Претендентка номер девять - Елена Кароль

Точно. Попробуем начать с простого, ведь из алого так просто сделать розовый, всего лишь добавив в него белого.

Где там мои миролюбивые чистые помыслы?

Ой, а что так мало?

Надув губы, как капризная маленькая девочка, я расстроенно рассматривала разрозненные крупицы белого света, периодически вспыхивающие то тут, то там. Ну я давно знала, что доброты и миролюбия во мне с каждым годом становилось все меньше, но не думала, что все настолько критично. Я ведь правильно понимаю, что здесь и сейчас вижу составляющие именно своей, Ульяниной, души?

Черт, кто бы ответил!

Жалея, что не могу, как в детстве, прикусить ноготь на пальце, чтобы лучше думалось, я начала силой мысли (понятия не имею как!) отправлять белоснежные искры в свою алую ярость. Кажется, эта самая ярость очень удивилась подобному повороту. Вздрогнула, чуть расширилась, замерла, а затем послушно поглотила искры одну за другой, не меньше десятка. Снова чуть расширилась, затем резко уменьшилась, замерла и… побледнела.

Есть!

Ай, какая милота! Розовенькая с перламутром штука. Ну и что я натворила?

Оттолкнувшись от центра души, взмыла ввысь и распахнула глаза, задышав как выброшенная на берег рыба. Нет, слишком быстро. Надо помедленнее, а то пульс буквально зашкаливает.

Учту.

Ну и что тут у нас произошло в реале?

Перед глазами, да и в голове было немного мутно, словно я еще не проснулась, во всем теле чувствовалась невероятная слабость, но, судя по ощущениям, я все-таки сумела обернуться.

– Ульяна? Пришла в себя? – Надо мной склонилась крайне обеспокоенная Эльба. – Ты меня слышишь?

– Да-а-а… – неожиданно жеманно протянула я и зачем-то глупо хихикнула. Осеклась, нахмурилась и тихонько прошептала: – Я что-то не то сделала?

– Не знаю, сейчас разберемся, – нахмурилась «змея» и начала водить над моей грудью и головой руками, в полумраке каюты светящимися фосфоресцирующим салатовым светом. – Ты погрузилась слишком глубоко и слишком надолго, так что Балавар не смог тебя дозваться и в итоге позвал меня.

Известие обеспокоило, и я нахмурилась еще больше. Так и знала, что будет подвох!

– Как долго?

– Около трех часов.

А, ну это еще нормально. Я уж думала – на сутки-другие.

Расслабленно выдохнув, я скосила глаза вниз, на ладонь Эльбы, и с нескрываемым любопытством поинтересовалась:

– Какие результаты?

– В целом положительные, – уже спокойнее улыбнулась женщина и убрала руки. – Судя по нейтральному эмофону ярости, у тебя все получилось. Не поделишься опытом?

– Пока нет. Надо закрепить результат. – Ответив уклончиво, потому что мне самой не нравились сроки исполнения и странная игривость, я медленно села на кровати, увидела стоящего у дверей хмурого демона и не удержалась от язвительной подколки: – Между прочим, красного во мне штук сорок оттенков!

– У женщин немного иное цветовое восприятие, – неожиданно с претензией заявил Балавар и неприязненно скривил губы, при этом предпочтя перевести взгляд на потолок. – Эльба, уведи ее отсюда, она меня… нервирует.

– Чего? – Не удержав возмущения, я аж чуть воздухом не поперхнулась. Перевела взгляд на Эльбу, затем снова на демона… На Эльбу…

И поняла, что «змея» смотрит на меня с подозрением. Оценивающе. Придирчиво и въедливо.

– Что-о-о?!

– Активирован женственный розовый, – сказала как припечатала «змея» и осуждающе поджала губы. – Ульяна, нельзя так делать. Ты понимаешь, что на корабле сто двадцать с хвостиком мужчин? Благодари богов, что Балавар позвал меня, а не кэпа. Вставай, и идем.

Начиная понимать, что, кажется, все-таки немного переборщила с пресловутым «розовым» (неужели демона долбануло моей женственностью?), я послушно встала и прошлепала до своей каюты. Получила инструкцию запереться, без разрешения не выходить и никому, кроме нее, не открывать, кивнула, заперлась и практически рухнула на кровать, мысленно ругая свою самонадеянность. Надо было разбавлять алый синим и желтым. Глядишь, получился бы коричневый – цвет стабильности и здравого смысла.

Надеюсь.

Черт, у них все не так! А может, и правда есть кнопка «выкл.» и дело не в смешении цветов, а в пресловутом выключении?

Не рискуя вновь погружаться в себя без грамотного присмотра, я предпочла просто расслабиться и подремать, тем более чувствовала себя не очень бодро. Через пару часов меня разбудил требовательный стук и заявление Эльбы, чтобы я открыла и впустила, что я проделала максимально быстро, но тут же вернулась в кровать, тем более места для двоих было не очень много.

Первым делом «змея» участливо справилась о моем самочувствии, затем вручила обувь, сумку и верхнюю одежду, забытую в каюте кэпа, и только после этого села рядом и строго заявила:

– Ульяна, ты все сделала неправильно.

Мило.

– Если бы я еще знала, как правильно… – криво усмехнувшись, пожала плечами я и решила немного поябедничать: – Балавар не очень хороший учитель. Заявил, что я должна найти в себе алую ярость и выключить. И как? А с учетом того, что только алого во мне три оттенка, проблемы начались уже на стадии поисков. О прочих красных вообще молчу. Да тот же розовый! Он ведь тоже почти красный!

– Ладно, успокойся. – Эльба покровительственно обняла меня за плечи. – Первый шаг сделан, и уверена, дальше будет проще. Ты очень умная и способная девочка, я в тебя верю. Но больше не делай так, как сейчас, – не заменяй цвета, это довольно опасно. Я, конечно, не демон, но знакома с укрощением эмоций. Дело не в подмене, а именно в укрощении и приглушении. Давай разберем процесс на примере огня: пока есть дрова и воздух – огонь ярок и опасен. Как только заканчиваются нужные составляющие для его подпитки, он гаснет. Так и с эмоциями – как только пропадает подпитка, они стихают. У каждой эмоции свои «дрова», но так как нас интересует именно демоническая ярость, отвечающая за оборот и поддерживающая его в боевом состоянии, то необходимо перекрывать именно ее.

Внимательно слушая в целом доступное объяснение, я кивала и запоминала, внутренне радуясь, что Эльба не только чудесный организатор и управляющая, но и весьма грамотный специалист по демонам и их эмоциям.

– Если ты внимательно изучила пульсацию своей ярости, то наверняка видела, что она неравномерна в своей форме. Это очень похоже на медузу с щупальцами-жгутиками. Кстати, знаешь, кто такие медузы?

Кивнула снова, причем мысленно поражаясь точности описания. А ведь и правда, очень похоже на медузу!

– Так вот, чтобы «выключить» ярость, необходимо перекрыть каналы подпитки, то есть элементарно втянуть «жгутики» в центр.

Э-э-э…

Элементарно?!

Несколько раз моргнув, при этом мысленно бушуя и костеря Балавара всеми известными нецензурными словами, вслух я сказала коротко и емко: