Алхимистика Кости Жихарева - Михаил Успенский

…Китайского сюцая отправили с посланием в сопровождении стражников. Ботан даже выкинул им вслед алебарды и мечи – зачем парням лишние неприятности?

Потом Филимонов отправился в обход своих новых владений, а Костя и Буслай сели за стол. Василий прихлёбывал якобы (или в самом деле) разбавленное пиво и взахлёб же рассказывал долгожданному русскому собеседнику о своих подвигах. Говорил он сбивчиво, путано, то и дело перескакивая с эпизода на эпизод. Костя терпеливо переспрашивал и уточнял, пока не вытянул из новгородского озорного гуляки всю возможную информацию о прошлых похождениях и нынешних мучениях. Туго же Васе пришлось под опекой злодеев в черных мантиях – они его разве что серной кислотой не поили!

Выходило, что восстание Куковяка всё-таки поднял, причём подробности были весьма странные: бунтовать они начали против легендарного короля Артура, а подавлял мятеж вполне реальный Вильгельм Завоеватель.

Мужиков, как водится, развешали вдоль дорог, а зачинщики благополучно ушли разбойничать в леса, где и дождались вскоре времён Робин Гуда и короля Ричарда.

– Мы, Костя, чуть-чуть не успели вас тогда выручить, – говорил Буслай. – На самую малость опоздали. Выскочили на поляну – а там уже пусто. Только разбросанное кострище да жареный поросёнок валяется на траве. Лихо вы этих зелёных охотничков разогнали! А за то, что оставил под дубом мой червлёный вяз, – особое спасибо. Не раз он мне ещё пригодился! Чуял, поди, братка, что Василий-от Буслаевич непременно на выручку своим придёт! Русское сердце – оно вещее! А за ногу зашибленную я на тебя уже не в обиде. Да ведь кабы не вы…

Ох и погуляли мы вволюшку по доброй старой Англии! Узнали лорды чопорные да купцы скаредные, сколь тяжка десница Господина Великого Новгорода! Научили мы их нашему кулачному бою!

А потом патроны кончились, зато началась в моей дружине великая смута…

Васька махнул рукой и приложился к кожаной кружке, а потом стал рассказывать, что ушкуйники его разбежались по здешним вдовушкам, поклявшись друг дружке снова сойтись «на будущий год у паперти Святой Софии Новгородской».

– Ну а мы с Куковякой угнали лодочку – и на материк. Свой своему поневоле брат! Он за меня держался, а я за него. Вот, думаю, друг-то верный, на всю жизнь! Все страны прошёл, все обычаи знает, а уж как складно бает! С Ефрем Ермилычем не пропадёшь!

– Да уж конечно, – вздохнул Костя. – На себе испытал такую дружбу. Остался из-за него в чистом поле гол как сокол…

– А мне-то откуда было знать, что он коварный изменник? – всплеснул могучими руками новгородец. – Мы же всё делили пополам, хотя делить было, в общем, нечего. Оказалось, что и без нас хватает в окаянной Европушке и разбойников, и адвокатов, и скоморохов…

Далее последовала трудная повесть о скитаниях, лишениях и злоупотреблениях. Кончилось тем, что Куковяка придумал водить Ваську с ярмарки на ярмарку, выдавая за дикаря из дикой Тартарии. Для этого бывшему первому городскому щёголю Буслаю пришлось не бриться, не мыться и волос не чесать… Бр-р! И собирали-то сущие гроши…

– … А потом пришли мы сюда, в чехи, к римскому кесарю. Напоил меня злодей Куковяка в кабаке, да и продал на опыты учёным людям. Жил я тут, аки дикий зверь в клетке, ничего не соображая, словно бы во сне. Кормили меня мучители и камнями, и глиной, и ящерицами зелёными – думали, подохну. Ну да в русском брюхе долото сгнило! Так я уже сам себе смерти начал желать, когда в башке светлело. И вдруг ваши голоса услыхал… Да, мы, русские, своих не бросаем. Воскресили вы меня к новой жизни…