Украинский гамбит. Война 2015 - Михаил Белозеров

— Да это что, С-500? — воодушевленно спросил Сашка.

Глаза его блестели как в лихорадке, рот растягивался в ухмылке без причины. Сашка пребывал в эйфорическом состоянии.

— Не знаю, — словно через силу ответил Игорь и в знак безразличия пожал широкими плечами, — хотя… вряд ли. Скорее всего, что-нибудь помельче. Типа С-300. Я не специалист. В Боснии такого не было, в Афгане подавно.

— Но не менее эффективное?! — живо вставил Сашка.

Ему так хотелось, чтобы это было что-то такое значительное, мощное, способное одним своим присутствием нанести поражение противнику.

— Ну не знаю… — снова с безразличием пожал плечами Игорь. — Может быть, вообще не ПВО, а радиолокационная разведка?..

— А-а-а… ну да… ну да… — разочарованно отозвался Сашка. — Но мощная?! — снова загорелся он.

— Может, и мощная, — чуть оживляясь, согласился Игорь. — Может, не разведка, а «Точка».

— Какая еще «точка»? — по-прежнему восторженно спросил Сашка.

Выражение его лица вообще стало фанатичным, как у футбольного болельщика, который всеми фибрами души желает победы своей команде и не признает даже очевидного поражения.

— Может, «Точка-У»… — важно сообщил Игорь и замолчал в ожидании, что его попросят продолжить.

— Ну?… — спросил Костя, подыгрывая Игорю, и посмотрел на него в зеркало заднего обзора, хотя, конечно, слышал о таких тактических ракетах, которые могли нести ядерный заряд. Только не близко ли она поставлена к линии фронта? — думал он, до Киева все равно не долетит.

— Это такая штука, — важно, как на собрании, произнес Игорь, — которая может лупить аж за сто двадцать километров.

Выражение его лица, прежде обиженное и напряженное, стало довольным. Ну слава богу, подумал Костя.

— Ух ты! — восхищенно произнес Сашка и, несомненно, пожалел, что не подобрался к «Точке-У» ближе.

Завета усмехнулась над его наивностью. Это придало ей зрелость, которая так нравилась Косте в женщинах, особенно в таких красивых, как Завета.

— Ну да… — продолжил Игорь, — и если уж она врубит, то, считай, шесть футбольных полей накроет.

— Это если обычная?.. — намекнул Сашка.

— Ну да, — все так же важно согласился Игорь, — а если ядерное… ну, сам понимаешь.

— А-а-а! — заржал Сашка. — Грузия тогда в штаны наложила.

— Пожалели мы ее, — точно так же отреагировал Игорь, разве что не заржал.

Идиоты, с удовлетворением подумал Костя. Ей-богу. Он и сам поржал бы с удовольствием, только не в такой ситуации.

— А зря, — заметил Сашка. — Я бы…

— Все это хорошо, — оборвал его Костя, — но все же почисти карту памяти, я слово дал.

— Еще чего?! — возмутился Сашка, в привычки которого вообще не входило «убивать» любой отснятый материал. «Для истории», — обычно говорил он, жадничая, как крохобор, и был отчасти прав, но данная ситуация была не такой, в которых он привык обычно действовать.

— Сотри-сотри, — Завета высказала самую здравую мысль, — не дай бог, попадет кому-то в руки. Нам же и не поздоровится.

Она как в воду глядела, только никто не понял ее предостережения.

— Ну ладно… — нехотя согласился Сашка. — Сотру, чтобы вам спокойнее жилось. Но лично я в плен сдаваться не собираюсь.

— А у тебя никто спрашивать не будет, — снисходительно заметил Игорь и поглядел на Сашку с нескрываемым превосходством.

Лицо у Сашки сделалось разочарованным, и он замолчал. Игоря он не боялся, а уважал.

Они проехали еще немного. Пошел смешанный лес с огромными зеленеющими полянами, закрытыми со всех сторон вязами, буками и дубами. Мелькнули маленькие озера в изумрудном обрамлении осоки. Пахнуло земляникой. И вдруг прямо перед радиатором «ниссана» выросла то ли стена, то ли просто бок форта Петрополь, заросший орешником так густо, что можно было проехать в трех метрах и ничего не заметить, в лучшем случае принять за ряд огромных валунов. Бок был невысокий, но чувствовалось, что он капитальный, построенный на века, если не на тысячелетия.

Если бы не старик Юз, вспомнил Костя, который начал на Донбассе добычу угля, этот город сохранил бы старое название Петрополь. А то вначале назывался Юзовкой, потом Сталино, а уж потом — Донецком.