Злые чары Синей Луны - Саймон Грин

После изгнания Долгой ночи прошло много лет, прежде чем Хок и Фишер смогли заставить себя спать без ночника.

– Простите, – наконец произнес Чанс, обеспокоенный задумчивым молчанием, в которое впали его друзья. – Мне следовало сообразить, как сильно может повлиять на вас это место. Разумеется, ваши воспоминания должны быть ужасны, просто ужасны... Мне следовало бы понять...

– Но ты по-прежнему не понимаешь, – отозвалась Фишер. – Отчасти потому, что мы не хотим убивать новых демонов – теперь, когда знаем, кто они такие. Но здесь заключается нечто большее. Предложить нам вновь отправиться во тьму – все равно что попросить заново пережить собственную смерть. Ты никогда не разговаривал ни с кем, кто прошел через Черный лес?

– Очень немногие согласятся говорить об этом, – ответил Чанс. – Единственный настоящий герой, оставшийся с тех времен, – ландграф, сэр Роберт Хок, а он впадает в неописуемую ярость, если у кого-то хватает тупости поднять при нем эту тему. Он всегда не прочь потолковать о своих подвигах, совершенных во время Войны демонов, и о близкой личной дружбе с принцем Рупертом, но...

Хок фыркнул, явно позабавленный:

– Я бы не рискнул назвать наши отношения дружбой. Мы вместе прошли через тяжкие испытания, мы сражались бок о бок в смертельном бою, но я до сих пор не могу сказать, что хорошо знал сэра Роберта. Времени как следует познакомиться не было. Разумеется, я его уважал: он был храбрым человеком и прекрасным воином. Я даже взял себе его имя, когда отправился на юг. Но настоящими друзьями мы никогда не были.

– Во всяком случае, – продолжил дипломатичный Чанс, – благодаря этой легендарной дружбе он сделал очень недурную политическую карьеру. Героев все любят. – Он помолчал, прежде чем задать следующий вопрос: – Вы можете рассказать мне, каково было там, в Черном лесу?

– Темно, – ответил Хок. – Достаточно темно, чтобы сломить любого.

– Я зашел туда однажды, – сказал Чанс. – Там-то я и встретил Чаппи. Шаману было видение... Мол, узрел он, как из Черного леса валят демоны. Он поднял вокруг этого невообразимую шумиху. И дабы заткнуть его, король послал меня – посмотреть. Заметьте, одного меня; никаких тебе солдат или рейнджеров в качестве подкрепления. К счастью, Шаман оказался прав только отчасти. Из Черного леса вышмыгнул всего один демон. Он шнырял по окраинам небольшого городка, что расположен поблизости отсюда. Горожане были, естественно, до смерти перепуганы, но, насколько я могу судить, демон не причинил никому реального вреда. Поэтому я отправился разбираться.

Юноша на мгновение умолк и уставился прямо перед собой, вспоминая подробности давнего дела.

– Я не хотел убивать его. Я ведь не знал, кем он был раньше. Впрочем, я был готов к тому, что придется его уничтожить – если не удастся убеждением или угрозами загнать его обратно в Черный лес, где ему и место. Я не знал точно, чего ожидать. До того я ни разу не встречал живого демона, да еще так близко. Но, прикинул я, много ли может причинить неприятностей один-единственный демон?

Фишер насмешливо хмыкнула:

– Некоторые твари, с которыми мы сталкивались в Долгой ночи, были выше домов.

– И даже такие, что походят на человека, могут представлять серьезную опасность, – добавил Хок. – Откуда, по-твоему, у меня эти шрамы на лице?

