Чародей поневоле - Кристофер Сташеф

— Ты знал об опасности, хозяин?

— Да, знал.

Том медленно кивнул. Затем он посмотрел на ступени лестницы и начал спускаться.

— Хозяин, — произнес он, когда они прошли первую площадку, — ты либо бесконечно храбрый человек, либо дурак, каких не видел свет.

— Возможно, я и то, и другое, — сказал Род, не сводя глаз с освещенной факелами лестницы.

— Когда ты об этом догадался, тебе следовало сразу же убить меня, — почти выкрикнул Том.

Род покачал головой, не говоря ни слова.

— Почему не убил? — рявкнул Том. Род запрокинул голову и вздохнул.

— Давным-давно, Том, далеко — далеко отсюда... Господи, как далеко!

— Сейчас не время для сказок!

— Это не сказка, а легенда. И кто знает, может все именно так и было. Король по имени Хидэеси*[34]правил страной, которую называли Япония, а самым могущественным герцогом этого королевства был некий Иэясу*[35].

— И герцог захотел стать королем.

— Чувствуется, ты знаком с правилами игры. Но Хидэеси не хотел убивать Иэясу.

— Он был дураком, — пробурчал Том.

— Нет, он нуждался в поддержке Иэясу. Поэтому король пригласил герцога прогуляться вместе с ним в саду, вдвоем, без свидетелей.

Том остановился и повернулся к Роду. Его глаза сверкали в свете факелов.

— И они подрались.

Род покачал головой.

— Хидэеси пожаловался на старость и слабость и попросил Иэясу понести его меч.

Том замер.

Затем он облизнул губы, сглотнул и быстро кивнул.

— Ага. И что случилось?

— Ничего. Они поговорили, потом Иэясу снова отдал Хидэеси меч, и они вернулись в замок.

— И?..

— Иэясу был верен, пока старик не умер.

Том прикрыл глаза, его лицо казалось вырубленным из дерева. Затем он кивнул, стиснув губы.

— Рассчитанный риск.

— Весьма напыщенный язык для крестьянина.

Том зарычал и пошел прочь. Род с миг постоял, глядя ему вслед, затем улыбнулся и пошел за ним.

Они почти вошли в караульную комнату, когда Большой Том положил руку на плечо Рода. Тот повернулся к великану лицом.

— Кто ты? — прорычал Том. Род улыбнулся краем рта.

— Ты спрашиваешь, на кого я работаю? Только на себя, Большой Том.

— Я тебе не верю, — покачал головой здоровяк. — Но я имел в виду не это.

Род поднял бровь.

— Вот как?

— Да. Я хочу знать кто ты, что за человек?

Род нахмурился.

— Во мне нет ничего необычного.

— Нет, есть. Ты не убьешь крестьянина между делом.

— Да-а? — уставился на него Род. Затем поджал губы. — И что, разве это не в порядке вещей?

— Естественно. И ты заступаешься за своего слугу, доверяешь ему. Разговариваешь с ним, а не просто отдаешь приказы. Кто ты, Род Гэллоуглас?

Род покачал головой и, глухо рассмеявшись, развел в замешательстве руками.

— Человек. Просто человек.

Том долго глядел ему в глаза.

— Да, это так, — произнес он. — Я получил ответ.

Он повернулся к двери караульной и распахнул ее.

— Господин Гэллоуглас, — сказал паж. — Вас зовет королева.

* * *

Одно из величайших и наименее дорогостоящих сокровищ мира — это ложная заря. Мир лежит, дожидаясь восхода солнца, наполненный холодом, свежестью и переливами птичьих трелей.

Большой Том глубоко вдохнул утренний воздух, наполнив легкие невинностью, которой никогда не знал.

— Эх, хозяин! — бросил он через плечо. — Вот подходящий мир для человека!

Род слабо улыбнулся в ответ. Том отвернулся и поскакал впереди Рода, с воодушевлением, хоть и немного не в тон, напевая что-то бравурное.

К несчастью, Род был не в состоянии по достоинству оценить красоты рассвета, поскольку из последних сорока восьми часов он урвал для сна лишь три.

И потом еще эта встреча с Катариной.

Беседа была краткой и холодной. Она приняла Рода в комнате для аудиенций, но так ни разу и не взглянула на него, уставившись в пламя очага. На лице ее застыла бесстрастная маска, губы были сжаты в струнку.

— Я беспокоюсь за моего дядю Логайра, — сказала она. — В его окружении есть люди, которые будут очень рады, если его старший сын станет герцогом.

Род ответил ей таким же жестким и формальным тоном.

— Если он умрет, Вы потеряете своего самого могущественного друга.

— Я потеряю дорогого мне человека, — отрезала она. — Я не стремлюсь к дружбе с лордами, но волнуюсь за моего дядю.

И она, размышлял Род, скорее всего говорит правду... Это делает ей честь как женщине, но не как правительнице.

— Вы сегодня же поскачете на Юг в замок Логайра, — подвела итог Катарина, — и проследите, чтобы никто не причинил ему никакого вреда.

Вот и все, если не считать крайне формального прощания.

Черт ли сладит с отвергнутой женщиной, подумал Род. Она отослала за тридевять земель своего самого опытного телохранителя.

— Векс?

Конь повернул голову, чтобы взглянуть на всадника.

— Векс, я, несомненно, самый большой олух на свете.

— Ты великий человек, Род, из семьи великих людей.

— О, да, как я велик! Предполагается, что я тут нахожусь, чтобы привести это королевство к конституционной монархии, но пока я тут тащусь на Юг, советники препятствуют моей попытке ввести конституцию, а Дом Кловиса вот-вот убьет монарха!

А я вот скачу на Юг вместе со слугой, который, вероятно, с радостью воткнет мне нож между ребер, как только его чувство долга хоть на полминуты возьмет верх над его совестью.

И чего я добился? Я выяснил, что здесь кишмя кишат призраки, ведьмы и кучи других чудовищ, существование которых противоречит всем законам природы. Я вызвал у тебя пять или шесть припадков, но последней каплей было то, что прекрасная женщина предложила мне себя, а я отказался! О, я так велик, что дальше некуда! Если б я был чуточку пошустрее, я бы уже обтяпал это дельце! Векс, а не лучше ли мне просто сдаться?