Засланец - Герман Гагарин

Меня разбудил хлюпающий звук. Я лежал в кромешной тьме. За окном грохотал ливень. Сна как не бывало. Чувство неявной опасности, сосущее под ложечкой, заставило подняться с постели. Нет, прямой угрозы не было, но что-то подергивало за нервы. Я набросил халат, положил в карман нож-оборотень. Мой симбионт тоже не дремал: он напрягся и выпростал из-под обшлага смертоносный бутон.

Я открыл дверь, выглянул в коридор. Тусклые светильники почти не рассеивали тьмы. Портреты глядели одинаково черными прямоугольниками, будто изображения дружно покинули холсты. Коридор был чист. Угроза тоненькой струйкой сочилась из-под двери в дальнем его конце. Я подкрался к двери, приложил ухо. Голоса. Неясное бормотание. Кажется, разговаривают двое. Один вроде Горзах. А второй? Второй может быть кем угодно. Лакеем, садовником, поваром. Я бы с удовольствием повернулся и ушел, если бы не ощущение угрозы, которая становилась все явственнее.

Ломиться в закрытую дверь было глупо, и я тихонько вернулся к себе. Позвонил Горзаху. Трубку долго не брали, наконец старик отозвался:

– Что-нибудь желаете, господин Айрус?

Прозвучало это вполне обыденно, но меня кольнуло. Мажордом не один, кто-то стоит у него над душой и показывает знаками: мол, веди себя как ни в чем не бывало. И этот «кто-то» послан не магистрами. Кем же? Ярмаркой? Не исключено. Я ведь укокошил ее эмиссара, такое не прощают. Однако не слишком ли быстро они меня нашли?

– Если можно, любезный, чего-нибудь выпить, – отозвался я сонным голосом.

– Сию минуту, сударь!

Он положил трубку.

Так-так, сейчас ко мне нагрянет гость. Может, даже не один. Скорее всего, не один. Если это эмиссары Ярмарки, то они наслышаны о моих способностях. Что ж, гостей полагается встречать.

Я сбросил халат, оделся. Встал справа от двери с таким расчетом, чтобы открывшаяся створка заслонила меня от входящих. Трюк старый, примитивный, но всегда срабатывает. И я не ошибся. Они ворвались, едва не прихлопнув меня этой створкой. Трое здоровенных молодчиков. Широкие плечи, мясистые затылки. Перед собой молодчики гнали старика Горзаха. Надо полагать – в качестве живого щита. Идиоты.

Я превратил нож-оборотень в кастет. Ускорился. Треснул по мясистым затылкам двум молодчикам, из лап третьего вырвал мажордома. Кастет обрел треугольное, заточенное с двух сторон лезвие, которое я почти нежно прижал к горлу ничего не понимающего гостя.

– Тихо, парень, – сказал я, вернувшись в нормальный режим движения. – Не вздумай блажить. Весь дом перебудишь.

Молодчик что-то промычал. Я быстро обыскал его свободной рукой. Вынул из бокового кармана просторного пиджака огромный револьвер, из подмышечной кобуры – пистолет поменьше. После чего толкнул гостя к креслу.

– Сиди и не рыпайся, – сказал я ему.

Парень уселся, уставился на меня исподлобья. Он не выглядел испуганным, скорее – слегка раздосадованным. Провалил задание. Не исключено, что он был в этой тройке главным.

– Горзах, – обратился я к старику, – если вам не трудно, принесите все-таки выпить. Мне и молодому человеку.

Мажордом кивнул и поплелся к выходу. Не спуская глаз с молодчика, я обыскал валявшихся на полу бандитов, отнял у них оружие и сложил горкой посреди кровати. Потом развернул второе кресло так, чтобы, усевшись в него, можно было видеть всех трех бандитов сразу.

– Кто тебя послал? – задал я сакраментальный вопрос.

Бандит молчал.

– Ну-ну, – кивнул я. – Зачем же в молчанку играть? Я не полицейский, протокол не веду. Зато могу отпустить на все четыре стороны…

Молодчик хмыкнул. Разговор не клеился. Ладно, зайдем с другой стороны.

– Я не знаю, как вы с парнями сюда проникли, – сказал я, – но сделано это было весьма ловко. Ведь вилла охраняется чернознаменниками…

В глазах бандита что-то мелькнуло. Я понял, что стою на верном пути.

– И эти бравые ребята будут рады загладить свою вину перед начальством, – добавил я.

Парень заметно напрягся. В этот момент вернулся Горзах с графином и парой бокалов на круглом подносе.

– Поставьте на столик, – произнес я. – Я сам налью. А вас, Горзах, я попрошу вызвать начальника охраны. Если вы еще этого не сделали…

– Пока не сделал, – отозвался старик. – Ждал вашего распоряжения. Сию же минуту вызову.

– Да, да, будьте любезны…

– Хорош! Ладно… – буркнул бандит. – Я буду говорить.

– Отлично, – улыбнулся я. – В таком случае, Горзах, налейте нам вина и присядьте. Вы будете свидетелем нашей беседы.

Мажордом наполнил бокалы. Парень одним глотком проглотил выпивку, вытер губы тыльной стороной ладони.

– Нас послал Шлосс, – сообщил он.

– Кто это?

– Смотрящий северного порта.

– Зачем?

– Убрать тебя… вас, – откликнулся бандит. – И забрать приблуду.

– Ясно, – сказал я.

– Шлосс сказал, что вы вступили в сговор со скупщиком, а потом убили Клода… За это одно наказание – смерть.

– Без суда и следствия, – пробормотал я, и добавил: – Все это – жижонка, парень… Со скупщиком я не сговаривался. Я сразу предложил ему вывести меня на кого-нибудь, кто даст настоящую цену, а он, видно, затеял свою игру, за что и поплатился. Клод же погиб из-за собственной глупости. Он вздумал брать меня на мушку, но ты же сам убедился, что это бессмысленно. Приблуду охраняет рота чернознаменников, твоему Шлоссу до нее век не добраться. Так ему и передай. А еще – пусть оставит меня в покое. Я не собираюсь спекулировать артефактами, у меня другие интересы. И я не терплю, когда на моем пути кто-то становится. Тебе ясно?

– Да, – отозвался бандит.

– Тогда забирай этих вшивых шерстней и катитесь, покуда Горзах не вызвал охрану.

Поверженные бандиты уже вяло шевелились. Мой собеседник встал из кресла, схватил напарников за воротники, вздернул на ноги. Силы в нем было немерено. Не будь я призраком, вряд ли сумел бы с ними справиться.

– Пошли, жижори, – прорычал бандит.

«Жижори», вяло переставляя ноги, поплелись за ним. Я проводил их до выхода, посмотрел, как они растворяются в ливневой полумгле. Горзах подошел, встал рядом.

– Простите, сударь, – сказал он.

– За что?

– Я не должен был допустить…

– Ерунда, любезный… Это же ребята с Ярмарки, они, наверное, тут все ходы и выходы знают.

– Да, да, – проговорил старик, – но на вилле Красса они не должны были появиться…

– Позвоните профессору, потребуйте усилить охрану… Хотя нет, я с ним сам поговорю, вы только номер наберите.

– Тогда прошу в мой кабинет.

Мы ушли с промозглого крыльца. В кабинете мажордома было тепло, уютно пахло сигарами. Старик набрал номер.