Как развеять скуку - Ольга Болдырева

Насколько я успел понять, площадь заготовки не превышала размерами небольшое поле. Но что-то подсказывало по мечтательному выражению детского личика, что Риль превратит это место в райский уголок, — надо только дать ему время. А потом с удовольствием напроситься гости. Всё равно миры теперь наплывают друг на дружку как ближайшие соседи. Наплывы очень редки, и зачастую даже самые близкие миры находятся друг от друга в нескольких лигах сплошного хаоса междумирья. Может, устроить тут что-то вроде курорта? Хотя это всё ещё делёж шкуры неубитого медведя. Сначала пусть обустроится.

— Готовы? — мальчик нетерпеливо подёргал эльфийку за рукав. — А можно я вам выдам проводника, и он вас доведёт, а я займусь преображением.

— Конечно. В гости заглядывать не обещаю, у нас очень важная миссия, но если окажусь поблизости, обязательно зайду, — Анабель с материнской любовью потрепала Риля по голове и повернулась ко мне. — Габриэль если всё будет хорошо, сможешь меня изредка сюда приводить? — что-то в сиятельной леди неуловимо изменилось. Во взгляде, в голосе, в улыбке. И в первую очередь по отношению ко мне. Если раньше в её разговоре проглядывала напряженность, то теперь она улыбалась мне совершенно искренне. И это было приятно.

— Конечно. Только думается мне, что Риль сам тебя проведёт и даже навестит в Светлом лесу. Идём? — я передал слегка прихрамывающего Алира Гериону и тоже потрепал Духа по голове. Кого-то он мне напоминает. Ну, что за склероз? Точно похож на кого-то из моих знакомых. Но на кого?

По каменным стенам Лабиринта запрыгал неизвестно откуда взявшийся солнечный зайчик.

— Вот, идите за ним и не забудьте про обещания! — Риль помахал нам рукой и растворился в воздухе. Неожиданно реальность дрогнула, и Тьма начала растворяться, превращаясь сначала в легкий сумрак, потом в еле заметную дымку. И вот исчезла совсем. В каменном коридоре посветлело и посвежело. Мох быстро втягивался в камень, и вместо него проступали яркие узоры. Дух принялся за дело, которого ему так не хватало.

Теперь, когда он обрел имя и будущее, можно было становиться добрее. К тому же, эльфийка вложила в него столько света и любви, что я не сомневался, — скоро маленький мирок превратится в настоящую жемчужину среди серых и скучных реальностей и засверкает на всё мироздание.

— Пойдёмте, — я поторопил поражённо замершую компанию, — не будем ему мешать. — И первым направился вслед за нетерпеливо подрагивающим солнечным зайчиком.

За мной, с интересом оглядываясь по сторонам, направилась эльфийка, восхищаясь каждому изменению Лабиринта, точно мамочка, хвастающаяся первыми шагами сынишки. В арьергарде медленно ковыляли оборотень и Алир, который не успокаиваясь продолжал извиняться за свое поведение.

— Габриэль, — позвал он меня.

— Да?

— Помнишь, ты сказал на мою фразу про то, что если я не убью тебя к концу путешествия — это будет чудом?

— Ну? — Я попробовал обернуться, но споткнулся о какой-то небольшой камушек, и решил, что всё и так хорошо слышно, продолжив идти за солнечным зайчиком.

— А ты ответил, что не убью, потому что не смогу. Я ведь тогда тебе не поверил. Думал, что если кто-то и сможет состязаться со мной по скорости, так только Тёмный Князь. А оказалось по-другому. Не то, чтобы я хвастаюсь, просто…

— Просто на светлых землях ты первый по реакции и превосходишь ей даже длинноухих, — закончил я за него. — Это не хвастовство. Но я знаю как минимум трех демонов, не считая Князя, которые могут двигаться ничуть не менее медленно. Не расстраивайся. Из этих трех ты максимум столкнешь с одним, — успокоил я рыцаря.