– Я просто рассказывал, как чувствовал себя тогда, – тихо напомнил Чанс. – Вскоре я изменил свое мнение. Демона я обнаружил достаточно легко. Как только стемнело, он был уже тут как тут, сидел на городском кладбище перед могилами и читал вслух имена. Он был бел как саван, бледен как труп и наг как червь. Перекрученные тело и лицо. В них сохранялось что-то человеческое. У него были длинные загнутые когти на руках и ногах. Многочисленные клыки во рту мешали ему произносить слова внятно, но я разбирал его речь. Когда я приблизился, демон даже не попытался напасть. Он просто сидел и разглядывал меня, словно пытаясь сообразить, что же я такое. Мы немного поговорили. Бедняга начал вспоминать... Когда-то он был человеком и жил в этом городке. Он пришел из Черного леса в поисках воспоминаний, в поисках прежней жизни. В сущности, он просто хотел домой.

Разумеется, домой ему было нельзя. Все-таки он оставался демоном со всеми его побуждениями и аппетитами. Несколько домашних котов и собак уже пропали. К тому же он так и не вспомнил точно, кем был раньше. Нетрудно представить ужас его прежней родни, если такая уродливая тварь постучит в дверь и потребует впустить его.

Поэтому я сказал демону, что ему придется вернуться туда, где теперь его место, обратно в Черный лес. Он ткнул пальцем в несколько могильных камней и глухим голосом прочел несколько имен. Все они принадлежали членам одной семьи. Возможно, то была его семья – когда он еще был человеком. А затем он повернулся, взглянул на спящий город и заплакал.

Я ободряюще похлопал его по плечу, и внезапно он бросился на меня, злобно оскалив зубы и выставив когти. Мне следовало выхватить секиру в ту же самую секунду, как я увидел проклятую тварь, но он выглядел так жалобно. Я крепко приложился об землю, демон оседлал меня, и я очень быстро понял, что он гораздо сильнее. Когтистые лапы сомкнулись на моем горле, воздуха уже не хватало. Я изо всех сил вцепился ему в запястья, но не смог сдвинуть их с места.

И тут, откуда ни возьмись, налетел громадный ком рычащей ярости и врезался в демона, сковырнув его с меня. Так я познакомился с Чаппи.

Чанс надолго умолк.

– Что было дальше? – спросила наконец Фишер. – Что сталось с демоном?

– Я убил его, – просто ответил Чанс. – Что еще я мог сделать? Нельзя же было позволить ему болтаться в окрестностях города, а отправлять его – вспомнившего, кем некогда был, – обратно в Черный лес было бы жестоко. Поэтому Чаппи прижал его к земле, а я отрубил ему голову. После этого он принял человеческий вид, так что я похоронил его на кладбище рядом с членами его предполагаемой семьи. Разумеется, без памятной надписи. Я не знал его имени, а в городе спрашивать не стал. Это только огорчило бы людей.

– Ты не мог поступить иначе, – сказал Чаппи. – У тебя не было выбора. Кстати, ты не рассказал худшего. Демон успел разорить несколько могил и поживиться их содержимым.

– Он просто хотел домой, – повторил Чанс.

– Как и все мы, – добавил пес.

– Когда мы вернулись в Лесной замок, мне сказали, что в мое отсутствие король Харальд был убит, – продолжал Чанс. – Враги добрались до него, а меня не оказалось рядом, чтобы защитить моего сюзерена. Если бы я не гонялся за этим демоном...

– Король все равно бы погиб! – рявкнул Чаппи. – Короля охраняли сэр Вивиан со своими гвардейцами и волшебные щиты проклятого Магуса, но убийца все равно до него добрался. Что бы ты мог сделать такого, чего не сделали все эти люди?

– Не знаю, – отозвался Чанс. – А поскольку меня там не было, то и не узнаю. Никогда.

* * *

Вскоре, оставив позади Черный лес, они выехали на полянку, которую Хок узнал. По идее он не должен был ее узнавать – полянка выглядела в точности так, как любая другая, – но всем своим нутром, душой Хок ощутил ее особенность. Фишер пришлось натянуть вожжи и сдать назад, чтобы поравняться с мужем. Ехавший впереди Чанс заметил задержку не сразу, и Чаппи пришлось окликать его. Юноша быстро развернул коня, рука его уже потянулась к секире, но никаких признаков угрозы не обнаружил. Пели птицы, зеленела роскошная густая трава, высились гордые деревья. Просто очередная лесная поляна.