Месть Змеи - Кертис Джоблинг

– Тогда пощади этих людей! – крикнула Ранье. Змея придвинулась ближе, заставив герцогиню отползти, прижимая к груди бледное лицо Уитли.

– Пощадить их? Но это мой новый дом, в котором я буду принимать с-с-своих людей. Плохая я буду хозяйка, ес-с-сли не приберус-с-сь здес-с-сь как с-с-следует!

– Куда мы идем? – спросил Трент, спеша вслед за цыганами по перекинутым под ветвями мосткам все дальше от звона и криков сражения. Повсюду на ветвях виднелись деревянные сооружения – помещения для прислуги, комнаты для гостей. Уходя все дальше через крону Большого Дуба, они встретили лишь нескольких Лесовиков, как можно быстрее уложили их замертво и вскоре приблизились к краю Дерева.

– В прачечную, разумеется! – откликнулся Стрига, окончательно озадачив Трента. Рука, в которой юноша держал свой меч, все еще дрожала после схватки с Валой, дым застилал все вокруг. Пробираться вслед за цыганами ему приходилось почти вслепую.

– Сюда! – крикнул Стрига, указывая на подвесной мостик. Деревянные перекладины уходили в темноту.

Мостик раскачивался под ногами спешащих по нему людей, сильнее всего – под тяжелой поступью Южника. Крики Лесовиков стали громче, очевидно, дикари наткнулись на тела своих убитых товарищей у входа в тронный зал и, не найдя возле них трупов в зеленых плащах, пустились в погоню.

Трент достиг дальнего края мостика последним, как раз тогда, когда со стороны противоположного конца послышались крики врагов. Южник повернулся, но Трент оттолкнул цыгана, вытащил из ножен свой Вольфсхед.

– Не останавливайся! – сказал юноша. – Выходите отсюда. Я сделаю все, что в моих силах.

Южник внимательно посмотрел на Трента, затем ответил, кивая:

– Ты храбрый человек, Красный плащ.

С этими словами цыган вновь повернулся и исчез.

Трент ударил мечом по веревочным перилам мостика, но клинок отскочил от толстых тугих канатов. Уже слышались шаги босых ног по перекладинам мостика – это приближались Лесовики. Выругавшись сквозь зубы, Трент взялся обеими руками за рукоять отцовского меча и со всей силы ударил клинком по канату. На этот раз канат не выдержал и лопнул. Из темноты донеслись крики, быстро стихая где-то внизу.

Переместившись, Трент глубоко вонзил меч в следующий канат. К его ужасу, клинок застрял в вязких волокнах – канат раскачивался, грозя вырвать меч из рук юноши. Трент еще сильнее вцепился в рукоять Вольфсхеда, и в это время полетели стрелы. Одна из них задрожала, глубоко вонзившись в деревянную планку у самых ног Трента. «Они стреляют вслепую, но один из выстрелов все равно должен попасть в цель», – подумал Трент.

Он уперся ногой в непослушный канат, напрягся и все же сумел вытащить застрявший клинок. Поднял голову, увидел спешащих по мостику дикарей с зажатыми в зубах ножами – Лесовики держались одной рукой за оставшийся веревочный поручень и быстро приближались. В воздух взлетели новые стрелы, одна, неудачно пущенная, попала в спину бегущему дикарю, и тот свалился с мостика вниз, другая угодила в плечо Тренту, заставив юношу упасть на колени. Поначалу удар показался ему тупым, похожим на те удары, которые он получал в детстве, сражаясь с Дрю на деревянных мечах. Но позднее боль, несомненно, еще даст о себе знать в полную силу.

Трент поднялся, поднял Вольфсхед здоровой рукой и ударил по канату еще один, последний, раз. Канат лопнул, дикари на мостике испуганно закричали. Среди Лесовиков началась паника. Часть дикарей свалилась вниз, другие испуганно пригнулись к планкам. Мостик закачался, Лесовики ненадолго замерли, но затем восстановили равновесие и стали вновь осторожно продвигаться вперед, ползя на животе, отталкиваясь от планок мостика босыми ногами.

Трент побежал.

– Стрига! – закричал он. – Южник!

– Сюда, парень! – откликнулся старый шпагоглотатель, и Трент ввалился в раскрывшуюся перед ним дверь деревянной постройки. Помещение оказалось длинным, заставленным вдоль стен бочонками, в воздухе густо пахло мылом и духами – запах был не менее тяжелым, чем дымная гарь снаружи.

– Перила мостика перерезаны, но дикари все равно приближаются, – сказал Трент. Пробравшись глубже внутрь помещения, он увидел цыган, стоявших возле большой плетеной корзины, обвязанной вдоль края толстой веревочной сетью. К стене была прикреплена лебедка с намотанным на нее канатом. Корзина напомнила Тренту плетеные лодки, которыми пользовались рыбаки с Холодного побережья. Она была достаточно большой, чтобы в ней поместились два человека.

Только двое.

Он поднял голову, обменялся тревожным взглядом с цыганами.

– Залезай, – велел Стрига. – Я передам тебе девушку.

– Ты полезай, – ответил Трент. – Ты сможешь спасти ее.

– Эй, вы, хватит болтать! – крикнул Южник, державший на руках Гретхен. – Полезайте оба и заберите девушку.

– А как же ты? – спросил Стрига. – Нет, я тебя не брошу.

– Не говори глупостей, Стрига. Я сломаю эту штуковину, даже если заберусь в нее один. Давайте, шевелитесь, кильки. И забирайте девушку.

Трент забрался в корзину, но Стрига не спешил залезать следом за ним.

– Я останусь с тобой, Южник. Цыган никогда не бросит в беде цыгана, особенно если он ему как брат.

Южник передал Тренту Гретхен, юноша уже не мог без слез смотреть на то, как друзья продолжают спорить о том, кто из них должен идти, а кто остаться.

– Ты сложишь об этом баллады и будешь петь их, брат, – сказал Южник, сжимая плечо Стриги. – А я буду героем твоих песен.

Цыгане коротко обнялись, к постройке уже приближались крики Лесовиков. Стрига запрыгнул в корзину, Южник снял лебедку с тормоза, отпуская корзину. Она качнулась и повисла среди ветвей.

– Спой обо мне песню, Стрига, – крикнул Южник. – И пусть это будет хорошая песня!

Южник принялся вращать лебедку. Корзина пошла вниз – казалось, что она спускается мучительно медленно. Трент успел увидеть Лесовиков, уже ломящихся в помещение прачечной. Увидел, как один из дикарей бросился на Южника с ножом и как цыган сумел перехватить руку нападавшего. Другой рукой он продолжал вращать колесо лебедки.

Трент и Стрига успели еще заметить, как много было нападавших дикарей. Корзина сильно раскачивалась, оставаясь всего в каких-то полутора метрах ниже прачечной – совершенно открытая, уязвимая для удара сверху. Южник зарычал, сбросил с себя облепивших его дикарей, взмахнул топором. Одни Лесовики падали замертво, но на их место заступали новые.

Над отверстием люка появился один из дикарей и начал перепиливать ножом веревку, на которой была подвешена корзина. Трент попытался встать на ноги – корзина угрожающе накренилась, грозя вывалить всех трех пассажиров вниз. Юноша вытянулся струной, выбросил вверх руку, достал клинком дикаря, и тот пошатнулся. В корзину упал выпавший из руки Лесовика нож.

Южник тем временем сражался с очередным противником, который казался намного крупнее своих собратьев. Лицо дикаря закрывала копна упавших со лба темных волос, но Стрига узнал его.