К залу с проломленным потолком мы дошли, когда каменные стены почти растаяли, оставляя в воздухе только яркие узоры, что сохраняли видимость коридоров, ибо идти по пустоте было бы не очень приятно. Под ногами начала проглядывать пока ещё нематериальная трава, сквозь которую мы спокойно проходили. Мимо пронесся слабенький ветерок.

Зал тоже успел преобразиться. Скелеты колонн оплели бледно-голубые большие цветы, чем-то похожие на обычные лилии, а тёмный цвет начал заменять светло-бежевый мрамор. Дыра, пробитая мною, изменениям пока не подверглась и чернела на приличной высоте, показывая, что в нашем мире сейчас царила ночь. Сначала с помощью левитации я поднял наверх рыцаря с оборотнем. Алир за наш небольшой поход успел полностью выбиться из сил и голодным взглядом поглядывал то на мешок с едой, то на меня, — так как Герион уже успел рассказать, кто накачал рыцаря энергией, позволяя сейчас передвигаться на своих двоих, а не на носилках. Потом галантно предложил руку эльфийке, и как только она, улыбнувшись, дотронулась своими тонкими пальчиками до моей ладони, беззастенчиво сграбастал ушастое чудо в объятия, и чтобы она не успела вырваться, тут же подлетел на несколько метров вверх. Анабель весело засмеялась и уткнулась своим носом мне в ключицу.

Спросите, почему я воспользовался левитацией, несмотря на то, что у меня есть крылья? Очень просто. Представьте размах крыльев, сравните с небольшим диаметром провала, и вы поймете, что я просто не протиснусь в эту дыру.

Дыхание эльфийки приятно щекотало кожу. Может так ещё несколько часов повисеть? — мелькнула очень соблазнительная мысль, но я тут же вспомнил, что у стены нас, скорее всего, ждут остальные светлые и страшно волнуются. Так что, хоть и нехотя, но подниматься пришлось.

Наверху, как оказалось, была не ночь, а начало рассвета. Тонкая еле заметная в сонном мареве холодного воздуха полоска горизонта только-только начала окрашиваться в празднично красный цвет, предвещая скорое появление светила.

Герион уже успел заботливо устроить рыцаря, укрыв Алира несколькими плащами и обещая ему, что сейчас Габриэль быстренько слетает к стенке, и остальные вернутся за нами, а он пока успеет хорошо выспаться.

Я даже не стал ничего язвить насчет того, что мной распоряжаются все, кому не лень, так как решение программы-няньки, которого я продолжал звать по привычке «старый оборотень», было самым разумным. Даже внутренний голос молчал, хотя последние дни мою шизу все чаще тянуло на философские размышления, а не ехидные комментарии. К чему бы это?

Со вздохом выпустив Анабель из своих объятий, я отошёл за ближайшее дерево, чтобы спокойно вызвать крылья. Герион-то к этому был привычен. А вот Алиру с эльфийкой, — особенно последней, — я не хотел показывать, как меня выворачивает.

Ещё один вопрос: зачем крылья, если есть возможность левитировать? Особенно если учесть, что частичное преобразование — весьма болезненный процесс. Наверное, мой ответ может показаться глупым. Просто я готов платить болью и неудобствами за то, чтобы почувствовать пьянящее ощущение полета. Когда летишь сам, зная, что тебе никакая сила не помогает. Признаюсь, это восхитительно!

Я отряхнулся, проверяя два перьевых покрывала, и вернулся к остальным.

— Вернусь, максимум через два часа, если их не будет на месте. Если будут — быстрее, — с помощью левитации поднялся метров на двадцать пять над землёй, решив, что с такого расстояния точно успею поймать ветер. — Поставьте несколько следилок. Мы уже встречались с местными жителями, не хочу, чтобы они на вас напали, когда способности к обороне на нуле, — громкость голоса пришлось увеличить, чтобы светлые смогли меня расслышать с такого расстояния.