Святые бастарды - Тимур Туров

– Я семнадцать лет прожил в одной квартире со слаш, – просто ответил Иво.

И после этой фразы словоохотливость соседа словно отрубило. Про общение с альвами и элохим он мог и хотел разговаривать, а вот «черные» его до сих пор пугали, и человек, который мог не просто время от времени общаться с ними, а жить рядом, перенимал на себя часть той жуткой ауры, которая была присуща слаш.

Иво, освободившись от необходимости поддерживать беседу, прокрутил в голове то, что нужно сделать. Каким-то образом выйти из больницы – скорее всего, с этим особых проблем не будет. Затем пойти на юг до «бегущей воды» – Обводного канала, насколько понял парень. Дороги туда минут пятнадцать быстрым шагом, выходить заранее смысла нет – слишком велик шанс, что кто-нибудь узнает его.

– Кто у нас тут? – поинтересовался, входя в палату, врач-дейвона. За ним просочилась худенькая девушка, тоже из «серых», видимо медсестра. – Ага, Илья Борисович и загадочный пациент, подкинутый мне Григорием Пахомовичем. Ну-ка, Илья, встаньте. Потянитесь. Наклон вправо, наклон влево. Что-нибудь болит? Великолепно.

– А что это, в итоге, было? – поинтересовался Илья.

– «Длинная рука», заклинание стандартное, но использовал его настоящий мастер для сжатия ваших внутренних органов. То, что обычные врачи не смогли ничего сделать, – понятно, современная медицина людей не имеет дела с такой проведенной извне деформацией внутренних органов. Убить вас могли, но не хотели. Дальше делайте, что хотите, – ищите врагов, проводите расследование внутри своего объединения, меня это уже не касается.

Дейвона подошел к Иво, и парень почувствовал легкий серный запах.

– Абстинентный синдром после отказа от неизвестного наркотика, истощение, проклятие слаш, психические расстройства, – с удовольствием зачитал врач медицинскую карту Иво. – Срок госпитализации – два дня, выписано единственное лекарство – снотворное, указано, что больному выдан лечебный артефакт, созданный сатра, что за артефакт, на что он воздействует, какие у него побочные действия – не указано. Я лично в восторге! А вы?

Иво хотел что-то ответить, но не успел – оказывается, доктор общался со своей помощницей.

– А я нет, – заявила девушка. – Два дня – это слишком мало. Если лечить, то делать это по-настоящему.

– Это дело Григория Пахомовича. Возражать ему у меня нет ни возможности, ни желания.

Врач демонстративно отвернулся от Иво и пошел к двери. Перед самым выходом он обернулся и добавил:

– Когда кровь сдавать будете, скажите, что для Григория Пахомовича, там знают, что дальше делать. И лучше не тяните.

Иво кивнул и пошел за доктором. «Сдать кровь» – отличный предлог, можно будет сразу и уйти.

– Эй, а попрощаться? – мрачно поинтересовался сзади Илья.

– Так я же не ухожу? – слукавил, обернувшись, Иво.

– Зато я выписываюсь. Когда вернешься, меня уже здесь не – будет.

Они пожали друг другу руки, затем воспитанник слаш подошел к двери и, уже выходя, услышал:

– Удачи вам, безумцы.

Парень вышел из палаты, бодро прошел мимо сестринского поста и собирался уже выбраться на лестницу, как сзади его окликнули:

– Вы куда?

– Кровь сдать, для Григория Пахомовича, – бодро ответил Иво, не оборачиваясь и надеясь, что этого будет достаточно.

– Так это в триста первый, идите за мной.

Парень обернулся и обнаружил слегка сутулую спину медсестры из Часовщиков. Она не сомневалась, что Иво идет за ней следом, и он, поколебавшись и взглянув мельком на вторую сестру, которая, сгорбившись, писала что-то в журнале, решил не привлекать к себе внимание и пошел за «желтой».

– Сколько сдавать будете? – равнодушно поинтересовалась медсестра, помогая Иво закатать рукав. – Сожмите кулак, ага.

– Двести миллилитров, – ответил воспитанник слаш.

– Хорошо, – сестра воткнула иглу в вену и тут же подставила пробирку, в которую был вплавлен знакомый Иво по кабинету Стаса в Одиннадцатом равелине амулет – «холодилка», как назвал ее Маж. – Все, готово. Посидите немного и возвращайтесь в палату.

Медсестра вышла с пробиркой. Иво глянул в окно и увидел, что прямо за подоконником начинается крыша какой-то пристройки, причем крыша со скатом, то есть если вылезти в окно, то можно спуститься по шиферу ниже, а затем просто спрыгнуть.

Воспитанник слаш попробовал открыть окно, и оно легко распахнулось. Однако когда парень задрал ногу на подоконник и по-пробовал перенести на нее свой вес, голова у него закружилась так сильно, что он едва не упал.

Пришлось ложиться на подоконник животом и медленно вползать в окно, а потом скатываться по крыше. Головокружение не проходило, перед глазами словно резвилась стая мелких мушек.

Иво показалось, что это несправедливо – взяли только двести миллилитров, а чувствует он себя так, будто половину крови выкачали.

На краю крыши он затормозил, сдирая руки о шифер, заглянул вниз и увидел там, парой метров ниже, высокий и плотный куст шиповника.

Прыгать в колючки не хотелось, но и оставаться лежать на крыше смысла не было. Иво вздохнул и оттолкнулся, стараясь выпрямиться в полете и приземлиться на ноги. У него получилось.

Никого рядом не было, и Иво, отряхнувшись, зашагал вдоль здания, продумывая план побега. Кроме того, чтобы выбраться, надо было еще оставить «цветок», причем так, чтобы он гарантированно достался именно хозяину-сатра, а не затерялся в недрах громадной больницы.

За углом Иво увидел потрепанную «Газель», из которой высокий мужик только что вытащил две картонные коробки. Теперь фургон был пуст. У стены возле кабины находился небольшой огороженный сеткой отсек.

Воспитанник слаш мгновенно переиграл план, по которому он хотел выйти через приемный покой под видом посетителя. Дождавшись, пока мужик скроется с коробками в подъезде, парень вскочил в фургон и притаился за сетчатой перегородкой.

Как он и предполагал, водитель не стал присматриваться – есть ли что-то внутри, он-то знал, что все оттуда вынул, а просто захлопнул двери.

Пару минут занял выезд, водитель негромко переговорил с кем-то на проходной, затем машина выбралась на дорогу, и теперь остро встал вопрос: как покинуть машину?

Почти сразу пришло и решение. На каждом, даже небольшом ухабе Иво бил ладонью по передней стене. Через минуту автомобиль остановился, и водитель, громко и вдумчиво кроя матом отечественного автопроизводителя, обошел «Газель» и открыл заднюю дверь.

Иво, ждавший этого, выскочил и, сопровождаемый криком: «А ну, стоять!» – рванул через дорогу.

Он был на Загородном проспекте – получилось, что водитель фургона еще и подвез его немного к цели. Пробежав метров сто и убедившись, что водила не собирается бросать машину и гнаться за ним, Иво замедлился и перешел на шаг.