Обитаемый остров - Борис Стругацкий

– В чем дело? Я занят.

– Ваше превосходительство, – прошелестел референт. –Некто, назвавший себя Странником, звонит по «серой» линии и настоятельно проситразговора с вами…

– Странник? – прокурор оживился. – Соедините.

В наушнике щелкнуло, референт прошелестел: «Егопревосходительство вас слушает». Снова щелкнуло, и знакомый голос произнес,твердо, по-пандейски, выговаривая слова:

– Умник? Здравствуй. Ты сильно занят?

– Для тебя – нет.

– Мне нужно поговорить с тобой.

– Когда?

– Сейчас, если можно.

– Я в твоем распоряжении, – сказал прокурор. –Приезжай.

– Я буду через десять-пятнадцать минут. Жди.

Прокурор положил наушник и некоторое время сидел неподвижно,пощипывая нижнюю губу. Явился, голубчик, подумал он. И опять как снег наголову. Массаракш, сколько денег я убил на этого человека, больше, наверное,чем на всех прочих вместе взятых, а знаю только то же самое, что все прочие,взятые по отдельности. Опасная фигура. Непредсказуемая. Испортил настроение…Прокурор сердито посмотрел на бумаги, разложенные по столу, небрежно сгреб их вкучу и сунул в стол. Сколько же времени его не было?… Да, два месяца. Как всегда.Исчез неизвестно куда, два месяца никаких сведений, и вот – пожалуйста, какчертик из коробки… Нет, с этим чертиком надо что-то делать, так работатьнельзя… Ну, хорошо, а что ему от меня нужно? Что, собственно, случилось за этидва месяца? Съели Ловкача… Вряд ли это его интересует. Ловкача он презирал.Впрочем, он всех презирает… По его конторе ничего не было, да и не придет он комне из-за такой чепухи – пойдет прямо к Папе или к Свекору… Может быть, нащупалчто-нибудь любопытное и хочет в альянс войти? Дай бог, дай бог… а только я бына его месте ни с кем в альянс не вступал… Может быть, процесс?… Да нет, причемздесь процесс… А, чего гадать, примем-ка лучше необходимые меры.

Он выдвинул потайной ящик и включил все фонографы и скрытыекамеры. Эту сцену мы сохраним для потомства. Ну, где же ты, Странник? Отвозбуждения он вспотел, его ударило в дрожь; чтобы успокоиться, он бросил в ротнесколько ягод, пожевал, закрыл глаза и стал считать. Когда он досчитал досемисот, дверь отворилась, и отстранив референта, в кабинет вошел этот верзила,этот холодный шутник, эта надежда Отцов, ненавидимый и обожаемый, ежесекундноповисающий на волоске и никогда не падающий, тощий, сутулый, с круглымизелеными глазами, с большими оттопыренными ушами, в своей вечной нелепой курткедо колен, лысый, как попка, чародей, вершитель, пожиратель миллиардов… Прокурорподнялся ему навстречу. С этим человеком не надо было притворяться и говоритьвымученные слова.

– Привет, Странник, – сказал прокурор. – Пришелпохвастаться?

– Чем? – спросил Странник, проваливаясь в известноевсем кресло и нелепо задирая колени. – Массаракш! Каждый раз я забываю про эточертово устройство. Когда ты прекратишь издеваться над посетителями?

– Посетителю должно быть неудобно, – сказал прокурорпоучающе. – Посетитель должен быть смешон, иначе какое мне от негоудовольствие? Вот сейчас смотрю на тебя, и мне весело.

– Да, я знаю, ты – веселый человек, – сказал Странник.– Только очень уж непритязательный у тебя юмор… Между прочим, ты можешь сесть.

Прокурор обнаружил, что все еще стоит. Как всегда, Странникбыстро сровнял счет. Прокурор сел поудобнее и хлебнул целебной дряни.

– Итак? – сказал он.

Странник приступил прямо к делу.

– У тебя в когтях, – деловито сказал он, – человек,который мне нужен. Некто Мак Сим. Ты упек его на перевоспитание, помнишь?

– Нет, – сказал прокурор искренне. Он ощутил некотороеразочарование. – А когда я его упек? По какому делу?

– Недавно. По делу о взрыве башни.

– А, помню… Ну и что?

– Все, – сказал Странник. – Он мне нужен.

– Погоди, – сказал прокурор с досадой. – Процесс вел нея, не могу же я помнить каждого осужденного.

– А я думал, это все твои люди, – сказал Странник.

– Там был только один мой, остальные – настоящие… Как,ты сказал, его зовут?

– Мак Сим.

– Мак Сим… – повторил прокурор. – А! Этот горскийшпион… Помню. Там с ним случилась какая-то странная история – его расстреляли,и неудачно…

– Да, кажется.

– Силач какой-то необыкновенный… Да, мне что-тодокладывали… А зачем он тебе нужен?

– Это мутант, – сказал Странник. – У него любопытныементограммы, и он мне нужен для работы.

– Вскрывать его будешь?

– Возможно. Мои люди засекли его давно, когда его ещеиспользовали в Специальной студии, но потом он удрал…

Прокурор, испытывая сильнейшее разочарование, набил ротягодами.

– Ладно, – сказал он, вяло жуя. – Ну, а как у тебядела?

– Как всегда – прекрасно, – ответил Странник. – У тебя,я слышал, тоже. Подкопался-таки под Дергунчика. Поздравляю… Так когда я получусвоего Мака?

– Да завтра отправлю депешу, дней через пять-семь егодоставят.

– Неужели даром? – сказал Странник.

– Любезность, – сказал прокурор. – А что ты можешь мнепредложить?

– Первый же защитный шлем.

Прокурор усмехнулся.

– И Мировой Свет в придачу, – сказал он. – Междупрочим, имей в виду: первый шлем мне не нужен. Мне нужен единственный… Кстати,правда, что твоей банде поручили разработку направленного излучателя?

– Возможно, – сказал Странник.

– Слушай, а на кой черт нам это надо? Мало у наснеприятностей? Прижал бы ты эту работу, а?

Странник оскалил зубы.

– Боишься, Умник? – сказал он.

– Боюсь, – сказал прокурор. – А ты не боишься? Или ты,может быть, вообразил, что у тебя любовь с Тестем на века? Он ведь тебя жетвоим же излучателем… Это же дважды два.

Странник снова оскалился.

– Убедил, – сказал он. – Договорились… – Он встал. – Ясейчас к Папе. Передать что-нибудь?

– Папа на меня сердится, – сказал прокурор. – Мне эточертовски неприятно.

– Хорошо, – сказал Странник. – Я ему это передам.

– Шутки шутками, – сказал прокурор, – а если бы тызамолвил словечко…

– Ты у нас умник, – сказал Странник папиным голосом. –Попробую.