Истории Сантея - Станислав Гримайло

Компанию моему заточению составил Куорт, хотя он, на удивление, каждую ночь проводит в управе. У этого парня понятие «место работы» и «дом» равнозначны, так что теперь домой забегает разве что перекусить.

Впрочем, пару дней проведу с пользой. Еще б попрактиковаться…

В этот раз я решил схитрить. Листая книжку Смотрителя, принялся сравнивать найденные рисунки рун в изначальном варианте с разобранными заклинаниями в «Простейшей рунной вязи». В итоге нашел только одно совпадение. Причем, не слишком-то удачное. Попробовать?

«Хмарь – вестимо нота живой материи непокорной водной глади. Истинный мастер вызывает завесу из мельчайших частиц влаги, накрывая группу молодых дарований. Задача отроков – освободиться от своенравной Силы, ибо нахождение в ней приводит к порче великолепия внешности и убранства будущей надежды учителя…»

Да ну. Запихнул молодежь в баню, пусть барахтаются, а если смогут защититься от жары и влаги – так станут будущей надеждой? На мыло такого учителя, господа, на мыло…

В книге же Смотрителя руна совершенно аналогична, а вот под ней, аж в трех уровнях, очень уж интересная картина. Все стихии, огня только чуть, ну так это явно не боевое заклинание. Линии стихий земли и воздуха сильно переплетены, а основа всей руны, стихия воды, как бедный родич, только парой росчерков соединена с подуровнями. Как понимать? За внешним подобием «Хмари» сокрыто что-то посерьезней?

Прикинув сложность на глазок, я пришел к выводу, что на изучение всей этой конструкции понадобится пара дней. В принципе, в книге Смотрителя рисунков очень много, жаль, ни текста, ни надписей не понять. А выучить какой-нить камнедробитель, а потом испытать его в подземном стрельбище управы – увольте. Что ж, пусть будет «Хмарь»…

Хлебнув чай-тэ и приготовившись разбираться в линиях руны, я подумал о другом. О загадочной девушке, Анни-Лее. Почему эта, несомненно, очень красивая особа в последнее время мне постоянно попадается? В совпадения поверить сложно, тем более что за год до истории с Падшими с ней ни разу не сталкивался, да и данные, добытые гоблином, намекают. Внезапно мне припомнилась пара случаев, когда я вроде как ощущал чей-то пристальный взгляд, но никого не видел. Неужели девушка за мной следит? Но с чего бы?

Вздохнув, разогнал витающие мысли. Светлые волосы, точеный профиль, а фигурка… о чем это я? Руну учить надо!

Кстати, перед уходом на ночевку домой Галл рассказал о последних слухах про найденный нами храм. Оказалось – пустышка. Молодые дворяне, слегка непутевые, возомнили себя поклонниками жестокой религии и решили провести моление по полной программе. Пара жертв – сокурсники городской школы, правда, в отличие от богатеньких вельмож, учащиеся на довольствии мэрии. А маленький арахн так вообще сбежал из дому и попал на глаза разгоряченным верующим. Как итог, мага и молящихся отпустили, сделав внушение и хорошо потрусив родителей. Кинжал оказался подделкой, купленной втридорога у проезжего купца. Мол, убивать не хотели, так, помучить. И следов других «подвигов» в пещере не нашли…

Неожиданно я пришел к выводу – жалею. Зря остановил орка. Следовало объяснить одному зарвавшемуся парнишке правила поведения в обществе… А то, вишь, внушением и штрафом отделался.

Хотя… А для чего это все? Эти правила, прививаемые с младых лет, эти все слова о становлении мужчины. Может, имеется в виду сложность понимания моментов, когда можно нарушать правила, а когда нет? Или все труднее в любой ситуации, даже если понимаешь, что делаешь ошибку, оставаться верным своему внутреннему «я». Не тому, что нашептывает: «убей, забери, убеги», а тому, что строго твердит – «помни». О правилах, обязанностях и долге. Перед миром, семьей и самим собой, в конце концов.

Приехали. У меня тут проблемы в Академии, работа, обрывки непонятных событий водят хороводы, а я о высоком думаю.

Кстати, а почему бы один сложный вопрос не решить простым и верным способом?

* * *

Капитан подозрительно на меня поглядывал. Пока я, весь такой отутюженный, причесанный и ладный (Куорт, гадина многоногая, разбудил на рассвете, скучно парню, видите ли!), устраивался в кресле, мостился, крутил носом, втягивал воздух, собираясь начать разговор – и медленно, осторожно, сдувался. И все это со сложенным пополам листком бумаги в руках. Естественно, Капитан удивился такому раннему визиту: любой старожил прекрасно знает, что поутру, когда господин начальник сидит на вынужденной диете, прописанной ведущим городским светилой, у означенного гнома шалят нервишки. Впрочем, что неясного: хочется пожрать, а нельзя. Пять минут игры в гляделки, и когда Капитан со свистом стал выдыхать, показывая раздражение, я, привстав, положил на стол принесенную бумагу.

Эрнт сразу успокоился, цапнул лист и развернул. По мере чтения по, казалось бы, невозмутимому лицу пролетела целая серия эмоций, от интереса до удивления.

– Это что? – буркнул гном, достал из стола трубку и принялся грызть. Даже табачком не набил…

– Прошение, – улыбнулся я.

– А в рыло? – невозмутимо отозвался Капитан, достав из недр стола маленькую коробочку: затеял ритуал раскуривания трубки с самой важной стадии – чистки. Не силен я в этом деле, но разве трубку нужно приводить в порядок не после курения, а до?

– Это завсегда успеется, при моей-то работе, – с намеком, растягивая слова, вымолвил я.

– Приведи хоть один довод в пользу этой мазни, – кивнул гном на лежащую перед ним бумагу.

– Я маг.

– В Южно-третьем три мага, – закончил набивать трубку гном. Порывшись, опрокинул какую-то посуду, но достал-таки большую железную зажигалку, гордость своего народа. Кто бы мог подумать, что хозяйственные коротышки ценят больше всего на свете верный огонек, портки и зуботычину?

– Цирюльник Нетич стар, а наш артефактор, Скелет облезлый, из своего подвала только до «Приюта» доползает. А там уже любой из парней его домой доводит, всего-то пару домишек. Мне кажется, наш округ поболе будет, – с вызовом выдал я.

– Остаешься только ты.

– Да, – улыбнулся я.

– Мне парней из Гвардии и Гильдии, при случае, выписать несложно, – задумчиво пробурчал гном, жуя трубку. Несмотря на стоящий перед носом огонек, даже не постарался раскурить.

– Так-то где… – протянул я.

– Предлагаю сделку, – Капитан отложил трубку и уставился на меня, глазки азартно заблестели.

Почуяв неприятности, напрягся, но на попятную идти уже нельзя.

– Я слушаю, – согласился я. В принципе, в положительном результате и так не был до конца уверен. А зная Капитана, легко предположить самое худшее.

– Эта Крон, тролли ее дери, все никак не угомонится, – Эрнт бросил на стол толстую связку писем. Когда успела? – Возьмешься?

– Вы имеете в виду…

– Разбираться с жалобами, – улыбнулся впервые на моей памяти широкой улыбкой Капитан, – а я, так и быть, походатайствую… Авось выгорит.