкие, идеально ровные сосны вперемешку с толстыми буками и березами. Между ними пытался протиснуться орешник, повсюду росли буйные папоротниковые заросли, по земле стелились кусты ежевики и малины, норовя прикрыть единственную тропинку в лесу, усеянную мелкой щебенкой.

Именно эта, едва виднеющаяся дорожка и вела на самую гору через каменную насыпь – небольшую серую проплешину на фоне яркой зелени.

Между тем старший Вордак, Лютогор, а с ними Виртус и полудух отошли в сторону для небольшого совещания. Воспользовавшись их отсутствием, к Эрис и Тане подошла Криста.

Первым делом рыжая осведомилась о самочувствии Татьяны. Та ответила, что все в порядке, а заодно спросила, почему с ними нет Дарьи Кошкиной.

– Ой, да какой от нее толк, – беспечно махнула рукой Криста. – Насколько я знаю, необходимость ее присутствия в экспедиции отпала. Мы как раз обсуждали это с моей тетей.

– В нашем присутствии тоже мало толку, – откликнулась на эти слова Эрис. – Пока что не вижу серьезных причин заниматься магическими делами. Больше всех из нас поработала Каве, когда вместе с младшим Вордаком разгоняла шушерные тучи.

Глаза у Кристы блеснули.

– О да, Шелл рассказывал об этом во всех подробностях… Алекс был очень зол на тебя, Каве. – Она улыбнулась довольно натянуто. – А на что вы спорили? Как я ни выспрашивала, он отказался признаться…

К счастью, Тане не пришлось отвечать: вернулись старшие, и президент рассказал о принятом решении.

Вся группа, выстроившись в колонну, пойдет по избранной с помощью Державы дороге. На вершине будут проведены исследования в дневной и ночной периоды с целью выявить отрицательное пространство горы. Вечером, независимо от результата, состоится праздничный ужин, который будет длиться всю ночь, параллельно исследованиям. Утром экспедиция совершит спуск и вернется на карпатском трамвайчике в замок Вордаков, чтобы отдохнуть и осмыслить результаты похода.

После того как план окончательно одобрили, вперед вышел Лютогор. Предводитель диких торжественно извлек из-под плаща Державу – ярко сверкнул огромный рубин на сияющем золотом шаре. Татьяну невольно передернуло. Она вспомнила, какую запредельную боль испытала, некогда прикоснувшись именно к этому символу власти.

– Держава обладает интересным свойством, – вдруг зашептал ей прямо в ухо полудух. – Этот символ власти может ослабить любую иллюзию… Даже ту, которая делается с помощью Карпатского Венца. Тебя ведь это интересует, да? А как известно, против Венца никто не устоит. Ну, это я так, к слову… Поэтому, возможно, сейчас мы увидим нечто любопытное…

Будто в ответ на его слова воздух над Державой задрожал, и над нею взвились, расходясь пучками, тонкие голубые нити. Волокна переливались и дрожали, образуя в воздухе огромный нераспустившийся бутон фантастического цветка.

Таня невольно сделала шажок назад и кому-то наступила на ногу, позади раздалось недовольное шипение. О, да это Патрик…

Между тем голубые нити удлинились и размножились на более мелкие, пока не истончились в пух. После чего дивные волоски потянулись по неровной, бугристой насыпи и стали яростно всасываться в камни, словно оголодавшие пиявки.

Таня, стоявшая в первом ряду зрителей, молила о том, чтобы хищные нити не обратили внимание на людей, а продолжали и дальше издеваться только над валунами.

Небо стремительно потемнело. Десятки грозовых туч зависли над горой, угрожая разразиться проливным дождем, градом или, того хуже, внезапной стихийной бурей.